Atlantico: На Донбассе тюрьмы превращаются в ГУЛАГи

С начала украинского конфликта в конце 2013 года эта страна на границе Европы и Азии поделилась на две части: преимущественно проевропейски настроенный запад и более ориентированный на Россию восток. Российская Федерация — это, конечно, не Советский Союз. Однако превращение тюрем на востоке Украины в ГУЛАГи наводит на мысль о том, что руководству Луганской и Донецкой областей свойственна определенная ностальгия по советской эпохе. Кроме шуток, ситуация там на самом деле тревожная. «Би-би-си» даже перевели часть составленного на русском языке доклада.

От рассказов узников кровь стынет в жилах. Вот, что говорит находящийся за решеткой уже пять лет украинец Александр Ефрешин.

Заключенные, заложники сепаратистов

Все началось как-то вечером в 2011 году, когда еще 24-летний Александр пил пиво с друзьями. В состоянии опьянения они наткнулись на припаркованный микроавтобус с незакрытой дверью и решили на нем покататься. Поездив минут пять, они с другом задумали сжечь его, разлив топливо из зажигалки по пассажирскому креслу. Оба были задержаны полицией. Ефрешину дали 8,5 лет тюрьмы за кражу и поджог. Отбывать срок его отправили в колонию у поселка Хрустальный в Луганской области. Там молодой человек решил начать работать, чтобы расширить продовольственный паек и уменьшить срок наказания (такие правила действуют на Украине). Ему оставалось пробыть за решеткой шесть лет.

Однако кризис разделил страну надвое, с севера на юг. Запад Украины повернулся к Евросоюзу, а по большей части русскоязычный восток начал сближение с Россией. Весной 2014 года граничащие с ней Донецкая и Луганская области решили отделиться и стали государствами в государстве, которые официально не признали ни Европейский Союз, ни США, ни даже Россия (она ограничивается молчанием). Регионы стали отвечать лишь на половину идущих из Киева директив. Приговоренные украинскими властями заключенные, которые содержатся в тюрьмах на территории мятежников, должны быть переведены, как утверждают в столице. Но этого, разумеется, не происходит.

Ефрешин продолжил работать, но уже не получал за это денег. Он все так же по 12 часов в день занимается литьем бетонных блоков, однако паек был ощутимо урезан, а от положенного ему сокращения срока лишь небрежно отмахнулись: его не собираются освобождать до сентября 2019 года. «Не думаю, что проживу здесь хотя бы еще один год, не говоря уже о трех, — говорит Ефрешин. — У нас вообще нет медицинского обслуживания, нет врачей или стоматологов, я потерял много зубов, нам не дают даже обезболивающего. Кормят только кашей. У нас нет выбора, кроме как работать. Если отказываешься, тебя бросают в карцер. Это бесчеловечно». Все для подготовки доклада были опрошены 74 заключенных. Из него нам становится известно, что в этих десяти с лишним современных ГУЛАГах (в одной только ЛНР) заключенных также заставляют делать диваны, колючую проволоку и настольные игры. Некоторые даже работают в необеспеченных никакими средствами безопасности угольных шахтах под названием «копанки». Там также трудятся и жители этих пророссийских регионов.

Доходы от продажи произведенных заключенными товаров (порядка 34 миллионов гривен или около миллиона евро) распределяются между властями мятежников. Как отмечается в докладе, «фактически на территории так называемой “ЛНР” практикуется принудительный труд заключенных, с целью обогащения руководителей так называемой “ЛНР” и сотрудников Управления исполнения наказания министерства внутренних дел так называемой “ЛНР”. Условия содержания заключенных критические. Медицинская помощь во многих случаях не предоставляется, рацион заключенных с каждым днем ухудшается, гуманитарная помощь от частных лиц и международных организаций не приходит». Выбора у узников все равно нет. Если они отказываются работать, их отправляют на 15 суток в изолятор. Если те продолжают упорствовать, им запрещают передачи и встречи с близкими, а потом начинают пытать. Пытки уготованы и тем, кого могут посчитать зачинщиком волнений, утверждает не пожелавший назвать себя заключенный. Однажды один из них получил серьезную травму во время побоев. Он отказался от медицинской помощи и предпочел умереть.

Другой свидетель рассказывает об альтернативных методах пыток вроде лишения еды и воды на три дня или стояния под дождем или снегом по 6-10 часов.

Список приоритетов растет

Разумеется, страдают и близкие жертв. «Если я не поговорю с ним, то плохо сплю, — говорит сестра Ефрешина. — Все смотрю на его фотографию. Он похудел килограмм на 20. Несколько раз нам говорили, что если мы дадим взятку, его выпустят, я уверена, что это “развод”, да и в любом случае мы не смогли бы собрать такие деньги. Они просят 50-70 тыс. долларов — это просто нереально». Семье Ефрешина приходится платить властям по 200 гривен в месяц, чтобы того не бросили в изолятор.

Директор Восточной правозащитной группы Павел Лисянский считает, что в ДНР в похожих условиях содержатся еще 5 000 человек. Доклад о ситуации в ДНР должен быть обнародован в ближайшее время. «Трудно поверить, что мы являемся свидетелями рабского труда в центре Европы в 21 веке — но это факт, и с этим нужно бороться, — утверждает Лисянский. — Эти люди чувствуют себя брошенными и лишенными надежды. Тюрьмы закрыты для посещений для всех кроме родственников. Красный Крест и другие гуманитарные организации не имеют возможности помочь».

Тем временем в застенках становится все больше людей: число заключенных пополняют оппозиционеры и неугодные журналисты. В лучших сталинских традициях.

inosmi.ru