Ровно четыре года назад в Минске в ночь на 12 февраля Ангела Меркель, тогдашний президент Франции Франсуа Олланд, Петр Порошенко и Владимир Путин подписали Минские договоренности. Заметим, что именно "договоренности", а не "соглашения", так как национальные парламенты их не ратифицировали. И хоть за эти четыре года ни один пункт Минских договоренностей так и не был выполнен, стороны продолжают за них держаться, называя безальтернативными. Даже новый мирный план авторства председателя ОБСЕ в Украине и Трехсторонней контактной группе (ТКГ) Мартина Сайдика, несмотря на всю противоречивость, не смог подтолкнуть стороны к поиску новых инструментов мирного урегулирования. И дело тут не столько в России, так как все прекрасно понимают, что Донбасс и Крым Путин просто так не вернет, сколько в Германии и Франции, которые на днях "освятили" достройку "Северного потока-2".
Российский президент заявил, что готов работать с любой властью Украины, которая определится после президентских выборов. И, по его словам, важно, чтобы эта власть пришла к выводу, что Минские договоренности нужно выполнять. Но эксперты предупреждают, что даже если в Украине будет новый президент и он предложит свой "Минск-3" или "Будапешт-2", Путин вряд ли изменит свою политику. Если только Киев сам не пойдет на уступки.
В том, возможен ли новый "Минск" и на каких условиях, сайт "Сегодня" разбирался вместе с экспертами.
"Мирные" планы
О том, что Минские договоренности не работают и их нужно заменить, стали говорить чуть ли не на следующий день после подписания документа в феврале 2015 года. Но, справедливости ради, нужно заметить, что менять неработающий "Минск" стоит лишь тогда, когда есть альтернатива. И немаловажное условие такой альтернативы в том, чтобы обсуждать ее за столом переговоров согласилась как Москва, так и Киев. Ведь за это время появлялись то "план Мореля", то "формула Штайнмайера", а теперь и план Сайдика, которые, по сути, интересы Украины не защищали.
"План Мореля", разработанный осенью 2015-го тогдашними помощником госсекретаря США Викторией Нуланд, статс-секретарем МИД РФ Григорием Карасиным и координатором политподгруппы ТКГ Пьером Морелем предусматривал проведение в ОРДЛО местных выборов под де-факто контролем боевиков и России. Позже на смену скандальному "плану Мореля" пришла не менее скандальная "формула Штайнмайера". Мирный план тогдашнего главы немецкого МИДа, а ныне Федерального президента Германии Франка-Вальтера Штайнмайера подразумевал одновременное принятие Верховной Радой во втором чтении поправок в Конституцию, по которым Донбасс получит особый статус, и проведение там местных выборов. А Россия, также одновременно, выведет своих солдат и технику с Донбасса, ну а Запад снимает санкции.
Пару недель назад появился так называемый "мирный план Сайдика", детали которого председатель ОБСЕ в Украине и ТКГ Мартин Сайдик рассказал в интервью австрийской газете Kleine Zeitung. Ратификация Минских договоренностей парламентами России и Украины, выборы под эгидой ООН, создание Евросоюзом на Донбассе агентства по реконструкции, как в свое время на Балканах, прямые переговоры с представителями группировок ОРДЛО – лишь немногое из того, что предлагает Сайдик. Первый вице-спикер Ирина Геращенко резко прокомментировала инициативы председателя ОБСЕ в Украине: "Наибольший нонсенс – общая ратификация. Не существует и в ближайшее время не может существовать ни одного документа, который могут одновременно ратифицировать ВР и Госдума. До тех пор, пока российские войска не выйдут из Крыма и Донбасса. Да мы и не нуждаемся в голосовании каких-либо парламентов других стран по любым вопросам, которые касаются внутренней политики и суверенитета Украины. Тем более Госдумы страны-агрессора".
По ее словам, единственный план по мирному урегулированию войны на Донбассе озвучивал президент Украины, и не в австрийской газете, а с трибуны ООН. Он, как известно, подразумевает миротворческую миссию ООН с широким и надежным мандатом, который бы распространялся на всю оккупированную пророссийскими боевиками территорию, вплоть до украинско-российской границы. Но Москва на это категорически не согласна, каким бы искусным переговорщиком ни был спецпредставитель США по Украине Курт Волкер. За пару встреч американскому дипломату (а последняя встреча была больше года назад в Дубае) так и не удалось переубедить помощника президента РФ Владислава Суркова в том, что миротворцы – это не охранники СММ ОБСЕ.
Безвыходная альтернатива
А пока Курт Волкер заявляет о безальтернативности Минских договоренностей, а "план Сайдика" называет воплощением, а не заменой "Минска", его визави пишет статьи под названием "Долгое государство Путина", где рассказывает о "путинизме" – как государственной идеологии, которая основывается на "собирающей земли общности народов".
"Несмотря на всю внешнюю тупиковость ситуации и нежелание России прекращать войну, выход из нее есть – это дальнейшее ужесточение санкций, – сказал корреспонденту сайта "Сегодня" один из высокопоставленных украинских дипломатов. – Знаете, многие говорят, что ключ от мира в Украине лежит в Москве. Я бы сказал не так: в Москве лежит замок, а ключ – на Западе. В данном случае мы говорим о ЕС".
За все пять лет войны России против Украины Евросоюз так и не стал участником переговорного формата по мирному урегулированию. На это в последние месяцы наслаивается нежелание и отсутствие политической воли принять новый пакет "азовских санкций" в ответ на военную агрессию России против украинских ВМС 24 ноября, и договоренность Франции и Германии по Газовой директиве, которая включает зеленый свет достройке "Северного потока-2". Наверняка, это и станет главными темами переговоров министров иностранных дел Нормандской четверки, которые могут пройти на полях Мюнхенской конференции по безопасности уже на этих выходных. Но вряд ли встреча станет прорывной или решающей, так как Владимир Путин прямо сказал, что ждет смены руководства в Украине.
Член правления Совета внешней политики "Украинская призма" Надежда Коваль считает, что на сегодняшний день оснований для появления нового "Минска" немного.
"Во-первых, ключевые игроки не хотят нарушать баланс статуса-кво. Даже агрессия на Азово-Черном море не стала достаточным поводом для ужесточения санкций. Все еще сохраняются надежды (в ЕС – Авт.) на диалог с РФ. Во-вторых, взята откровенная пауза на время избирательного года в Украине. Поэтому до осени-2019 я бы каких-то решений не ожидала, но в ходе предвыборной борьбы вынырнет еще не один "мирный план" или план по имплементации то от кандидатов, то от партнеров, то от международных организаций", – считает Надежда Коваль.
По словам первого замдиректора Центра "Нова Європа" Сергея Солодкого, при сохранении нынешнего руководства мы вряд ли увидим какие-то изменения. А вот при любой новой власти изменения вполне возможны, так как новый президент будет пытаться, по меньшей мере, создать видимость обновления форматов. Другое дело, насколько измененное название приведет к смене сути переговорного процесса и будет ли вообще результативным? Может быть "Минск-2", можно перенести "Минск" в другой город, можно инициировать расширение Нормандского формата, однако один и тот же вопрос будет оставаться: изменится от этого политика Владимира Путина? Сергей Солодкий подчеркивает, что нужна не смена формата, а изменение и усиление рычагов влияния на Россию. Поэтому кандидаты на президентский пост должны обещать не новые названия форматов, а представить свое видение усиления поддержки Украины западными странами.
"Путин вполне может допустить и расширение Нормандского формата. Включение тех же США в переговорный процесс вполне вписывается в видение Москвы – поднимает престиж Путина. Но видят ли себя США в, так сказать, "Норманди плюс"? Нет. К сожалению, сегодня нет никаких оснований допускать изменений в подходах России. Если, конечно, новый президент Украины решится пойти на требования Москвы (к примеру, на прямые переговоры со ставленниками Кремля на оккупированных территориях, или запуск политического этапа урегулирования без достижения предварительных условий по безопасности), то вполне вероятно и изменение поведения России. Однако вряд ли это будет отвечать интересам Украины, и, опять-таки, нет никаких оснований считать, что это позволит восстановить территориальную целостность", – сказал сайту "Сегодня" Сергей Солодкий.
