7 сентября в "европейском квартале" Брюсселя было жарко.
Сотни тракторов, которые блокировали едва ли не весь город, драки с полицией, горящие шины, дымовые шашки и полицейские водометы – даже больше, чем привычный "набор инструментов" левых, пытающихся повлиять на политику европейского руководства.
А еще это – идеальная иллюстрация того, что внутриевропейские события, дискуссии и конфликты порой связаны с Украиной – и по причинам, и по возможным последствиям, и по времени и месту событий.
Ведь одной из ключевых причин масштабного протеста фермеров стали российские контрсанкции, введенные против ЕС (а их первопричиной, как известно, стала российская агрессия на Донбассе и аннексия Крыма).
В то время, когда противостояние на площади Шумана и подходах к ней достигло своего пика, в одном из заблокированных демонстрантами зданий начались торговые консультации.
Сначала – в формате Украина-ЕС (и на них СМИ почти не обратили внимание – мол, очередная встреча украинских и европейских чиновников). А сразу по завершению этого раунда – в трехстороннем формате, с участием России. Эти переговоры привлекли значительно больше внимания. И это не удивительно: #зрада, разве можно говорить с РФ:)
Итоги встречи немного поубавили накал эмоций: разговор с россиянами "не сложился".
РФ выдвинула новый ультиматум. Стороны разошлись и, скорее всего, больше не соберутся на уровне министров.
Но главной темой нашей статьи является не возмущение сельхозпроизводителей, не сорванные трехсторонние консультации и даже не история о том, как украинским и российским переговорщикам удалось "пробиться через трактора" к заблокированному европейскому кварталу.
"Европейской правде" стали известны детали двусторонней встречи министра иностранных дел Павла Климкина и торгового еврокомиссара Сесилии Мальмстрем. Эти переговоры длились час и прошли перед встречей с участием РФ.
 |
| "Кольцо Шумана" после одной из атак фермеров. На заднем плане в центре – здание Совета ЕС, справа – Еврокомиссия.
Фото предоставил ЕвроПравде один из сотрудников внешнеполитической службы ЕС, наблюдавший за протестами из своего кабинета. |
"Обычно на таких переговорах мы согласовываем совместные позиции на трехсторонке, но сейчас об этом почти не говорили. Только в начале все согласились, что от трехсторонки ждать нечего", - рассказал один из участников встречи.
ЗСТ по-новому
Главной же темой переговоров стал кризис, ожидающий украинских экспортеров.
Украина предупредила: с 1 января Россия запретит ввоз всех без исключения украинских сельхозпродуктов.
А в течение еще двух недель – резко повысит тарифы на промышленную продукцию, отменив режим свободной торговли с Украиной.
Вариантов избежать этого сценария – просто нет, потому что санкции "привязаны" к запуску зоны свободной торговли Украина-ЕС. А она начнет действовать с 1 января 2016 года, и Киев даже не рассматривает возможности отказа от этих планов. Более того, в Киеве говорят, что уступки России не имеют экономического смысла.
"Ведь россияне уже сейчас негласно закрыли для нас рынок, потери товарооборота – $2 млрд. Если с 1 января будет введено ограничение на российском рынке, будет потеря дополнительно $0,5 млрд. Несравнимые значения", – пояснил один из членов украинской делегации.
Поэтому на встрече в Брюсселе представители украинского МИД и Минэкономразвития попросили у ЕС помощи. Не денежной, а прежде всего торговой – то есть дополнительного открытия рынка ЕС, которое позволило бы минимизировать влияние российского эмбарго на нашу экономику.
"ЕС имел полное право ’послать’ нас после такого предложения, но они согласились обсуждать детали, и это само по себе является победой", – признался на выходе из Еврокомиссии один из переговорщиков.
Тот факт, что Украина и ЕС намерены начать переговоры об изменении торговых условий, признал Павел Климкин в комментарии ЕвроПравде.
"Мы договорились о том, как мы будем обсуждать расширение возможностей по ЗСТ, а также возможное расширение квот и другие идеи. Этот диалог начнется в ближайшее время, нужно только сделать ряд дополнительных расчетов", - заявил он.
Эту дипломатическую формулировку стоит "расшифровать" отдельно. Дело в том, что все параметры ЗСТ (тарифы, объемы беспошлинных квот, исключения) уже зафиксированы в Соглашении об ассоциации. Менять их в одностороннем порядке в пользу Украины Брюссель вряд ли станет.
С подобными предложениями украинские представители обращались и ранее, но ответ Брюсселя был неутешительным. Тем более – учитывая фермерские протесты, которые в этом случае могут усилиться.
Поэтому, по нашим данным, сейчас всерьез обсуждается идея глубокого пересмотра Соглашения об ассоциации, а именно – его экономической части.
Это среди прочего означает, что некоторые беспошлинные квоты для украинских товаров (прежде всего – для сельхозпродукции) будут увеличены. Но европейские товары также должны получить дополнительные механизмы выхода на украинский рынок.
"Есть товары, которые мы в принципе импортируем, но сейчас – из РФ, а можем ввозить их из ЕС", - отметил один из членов украинской делегации.
Хотя очевидно, что некоторые уступки Украины будут более чувствительными. Потому что если мы хотим получить реальные преимущества для нашего ключевого экспорта, то должны предлагать что-то взамен.
Зачем что-то менять?
Идея изменить параметры ЗСТ – не нова.
Дело в том, что параметры нашего соглашения основывались на статистике торговли Украины и ЕС в 2005-2007 годах. Показатели кризисных 2008 и 2009 годов тогда не принимались во внимание, чтобы не занизить объемы квот для украинских товаров. В 2011 основные торговые параметры уже были согласованы.
