Черный день 2 мая не только для Одессы, но и для всей Украины с новой силой всколыхнул дискуссию о гражданской войне. Обгоревшие и отравленные трупы в одесском Доме профсоюзов создали для этих рассуждений сильный повод. Сгоревших и задохнувшихся людей жаль вне зависимости от их политических убеждений.
Здравомыслящие люди могут сказать о том, как пророссийские террористы убили восемь патриотов Украины, о том, как участники марша за единство Украины пытались помочь людям в горящих одесских профсоюзах, несмотря на стрельбу с крыши, о том, что основной очаг возгорания был внутри самого здания, и что жертвы были нужны как раз организаторам бойни в Одессе - профессиональным путинским агентам и провокаторам. Сложно оспаривать право народа на самооборону, но обгоревшие трупы делают свое дело: тезис о гражданской войне в Украине после одесской трагедии разгоняется Кремлем с особым усердием.
Идет ли в Украине гражданская война?
С формальной стороны гражданской войной можно называть конфликт, в котором одна часть граждан страны из религиозных, этнических или политических различий противостоит с оружием другой части граждан. Противоречия между сторонниками единства и целостности Украины и людьми, которые хотят ликвидировать украинское государство, действительно существуют. Более того, они существовали и раньше, во время Майдана. Например, с этой точки зрения можно было называть эпизодом гражданской войны и вошедшую в современную украинскую историю ночь избиения титушек в Киеве в конце января этого года. Очень просто манипулировать фактом выбитых зубов у 18-летнего пацана. Он бедный, не обустроенный и социально незащищенный. Можно даже записать синхрон о том, как он приехал в Киев получить 500 гривень для больной матери на лекарства. На другой стороне - мы, выбившие ему зубы киевляне, будем говорить о том, что защищали свой город от гопников и мародеров.
А "Беркут"? Жгли бойцов спецназа МВД коктейлями? Жгли. Они граждане Украины? Граждане. Вот вам и гражданская война.
Формально, гражданской войной можно назвать любое силовое противостояние общественных групп, руководствующихся своим частным интересом. Однако невозможно оценивать такие события вне этического контекста, сводя их к формалистике. Основа европейской цивилизации - толстый слой либерализма и гуманизма, стоящий на фундаменте христианства. С точки зрения этого фундамента, банда из двух тысяч гопников, которые свезены в город, чтобы его терроризировать - это не народ. Это преступники и посягатели на чужую жизнь. Милиция, заинтересованная только в мздоимстве, крышевании бизнеса и неограниченном насилии над гражданами - это не народ, это ОПГ. Бездеятельность милиции и ее пособничество боевикам в Одессе можно объяснить любовью ментов к путинской России. В основе этой любви - никак не русский язык и Пушкин, а вещи однозначно порочные с европейской точки зрения - желание работать в прошлом режиме, в режиме крышевания, грабежа и вседозволенности, пусть даже и в составе России. Разве конфликт государства и общества с ОПГ является гражданской войной?
О расколе можно было бы говорить, если бы жители востока и юга самостоятельного организовали многотысячные Майданы за присоединение к России. Вместо этого мы видим, что сепаратистами и боевиками руководят российские спецслужбы, использующие деньги бежавшего клана Януковича
Нельзя не сказать о том, что в городах с эффективной властью все пророссийские митинги проходят тихо, мирно и малочисленно. Днепропетровск - главный пример, но то же самое можно сказать и о Харькове - стоило перекрыть канал поставки титушек, как все успокоилось. Сепаратистские митинги собирают по 200 человек. Больше без внешнего финансирования, провокаторов и помощи диверсантов - не соберут.
Поэтому, говорить о гражданской войне в Украине по меньшей мере наивно. О расколе можно было бы говорить только в том случае, если бы жители востока и юга самостоятельно организовали масштабные и многотысячные Майданы за присоединение к России. Вместо этого мы видим, что такими мероприятиями руководят российские спецслужбы, использующие деньги Януковича для найма титушек и вербовки агентуры. Телекартинка этого процесса пугает. Да, в этих событиях участвуют и пропутински настроенные украинцы. Но компонент насилия, оружие и жертвы появляются в таких событиях только при поддержке специалистов ГРУ и Лубянки.
Возвращаясь к Одессе. Можно критиковать радикальных участников патриотического шествия за коктейли Молотова, которые, несомненно, усугубили положение людей внутри Дома профсоюзов. Но критики должны дать ответ и на другие вопросы: что делать безоружным людям, в которых стреляют из автомата? А что делать народу, у которого пытаются отобрать страну?
Одесской трагедии не случилось бы, если местная милицейская ОПГ не подыгрывала пророссийским боевикам. При бездействии милиции Одессу вышли защищать сами одесситы. Такие боевые столкновения будут происходить и дальше в городах, в которых остатки старого государства и старой системы либо играют против Украины, либо самоустраняются.
То, что сейчас происходит - это украинская война за независимость. Эта война может помочь выстроить эффективную государственную систему. Через жертвы, горе и жесткий отсев людей, не справляющихся с реальными, а не мнимыми вызовами.
В истории подобных или похожих войн - войн за свое будущее и свое государство, к сожалению, хватает трагических и жестоких страниц. Одна из них - трагедия в деревне Кибия, называемая во многих хрониках резней: спецназ Израиля в 1953 году по ошибке убил 69 мирных граждан, подорвав дома в этом иорданском поселении. Это надолго осложнило отношения Израиля с ООН и США, однако не поставило под сомнение саму борьбу израильтян за свое существование и свое государство. У нас схожая ситуация. Другой Украины, другой страны у нас нет. Значит, война с теми, кто хочет этот дом отобрать, передав в путинское управление - логичное, порой и жестокое, действие. Чем эффективней будет работать государство, тем меньше людей погибнет в этой войне.
Сергей Высоцкий, ЛІГАБізнесІнформ
