Николай Гоголь остался в нашей истории таинственной, трагической и даже мистической фигурой. Сегодня мы хотим попытаться пролить свет на темные стороны его судьбы. Действительно ли Гоголь сжег свою книгу? Был ли похоронен заживо? И как складывалась интимная жизнь писателя?
Что сожрал огонь?
Что случилось со вторым томом «Мертвых душ»? Этот вопрос является, возможно, самым насущным, когда речь заходит о жизни Николая Гоголя. Он волнует и простых любителей литературы, и прославленных коллег писателя. Например, Михаил Булгаков сделал эту тему одной из главных в своем романе «Мастер и Маргарита», произведя на свет известнейшее изречение: «Рукописи не горят».
Так действительно ли Гоголь, подобно булгаковскому Мастеру, сжег главное творение своей жизни? Специалисты говорят, что сжигать написанное было для Гоголя вполне обычным делом - так, в 1829-м, в возрасте 20 лет он под псевдонимом В. Алов издал поэму «Ганц Кюхельгартен», и, встретив не самый радушный прием у критиков, выкупил нераспроданный тираж и предал его огню.
«На самом деле на "Ганца" было всего 4 рецензии, одна из них - вполне благожелательная, три других - ругательные, но не то чтобы прямо "ужас и кошмар”, - рассказывает кандидат филологических наук Егор Сартаков, - Но даже это подвигло Гоголя на то, чтобы сжечь книги. И до конца своей жизни он никому не рассказал, что скрывался под псевдонимом В. Алов.
Но "Ганц" не был первой сожженной Гоголем рукописью. Первое сожжение произошло еще в Нежинской гимназии (там писатель учился с мая 1821 по июнь 1828). Гоголь написал поэтическую поэму "Россия под игом татар". Ему сделали замечание, что написано очень плохо - он тут же развернулся к огню и вышвырнул "Россию под игом татар" в огонь. Сохранились лишь две начальные строчки, которые запомнила мать Гоголя. Сожжение - достаточно популярное решение у Гоголя».
Получается, второй том «Мертвых душ» вполне мог угодить под горячую руку писателя? Литературовед, профессор МГУ Владимир Воропаев призывает не судить так однозначно:
«Тайна второго тома – это самая больная проблема гоголеведения. Что сжигал, когда сжигал, почему сжигал? На эти вопросы нет однозначного ответа. Я лет двадцать назад уже высказывал идею, которую никто пока не опроверг: второго тома Гоголь так и не написал. Потому что никто никогда не видел беловой (готовой к изданию) рукописи второго тома "Мертвых душ". Никто и никогда».
Воропаев добавляет, что единственный достоверный источник информации здесь - слова самого Гоголя и его слуги:
«В ночь с 11 на 12 февраля 1852 года Гоголь сжег свои рукописи. Какие именно — точно неизвестно. Об этом свидетельствует его крепостной слуга, который прислуживал ему в доме графа Александра Петровича Толстого. Слуга рассказал, что Гоголь отбирал бумаги, бросал их в печку и шевелил кочергой, чтобы они лучше горели.
До нас дошли черновые рукописи второго тома. Это четыре начальные главы и отрывок одной из последних глав, условно называемой пятой. Но это черновые главы, у них два слоя правки: сначала он написал, потом стал по этому тексту править».
Также в этой истории интересны показания духовника Гоголя, протоиерея Матфея Константиновского, по одной из версий принудившего писателя сжечь второй том:
«Непpавда и неправда… Гоголь имел обыкновение сожигать свои неудавшиеся произведения и потом снова восстанавливать их в лучшем виде. Да едва ли у него был готов второй том; по крайней мере, я не видал его.
Дело было так: Гоголь показал мне несколько разрозненных тетрадей. Возвращая тетради, я воспротивился опубликованию некоторых из них. В одной или двух тетрадях был описан священник. Это был живой человек, которого всякий узнал бы, и прибавлены такие черты, которых во мне нет, да к тому же еще с католическими оттенками, и выходил не вполне православный священник.
Я воспротивился опубликованию этих тетрадей, даже просил уничтожить. В другой из тетрадей были наброски… только наброски какого-то губернатора, каких не бывает. Я советовал не публиковать и эту тетрадь, сказавши, что осмеют за нее даже больше, чем за “Выбранные места из переписки с друзьями”».
Похоже, предание несовершенных творений огню было довольно привычным делом для эмоционального литератора. К сожалению, привести «Мертвые души» в устраивающий его вид Гоголю оказалось не суждено - находившийся в душевном кризисе, ослабленный голоданием из-за Великого Поста писатель, и так подорвавший здоровье многолетними путешествиями, через 9 дней после сожжения бумаг скончался.
Интимные секреты Гоголя
Личная жизнь знаменитостей всегда приковывает внимание. В случае с Гоголем она вызывает особенно много вопросов. Точнее, историков волнует полное отсутствие интима в жизни писателя.
«Достоверно мы ничего не знаем о сексуальной жизни и симпатиях Гоголя, - рассказывает Егор Сартаков, - С семейной жизнью у него не сложилось. Дворяне тогда женились позже, чем это принято сейчас, примерно в 35 лет. Где-то в этом возрасте Гоголь, по некоторым данным, сватался к Анне Виельгорской, но получил отказ. Мать Вельегорской Луиза Карловна была внучкой Бирона (фаворита императрицы Анны Иоанновны, регента Российской империи в 1740 г.) и показала, что Гоголь им не ровня.
Портрет Анны Виельгорской. Источник - Википедия
Студентам я всегда говорю, что в жизни Гоголя была только одна женщина - его мама. Гоголь любил вспоминать, что он - вымоленный ребенок. Его мать молилась в церкви Николая Диканьского и обещала назвать мальчика Николаем, если он выживет. До этого два младенца родились у нее мертвыми».
