В горячие дискуссии вокруг сирийского конфликта, разворачивавшиеся в США, вмешался Владимир Путин — и это обстоятельство сделало Барака Обаму проигравшей стороной.
С 2012 года Обама упрямо настаивал на том, что США не должны вмешиваться в сирийскую гражданскую войну даже в ограниченных масштабах. Джон Керри, Хиллари Клинтон, Дэвид Петреус (David Petraeus), Леон Панетта (Leon E. Panetta) и многие другие убеждали президента использовать в Сирии американские ВВС или увеличить поддержку сирийских повстанцев, чтобы изменить баланс сил в войне против режима Башара аль-Асада и, таким образом, гарантировать такие условия политического урегулирования конфликта, которые будут выгодны США и их союзникам.
Но Обама к ним не прислушался. Он заявлял, что США не могут вмешаться в сирийский конфликт, не втянув свои вооруженные силы в очередную трясину, подобную Ираку и Афганистану. Он утверждал, что вмешательство США только обострит конфликт, подстегнет подъем экстремистов и еще больше усугубит гуманитарный кризис.
Между тем, все это произошло в отсутствие действий США. И теперь Путин доказал, что тот план, который Обама отверг — ограниченное военное вмешательство, которое позволило бы изменить исход конфликта, не потребовав при этом значительных затрат — с самого начала был единственно верным. Разница лишь в том, что теперь победа осталась за Россией, Ираном и режимом Асада в ущерб США и их арабским, израильским и турецким друзьям.
Соглашение, которое в сентябре Керри заключил с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, принесло Путину все, чего он хотел добиться. Перемирие позволит режиму Асада укрепить свое положение, поскольку оно оставляет за ним право сохранить выгодные позиции у Алеппо — крупнейшего города страны. Если перемирие продержится семь дней, американские командиры будут обязаны объединить усилия с Россией в борьбе против антиасадовских группировок, считающихся экстремистскими, в Алеппо и других частях страны — и, таким образом, выполнить требование Путина о том, что Запад должен бороться с «террористами», а не с режимом Асада. Решительные возражения Пентагона против такой капитуляции были отвергнуты.
Если перемирие провалится — такой вариант тоже нельзя исключать — США придется признать, что именно повстанцы, а вовсе не режим, являются главной проблемой в Сирии, на чем Путин тоже давно настаивает. Хотя Керри охарактеризовал это соглашение как договор, который поможет начать оказание гуманитарной помощи сирийским мирным гражданам, Асад продолжает препятствовать поставкам этой помощи. Если судить по прошлому опыту, то, чтобы решить эту проблему, Керри снова отправится к Путину.
Вы помните, что Путин распорядился начать военную кампанию в Сирии всего год назад, после того как командующий спецподразделением «эль-Кудс» Кассем Сулеймани (Qassem Soleimani) предупредил Москву о том, что режиму Асада грозит поражение. Когда в Сирии внезапно появились российские бомбардировщики — к большому удивлению Вашингтона — Обама поспешил заявить, что Россия скоро увязнет в «трясине». Такая реакция была вполне предсказуемой: в конце концов, президент долгое время настаивал, что именно таким и будет результат военного вмешательства США в сирийский конфликт.
Но России удалось избежать трясины. Напротив, Путин, который устроил целое шоу из вывода части своих самолетов с территории Сирии, понес минимальные потери. Он изменил баланс сил в пользу Асада и добился того, что США согласились на его условия. Более того, он добился этих уступок от США, несмотря на свои дерзкие и беспрецедентные попытки вмешаться в ход американской предвыборной кампании.
Пока Керри вел переговоры с Лавровым, российская разведка взломала системы национального комитета Демократической партии и опубликовала украденные электронные письма его членов. Однако Керри все равно согласился заключить соглашение по Сирии на условиях Москвы. Его сторонники продолжают утверждать, что военная кампания России и отказ Обамы принимать решительные меры не оставили Керри никаких альтернатив.
Путин, должно быть, испытывает особое удовольствие от того, что ему удалось поменяться геополитическими ролями с Вашингтоном. В 1990-е годы вместе со своими коллегами из КГБ он в смятении наблюдал за тем, как администрация Клинтона проводит военные операции на территориях, некогда относившихся к сфере влияния России — таких как Сербия и Босния — а затем навязывала местным правительствам политические решения, выгодные США. Правительство Бориса Ельцина было вынуждено мириться с результатами политики США, такими как независимость Косово. С точки зрения Путина, на протяжении того периода времени США беззастенчиво вмешивались во внутреннюю политику России, финансируя правозащитные организации, выступавшие в защиту прав человека и демократии.
Теперь Путин стал тем лидером, который навязывает условия политического урегулирования в регионах, в которых не так давно доминировали США, и одновременно стремится подорвать основы политической системы США. Но разница между ними заключается в том, что США, в отличие от России 1990-х годов, остаются сильной страной — гораздо более сильной, чем путинская Россия. А их временная беспомощность — это всего лишь результат ошибочного выбора.
Разумеется, Обама воспринимает ситуацию иначе. Его помощники иногда противопоставляют его политику политике Билла Клинтона: по их словам, те люди, которые отвечали за внешнюю политику при администрации Клинтона, не понимают, насколько сильно уменьшилась способность США навязывать свою волю другим странам за последние 20 лет. Возможно, они правы. Однако это их утверждение не объясняет ситуацию в Сирии, где Владимир Путин только что сделал то, что Обама считал невозможным.
inosmi.ru
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →