Образ глупого и удачливого младшего брата – бродячий. Он встречается и в устном народном творчестве европейских народов, в китайском фольклоре, сказаниях североамериканских индейцев, сказках африканских, австралийских и северных племён. Но лишь на русской почве он стал так популярен: Иван-дурак – едва ли не главный наш сказочный герой. Факт, который может показаться, как минимум, странным, на поверку обнаруживает более чем весомые причины.
Первая из причин популярности Ивана-дурака - его комичность. Ведь одна из главных задач сказки – развлечь слушателя. И сказитель (многие из которых были скоморохами) делает всё, чтобы крестьянам, слушающим его дождливым вечером в кабаке или душным полуднем в очереди на мельницу, было как можно веселее!
Вёдра ходят сами собой, печь едет по городу и давит людей, дубина сама колотит царских посланников. Ситуации дурацкие, гротескные, потому что в их центре дурак. И, в то же время, ситуации типичны для народной смеховой культуры: мы без труда отыщем их в популярных европейских сказках или научных работах, посвящённых природе смеха. С определёнными оговорками и самого Ивана-дурака можно назвать скоморохом.
Не менее важен социальный аспект образа дурака. Он – младший брат в патриархальной семье, живущей общим хозяйством. Он практически не имеет прав. По сути, он последний человек в этом мире. Оттого с нескрываемым удовольствием крестьяне слушали, как этот угнетённый герой, бессребреник, расправляется с сильными мира того: не только со старшими братьями, но даже с важными чиновниками, принцами и – чего уж там – самим царём.
Но сказка не была бы сказкой, если бы сводилась к одному лишь поиску социальной справедливости. Согласно некоторым теориям, сказка о младшем брате - это отражение уклада средневековой крестьянской семьи (остаточные явления этого уклада можно было встретить и в конце XIX века). Вернее: особенность сказок о младшем брате была обусловлена существовавшим в то время наследственным правом, согласно которому при разделе имущества умершего главы семьи большая часть хозяйства отходила именно младшему сыну. Но в случае, когда наследники продолжали вести совместное хозяйство, главой семьи оставался самый старший.
Также и в сказке: старшие братья имеют больше прав внутри семьи в сравнении с Иваном, но как только между ними происходит конфликт, вынуждающий Ивана покидать (пусть даже на время) пределы семьи – «удача» переходит к нему, и в конце сказки именно он становится обладателем всех «земных благ».
Третья причина любви к Ивану – его сходство с юродивыми. В таком сопоставлении нет ничего удивительного, если вспомнить, что одним из синонимов слова «юродивый» в словаре Даля является «дурачок». Иван – дурак, то есть сумасшедший, хотя в его образе соединились черты и юродивых-безумцев, и подвижников, юродствовавших «Христа ради».
Юродство в основе своей было антиэстетичным, тяготевшим к безобразному. Этимологически «юродивый» восходит к слову «урод». Как урод описывается и Иван-дурак: вечно он лежит на печи, грязный, оборванный, сопли по лицу растирает.