Но шли годы. Из-за действий Януковича Соглашение, переговоры по которому завершились, легло в долгий ящик и было подписано лишь после смены власти в Украине.
Однако за прошедшие 8-10 лет структура экономики Украины существенно изменилась.
Идеология Соглашения об ассоциации заключается в том, чтобы снять пошлины с полного объема экспорта по как можно большему числу товарных позиций. И поэтому сейчас по некоторым позициям квота, предоставленная ЕС для беспошлинной торговли, не адекватна реалиям.
К примеру, для экспорта меда годовая беспошлинная квота – 5 тысяч тонн, а всего за январь-май 2015 года экспорт составил 10,6 тысяч тонн. Квота на кукурузу – 400 тысяч тонн, фактический экспорт за 5 месяцев – 3,5 млн тонн(!). Экспорт пшеницы тоже традиционно выше объема, предусмотренного соглашением.
При квоте на виноградный и яблочный соки в 10 тысяч тонн годовой экспорт превысит 100 тысяч тонн (за 5 месяцев он почти достиг 50 тысяч).
Украинские производители, скорее всего, превысят объемы беспошлинного экспорта овса, переработанных томатов и ряда других позиций.
Но проблема в том, что эти изменения нужны нам, а не Евросоюзу. И европейские сельхозпроизводители не будут в восторге от дополнительной конкуренции со стороны украинцев.
Формально процесс такого пересмотра пока не начался, утверждают собеседники ЕвроПравды в ЕК. Но, по нашим оценкам, его вероятность очень высока.
"Европейская правда" уже сообщала о том, с какими идеями украинская делегация отправилась в Брюссель (см. статью Украина и ЕС ищут ответ на российское эмбарго).
Варианты, изложенные в материале – в частности, переход на параметры второго или третьего года, – до сих пор "на столе переговоров". Однако их шансы значительно ниже, чем вероятность того, что Украина и ЕС начнут полноценный пересмотр параметров ЗСТ.
К тому же переход на последующие годы либерализации не решит проблемы наших товаропроизводителей.
Да, квоты вырастут – к примеру, за 5 лет квота на соки должна увеличиться вдвое, на кукурузу – на 62,5%, на мед – на 20%. Но сейчас по некоторым позициям объемы экспорта уже в несколько раз (а то и десять раз!) превышают плановую квоту.
Как это сделать и нет ли опасности?
Механизм пересмотра Соглашения об ассоциации уже есть – он предусмотрен самим соглашением.
Согласно статье 461, Совет ассоциации (двусторонний орган, созданный в рамках Соглашения) имеет право – принимая во внимание текущие события и состояние экономики – "пересматривать функционирование соглашения в свете его целей".
Заседание Совета ассоциации ожидается в декабре текущего года. Вполне возможно, что именно тогда стороны официально запустят процесс переговоров о его пересмотре.
И самое главное, что этот процесс никоим образом не повлияет на выполнение Соглашения в его нынешней редакции – до завершения пересмотра документ будет действовать в неизменном виде.
К слову, опасность того, что обновленное соглашение будет хуже нынешнего, несложно свести к нулю (конечно, при желании власти). Мы просто не будем завершать переговоры до тех пор, пока не будут достигнуты параметры, приемлемые для обеих сторон.
Едва ли не самым большим потенциальным риском является вмешательство Москвы в переговорный процесс.
Ведь Россия давно настаивала именно на пересмотре соглашения, который бы удовлетворил ее пожелания.
Поэтому критически важно с самого начала в формате переговоров исключить любое участие россиян в этом процессе.
Для европейцев проблемой является то, что пересмотром только украинского соглашения ситуация не ограничится. Очевидно, что Грузия и Молдова поставят вопрос улучшения своих торговых условий (ведь они также страдают от российских ограничений).
В то же время экспортный потенциал этих стран (и их влияние на рынок ЕС) намного ниже украинского, поэтому вряд ли этот аргумент помешает началу переговоров с Украиной.
Не квотами едиными...
Павел Климкин настаивает, что пересмотр условий торговли – лишь один из механизмов помощи со стороны ЕС. Есть и другие, и некоторые из них действуют более срочно (тогда как переговоры по изменениям в соглашение могут длиться год или даже больше).
В частности, уже известно, что при поддержке ЕК в Украине планируют открыть офисы, которые будут помогать украинским экспортерам.
Но наибольшее внимание приковано к тому, чтобы вывести на новый уровень сотрудничество бизнес-ассоциаций.
"Страны Центральной Европы больше всего "поднялись", когда их производства нашли место в технологической цепочке западных промышленных гигантов. Наша перспектива – тоже здесь. Поэтому нужно интенсифицировать диалог бизнеса, чтобы тот искал свое место в промышленной производственной цепочке компаний из ЕС.
Кроме того, надо, чтобы прекратились негативные сигналы от ЕК о нестабильности в Украине и пошли позитивные заявления. Европейский бизнес за этим внимательно следит", - рассказал один из участников переговоров.
Единственное, что стоит к этому добавить – никакие просьбы к европейскому бизнесу и к ЕК не сработают, пока Украина не начнет сама генерировать позитивные сигналы.
В частности – о реформах.
Потому что даже если мы сможем получить дополнительные преференции на экспорт в ЕС, но не примем национальные процедуры сертификации (для промышненной продукции) и не адаптируем европейскую систему санитарного/фитосанитарного контроля (для агропрома), существенный рост объемов торговли и дальше останется лишь нашей мечтой.
