20 мая на «Книжном Арсенале» презентовали книгу «Мировая гибридная война: украинский фронт» — коллективную монографию специалистов Национального института стратегических исследований.
Книга напечатана в полной версии на украинском и в сокращенной — на английском языках. Кроме того, она также есть в свободном доступе в сети. За общую редакцию отвечал директор Института Владимир Горбулин. MediaSapiens публикует самое главное из выступления, где Владимир Павлович рассказал, что такое гибридная война, и кратко изложил три сценария развития событий для Украины.
«Никто и никогда не знает, когда гибридные войны заканчиваются»
Гибридная война и «гибридный мир» — это бесконечное количество конфликтов на различных территориях земного шара, которые очень слабо зависимы и с трудом поддаются корреляции, однако каждый из которых представляет угрозу миру. Если вспомнить американского математика и главного теоретика системы хаоса (Эдвард Лоренц. — Ред.), vожно сказать: взмах крыльев бабочки в Юго-Восточной Азии может закончиться массовыми проблемами с эмиграцией в странах золотого миллиарда, в странах Запада.
Отсюда можно формулировать различные дефиниции гибридной войны. Я попробую сформулировать только несколько основных, с моей точки зрения, ее характеристик.
Во-первых, никто и никогда не знает, когда она начинается. Во-вторых, никто и никогда не знает, когда гибридные войны заканчиваются. Они могут появляться и развиваться на самых отдаленных участках земной суши. И самое главное — в гибридной войне не бывает победителей. Может быть успех, но победить в гибридной войне невозможно.
Признаки непосредственно гибридной войны появились в 1945 году, когда Советский Союз и Запад вступили в период так называемой «холодной войны». Тогда впервые начали использовать невоенные методы противостояния. Хотя потом целый ряд конфликтов в Корее, на Ближнем Востоке, в Африке, Латинской Америке сопровождались военными действиями. Однако все же первые противостояния были на театре «холодной войны». Это в первую очередь информационная война. Более того, она потом получила название у спецслужб США «активные действия, которые вел Советский Союз против Соединенных Штатов». США, разумеется, пытались отвечать.
«Эта книга будет служить мостом, по которому мы обязательно поедем на Запад»
Мне очень нравится фраза Андреаса Умланда, немецкого политолога, который сказал, что сегодня снова возникла ситуация с противостоянием пролиберальных и антилиберальных сил. Но главное, что центром этого противостояния стала Украина, которая несет на себе основную его тяжесть. Мы действительно как страна несем наибольший груз. Мы третий год находимся в драматическом положении. Идет война, льется кровь.
Наш Институт искал свое место в этой борьбе за независимость Украины и за ее суверенитет. И мне кажется, что какой-то степени мы открыли идеологический фронт. Несмотря на большое количество документов, которые Институт должен готовить по своему статусу, мы в 2015 году выпустили книгу «Донбасс и Крым: цена возвращения» и в начале этого года «Гибридная война: украинский фронт».
Последняя книга уже вызвала большой интерес у наших западных друзей, она уже в определенной степени прокомментирована в России. Думаю, эта книга будет служить мостом, по которому мы обязательно поедем на Запад. Чтобы там понимали, так же, как мы теперь понимаем: говорить сегодня о том, что «Украина просто мучается с Россией в своих отношениях» — это большая ошибка. Сегодня мир вступил в новую войну, название которой «гибридная и мировая».
Война идет на всех фронтах: это и экономическая отрасль, и политическая, и военная, а главное — гуманитарная. Используются все средства и большие средства, чтобы поссорить США с ЕС, чтобы в Европейском Союзе оказалось больше евроскептиков, чтобы они сыграли решающую роль на выборах в Европе. Мы уже почувствовали последствия, когда референдум в Голландии об ассоциации Украины и ЕС фактически стал вопросом отношение голландцев вообще к ЕС. Поэтому я думаю, что нам придется долго бороться за свою независимость и суверенитет. Я абсолютно убежден в том, что эта книга поможет правильному пониманию как у нас внутри Украины, так и за рубежом.