О влюбленности Гоголя в Вильегорскую свидетельствовали и его современники. Так, писатель Владимир Соллогуб называл ее «единственной женщиной, в которую был влюблен Гоголь».
Тем не менее, существуют теории, согласно которым Гоголь был гомосексуалистом, однако осознанно или неосознанно подавлял свое влечение к мужчинам. В доказательство сторонники этих теорий приводят отрывки из неоконченного рассказа «Ночи на вилле», где писатель предположительно описывал отношения с умиравшим от туберкулеза молодым другом - графом Иосифом Виельгорским, братом той самой Анны:
«Он сидел один, томление скуки выражалось на лице его. Он меня увидел. Слегка махнул рукой.
"Спаситель ты мой!" - сказал он мне. Они еще доныне раздаются в ушах моих, эти слова. "Ангел ты мой! Ты скучал?" - "О, как скучал!" - отвечал он мне.
Я поцеловал его в плечо. Он мне подставил свою щеку. Мы поцеловались. Oн
все еще жал мою руку.
(...) Я глядел на тебя, мой милый, нежный цвет! Во все то время, как ты спал
или только дремал на постеле и в креслах, я следил твои движения и твои
мгновенья, прикованный непостижимою к тебе силою».
Сторонник этой теории историк Лев Клейн говорит:
«Вокруг него в обществе было очень много людей, почти откровенно практиковавших гомосексуальные отношения.
Для Гоголя это был абсолютно запретный и ужасающий мир греховных искушений, и если он в глубине души сознавал направленность своих влечений, то должен был глубоко страдать от этого. В сущности его смерть близка самоубийству: он перестал есть и вместо сна молился. Он уморил себя голодом и бессонницей».
Впрочем, другие историки не соглашаются с Клейном и утверждают, что Гоголь проводил много времени в обществе мужчин только потому, что боялся быть в одиночестве. Также измышления по поводу гомосексуальности писателя называются чересчур запутанными и надуманными.
Похоронили заживо и украли череп?
Самые мрачные и мистические загадки Гоголя связаны с его смертью. Согласно распространенной версии, последней писателя фразой стало: «Лестницу, поскорее давай лестницу!» Считается, что эти слова пришли к Гоголю еще в раннем детстве, когда писатель проводил лето в малороссийском селе и слушал легенды о лестнице, по которой души умерших поднимаются в небо, и другие легенды, ставшие основой его первого успешного произведения - «Вечера на хуторе близ Диканьки», опубликованные в 1831 и 1832 годах.
Впрочем, согласно очень распространенной легенде, последних слов Гоголя никто не слышал - ведь писатель был похоронен заживо.
Доподлинно известно, что сам литератор этого очень боялся. В первой главе своей книги «Выбранные места из переписки с друзьями», опубликованной за пять лет до смерти, Гоголь написал завещание, где прямо содержится пункт:
«Завещаю тела моего не погребать до тех пор, пока не покажутся явные признаки разложения. Упоминаю об этом потому, что уже во время самой болезни находили на меня минуты жизненного онемения, сердце и пульс переставали биться».
Слухи подогревались тем, что монахи Данилова монастыря, на кладбище которого прошли похороны, якобы слышали вой и стоны сразу после церемонии.
«Вторая волна возникла после 1931 года, когда кладбище вместе с монастырем закрыли, превратив в колонию для несовершеннолетних преступников, - рассказывает Егор Сартаков. - Могилу Гоголя разрыли, тело эксгумировали и перенесли на кладбище Новодевичьего монастыря, где его прах хранится до сих пор. Вместе с Гоголем перезахоронили писателя Аксакова, основателя Московской консерватории Рубинштейна и многих других известных деятелей.
Члены комиссии по перезахоронению тел позже распространяли сплетни. Самая известная принадлежит писателю Лидину. Своим студентам в Литинституте он рассказывал, что, когда открыли крышку гроба, она была исцарапана, а Гоголь лежал в неестественной позе, свернувшись клубком».
Тем не менее, специалисты не считают эту гипотезу убедительной. Ей противоречат свидетельства скульптора Николая Рамазанова, снимавшего посмертную маску с Гоголя. Рамазанов писал, что, когда он готовился снимать посмертную маску, его помощник, месивший гипс, попросил поторопиться, так как тело начинало разлагаться.
Такой же малоубедительной считается легенда, что череп Гоголя якобы был украден фанатом русского театра купцом Алексеем Бахрушиным, добавившим его в коллекцию к черепу актера Щепкина. Ее авторы путались в собственных версиях - по одним черепа в гробу не было, по другим он был повернут набок, что намекало на то, что захороненный оставался жив...
Тем не менее, мистические варианты легенды с черепом вышли довольно яркими. Согласно одной из них, внучатый племянник Гоголя, лейтенант флота, узнав о поступке Бахрушина, пригрозил ему и отнял голову, после чего решил отвезти череп в Италию, которую писатель считал второй родиной.
Однако родственник Гоголя не мог отлучиться со службы и поручил реликвию знакомому итальянскому капитану.
К сожалению, капитан оказался нерадивым хозяином, и череп по недосмотру перешел к его младшему брату. Юноша же не придал находке особого значения, но захватил ее в железнодорожную поездку, желая подшутить над друзьями.
Кульминационный момент настал в туннеле под Ла-Маншем. Предвкушая выражения лиц друзей, шутник открыл заветную коробку – и тут весь состав пропал…
Легенда гласит, будто поезд стал железнодорожным аналогом «Летучего голландца» и до сих пор пугает людей на рельсах Италии, Полтавщины и Запорожья.