«Мне никогда не приходило в голову, что когда-нибудь мы дойдем до войны»
Я имел возможность с самого начала нашей независимости работать на самом высоком уровне с российскими главными лицами. Никогда в частных беседах (а не за столом переговоров) я не слышал, чтобы они сказали: «Украина таки государство и мы всячески приветствуем это государство». Мы очень трудно шли к заключению большого договора с Россией. Он был необходим для того, чтобы мы могли себя чувствовать более или менее спокойными относительно наших границ. Но принятие этого договора затягивалось до той поры, пока не были подписаны все соглашения относительно Черноморского флота. Они были очень тяжелыми для Украины, но необходимыми. По вопросу Крыма и тогда самые высокие лица российской власти, улыбаясь, говорили: «Ну а Крым, ну а Крым?»
Безусловно, мы им отвечали, что Крым украинский есть и украинским будет. Я имел возможность присутствовать на переговорах в период с 1994 по 1998 год между президентом и помощником по нацбезопасности России и президентом и помощником по нацбезопасности Украины, и скажу вам откровенно — постоянно возникал вопрос Черноморского флота и наших долгов.
К сожалению, так случилось, что в первые годы независимости мы вынуждены были закупать газ и ТВЭЛы (тепловыделяющие элемент. — Ред.) для атомных электростанций, а не платя денег. Это поставило нас в очень тяжелые условия. Но мы тогда вышли из положения и вышли, на мой взгляд, на уровень равноправных сторон. Я не хотел бы преувеличивать, но мне никогда не приходило в голову, что когда-нибудь мы дойдем до войны.
Что касается нашей оборонной промышленности, разведки, нашего Министерства обороны ... Институт сделал анализ: несмотря на все трудности, за эти два с лишним года нам удалось все-таки сделать многое в стране. И те изменения, которые нам удалось реализовать, дают мне основание для веры в наше светлое будущее.
Три сценария
Два аспекта, на которые я также хотел бы обратить внимание. Первое — мы в этой книге не могли пройти мимо того, что называется национальной памятью. А я из детей войны и очень хорошо помню, что было в первые послевоенные годы. Никогда история не использовалась как инструмент войны. Я не знаю, какую надо иметь голову на плечах, чтобы историю сделать таким инструментом. А это делает Российская Федерация. Оказывается, победили только россияне во Второй мировой войне.
Я говорю об этом не случайно, потому что то, что происходило в Тихом океане в войне между Японией и США и по потерям, и т.д. — это тоже ужасная ситуация. И все народы Советского Союза участвовали в победе в войне. И я помню в свои шесть лет, какой это был праздник в городе Горловка на Донбассе 1945 года. Поэтому я считаю, что это грех, который взяли на себя руководители Российской Федерации, и который обязательно еще им зачтется.
Второй аспект. Мы не решались прогнозировать, так как в случае гибридной войны прогнозы — дело крайне неблагодарное, но все же выстроили три возможных сценария.
Первый — это битва; второй — ультиматум, третий — деградация.
Деградация — это когда мы откажемся от своей независимости и перейдем в категорию второсортной государства. И будем постепенно умирать в своей бедности, не понимая, что мы за страна и куда направляемся.
Второй вариант предусматривает практически ультиматум. Когда мы согласимся со всеми требованиями Российской Федерации, какой должна быть Украина. Здесь можно сказать фразу, что безопасность России, за которую так волнуется Путин, заканчивается там, где начинается безопасность других стран.
Битва ... Думаю, что мы теперь готовы защищать свою страну и независимость. Самое главное, что нужно для этого, — единство украинского народа. Он тяжелыми путями идет к этому единству и я верю, что наш народ победит в этой битве.
Источник: Владимир Малинка, MediaSapiens
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →