Хотя дорожная карта борьбы с коррупцией предельно ясна, и открытых противников ее Украине не найдешь, на пути в светлое безкоррупционное будущее вдруг возникает множество препятствий. Больших и малых, и их так много, что мысль о случайных совпадениях отбрасываешь сразу.
Если истина находится посередине, то в оценке нашего сегодня стоит микшировать тексты оптимиста («владофила») и пессимиста («зрадофила»), пишет Укринформ. С одной стороны, у Украины есть совершенно замечательные победы. С другой стороны, больное прошлое, губительные для страны практики уходят со скрипом, пытаются задержаться. Мы никогда не считали коррупцию главной угрозой государственности, полагая, что главной угрозой на сегодня является Россия. Но коррупция по-прежнему в списке угроз и препятствий для нашего рыночного и демократического транзита.
И хотя дорожная карта борьбы с коррупцией предельно ясна, и открытых противников ее Украине не найдешь, на пути в светлое безкоррупционное будущее вдруг возникает множество препятствий. Больших и малых, и их так много, что мысль о случайных совпадениях отбрасываешь сразу.
Итак, по порядку.
1. Судьба Высшего антикоррупционного суда. Само его существование оказалось под угрозой.
Такие суды есть во многих странах, где коррупция стала проблемой и общество ополчилось на борьбу с ней. О необходимости такого суда говорят Артем Сытник и Назар Холодницкий, многие наши зарубежные партнеры.
Высший антикоррупционный должен был бы рассматривать дела, подследственные НАБУ. Собранием судей ВАКС создаются палата следственных судей, апелляционная палата и другие судебные палаты. Но законопроект, предполагающий для подследственных НАБУ отдельную судебную инстанцию, пытаются «подправить».
Внесен и альтернативный законопроект, предполагающий антикоррупционную специализацию в обычных судах, с антикоррупционной палатой Верховного суда в качестве кассационной инстанции. Сможет ли общий суд, укомплектованный в основном судьями старой закалки, вести антикоррупционные дела против высших должностных лиц государства? Ответ на этот вопрос очевиден.
Сторонники создания отдельной палаты ВСУ вместо Антикоррупционного суда вполне могут ссылаться на мнение Жана-Клода Юнкера, что ЕС хоть и требовали от Украины создания антикоррупционного суда, но как промежуточный вариант решения проблемы согласны на создание палаты: главное - не инструменты, а убеждение в том, что в украинском обществе есть желание борьбы с коррупцией. Сторонники Антикоррупционного суда в НАБУ заявили, что создание антикоррупционных палат не только не решит проблему отсутствия приговоров по топ-коррупционерам, но и углубит ее.
На данный момент вопрос завис.
2. Проволочка с началом работы Государственного бюро расследований.
Если коррупционерами в высших эшелонах призваны заниматься НАБУ и САП, то взяточники и расхитители помельче - забота ГБР. Он должно забрать функции следствия у прокуратуры.
Согласно «антикоррупционной дорожной карте» ГБР должно было бы начать работу не позднее 20 ноября 2017 г года. Но все слишком затянулось. Закон «О Государственном бюро расследований» был принят в ноябре 2015 г. (через два года после того, как был внесен законопроект), и вступил в силу в январе 2016 г. Между принятием и подписанием закона прошло 64 дня. Причины называют разные.
Из наиболее часто упоминаемых в последнее время: профильные министерства, дескать, не предоставили необходимых документов, для обследования будущих детективов на полиграфе. Чтобы как-то подстегнуть «борцов с коррупцией», западные доноры изъявили желание подарить полиграф, но только вместе с методиками и специалистами-полиграфологами. Их отечественные коллеги из Ассоциации полиграфологов Украины подсуетились и сделали такой подарок первыми, но с условием - проводить тестирование на полиграфе должны украинские специалисты. Мол, зарубежных коллег больше будет интересовать «украл ли человек полведра черешен», а наших - есть ли у коррупционера связи с зарубежной разведкой.
Есть надежда, что вопрос с мертвой точки сдвинется и к осени отбор детективов начнется.
3. Война вокруг кандидатур аудиторов НАБУ. Распри между коалицией и так называемой группой «антикоррупционеров» в парламенте и за его пределами привели к патовой ситуации в назначении аудиторов НАБУ.
Закон о НАБУ предполагает проверку этого органа, осуществлять которую должна тройка специалистов высокого уровня, назначенных по квоте соотвественно - парламента, президента и Кабмина. С одной стороны - это инструмент помогающий определить оправданность расходов, выделенных из бюджета на работу антикоррупционного органа. С другой - это единственный рычаг для власти повлиять на НАБУ, ведь по итогами аудита директор Антикоррупционного бюро может быть отстранен от работы. Если удастся назначить всю тройку из представителей одного «политического пула», вопрос управляемости НАБУ будет решен.
Аудитор от Кабмина назначен, им стал Михаил Буроменский. Президент свою кандидатуру на аудиторов пока не подал - ждет, чем окончится дискуссия в Верховной Раде. А в парламенте - коса нашла на камень. Первый раунд подбора кандидатов вывел в лидеры Роберта Сторча «рекомендованного» посольством США, и англичанина Найджела Брауна, которого выдвинула коалиция. Позиция парламентского большинства: НАБУ, дескать, контролируется американцами и нельзя, чтобы аудит проводили люди, контролируемые также из-за рубежа. «Антикоррупционеры» в свою очередь заподозрили выдвиженца коалиции в заангажированности властью.
Голосование в комитете, возглавляемом Егором Соболевым, ни к чему не привело. Коалицианты, чтобы решить вопрос в положительном для себя ключе, ввели в комитет еще нескольких своих депутатов, обеспечив большинство при голосовании.
Во втором раунде отбора аудиторов по итогами рейтингового голосования на рассмотрение Верховного Совета было вынесено четыре кандидатуры: профессор Киевского национального университета им. Т. Г. Шевченко Александра Яновская, которая также прошла в финал конкурса в новый Верховный суд Украины. Далее идут сразу три кандидата, набравшие по 9 голосов, - адвокат, представитель Академии адвокатуры Сергей Гончаренко, американский адвокат Марта Борщ и испанский прокурор Карлос Кастресана. По итогам голосования никто из них не набрал большинства голосов. Осенью надо ожидать продолжения противостояния.
4. НАБУ и прослушка. Антикоррупционное бюро так и не получило права на прослушку.
Документ, состявший по сути из четырех слов: поправка в УПК позволяющая Бюро самостоятельно, без участия СБУ осуществлять негласные следственные действия, более года лежит в парламенте.
Хотя в меморандуме МВФ прямо указано, что НАБУ должно получить право самостоятельно снимать информацию с каналов связи, перехватывать сообщения, иметь доступ к компьютерным системам и проводить следственные действия под прикрытием. Это условие МВФ выдвигает уже не впервые. Согласно меморандуму, это нужно было сделать еще в конце ноября 2016 года. Потом был назван новый срок - конец мая 2017 года. Как видим, результатов нет. Депутаты украинского парламента невероятно напуганы тем, что их бизнес-переговоры о делах, не всегда законных, могут быть услышаны государственным ведомством.
5. Электронное декларирование «антикоррупционеров».
После прошлогодней скандальной эпопеи с публикацией е-деклараций высших чиновников стало понятно: общественникам-антикоррупционерам, которые слишком уж пристально стали изучать эти декларации, нужно готовиться к ответному удару. И он незамедлительно последовал. В проект поправок к закону об электронных декларациях была внесена статья об обязательном декларировании доходов и расходов общественных активистов из НГО «антикоррупционной направленности», а также главных редакторов СМИ.
В своем "Фейсбуке" Соболев рассказал, что эту поправку парламента рекомендовали принять Иван Мельничук, Олег Барна, Татьяна Рычкова, Игорь Артюшенко, Андрей Немировский, Юрий Буглак (делегированные в комитет Блоком Петра Порошенко), Константин Матейченко, Юрий Савчук ("Народный фронт), Игорь Попов (Радикальная партия), Сергей Дунаев (Оппозиционный блок) и Михаил Ланьо (группа "Видродження").
После долгих согласований в коалиции и протестов со стороны журналистов пункт о декларациях руководителей СМИ из законопроекта был убран. А сам закон проголосован и вступил в силу. Борьба, однако, на этом не закончилась - гражданское общество и представители европейских структур выступили с критикой принятых поправок. Президент вынужден был с этой критикой согласиться и 8 июля подал в ВР свой законопроект об отмене антидемократической статьи и замене ее соответствующими положениями в Налоговом кодексе, по которым декларации должны подавать все общественные организации, независимо от специализации.
А пока поправки президента Верховной Радой не приняты, Национальное агентство по предотвращению коррупции (НАПК) опубликовало свою трактовку действующего закона, согласно которой декларации должны подавать и технические сотрудники антикоррупционных негосударственных организаций, и, в ряде случаев, журналисты, пишущие о борьбе с коррупцией.
6. Скандалы в Национальном агентстве по предотвращению коррупции.
О НАПК - разговор особый. Агентство не перестают сотрясать распри и скандалы. Из пяти его членов, назначенных специальной комиссией, осталось работать лишь трое. Виктор Чумак махнул на него рукой сразу. Руслан Рябошапка в знак протеста подал отставку в июне этого года.
Того же требовали и от председателя НАПК Наталии Корчак, причем почти открытым текстом устами главы правительства. Но она освобождать место не хочет. В кулуарах парламента уже ходит новая версия закона о НАПК, дающая возможность перезагрузить антикоррупционный орган. А недавно Национальная полиция обнаружила коррупционные деяния у заместителя председателя НАПК Руслана Радецкого и оштрафовала его на 6,8 тысячи гривен.
Порой создается впечатление, что или само НАПК делает все, чтобы себя скомпрометировать, или кто-то этим успешно дирижирует из-за кулис.
С НАПК связан и самый грандиозный скандал в антикоррупционной сфере в последнее время. Речь идет о трехмилионном гранте международной помощи на создание портала е-декларирования, который был потрачен непрозрачно, а сам портал был сделан плохо, что повлекло за собой сложности в заполнении е-деклараций. Оно проходило невероятно тяжело, ресурс «ложился». Раздражение общества на этом фоне вызвало известие о том, что сотрудники НАПК выписывали себе премии по 200 тысяч гривен.
7. Провал закона о спецконфискации
Операция «спецконфискация» запомнится, как достижение новой власти, но страсти, которые ее предваряли, станут серьезным разочарованием в политиках новой волны. Деньги были арестованы решением суда у гражданина Кашкина по делу Курченко. Но перед этим авторы идеи спецконфискации выдержали колоссальное давление парламента, который по странным надуманным причинам отказывался принимать закон, позволяющий изъять деньги Януковича.
8. Поручительство политиков за обвиненных в коррупции
Настоящим ноу-хау нашей политико-правовой жизни стало подписание коллективного письма от имени целой парламентской фракции в суд с просьбой отпустить на поруки Николая Мартыненко, обвиненного в вымогательствое Участие в этом действующих министров и обвинения правоохранительных органов в политическом преследовании стали открытием для рядовых украинцев, и, боимся, укрепили их в своей убежденности, что «все в этой власти повязаны».
9. Отказ лишать депутатов неприкосновенности
Глубокое разочарование у общества вызвало страстное нежелание депутатов лишать иммунитета своих коллег, заподозренных в коррупции, неправдивом декларировании доходов.
Максим Поляков
Негативное голосование по Дейдею и Лозовому, половинчатое решение по Полякову взбодрило реальных и потенциальных клиентов НАБУ. И вот уже депутат Поляков требует возбудить дело на Сытника - за превышение тем своих полномочий и отказывается надевать электронный браслет - он, мол, мешает ему выполнять свои депутатские обязанности.
А постоянные клятвенные обещания депутатов отменить неприкосновенность переместились уже из области политики в сферу анекдотов.
Послесловие
Все это с одной стороны грустно, а с другой вселяет веру в то, что борьба с коррупцией у нас таки реально идет. Иначе не было бы этого отчаянного сопротивления, не было бы попыток опорочить антикоррупционные органы и приструнить антикоррупционеров-общественников.
Друзья, мы двигаемся, хоть и не так быстро как предполагалось, но все же вперед. И, если оглянуться назад, трудно не заметить свершений. За постреволюционный период приняты реестр электронного е-декларирования госслужащих, и общество как на ладони увидело достатки чиновников и их родни. В последнем созыве парламент все же четырежды снимал депутатскую неприкосновенность с народных депутатов, причем трижды - за коррупционную деятельность. Власть сумела решением суда вернуть полтора миллиарда коррупционных долларов Януковича (это “достижение” весьма сомнительное - А.). И заманчивые предложения фигурантов дела, попытки сообщников Януковича развалить дело не дали результата.
Надо обязательно видеть проблемы, но не забывать о цели. Потому что не видя проблем, ты рискуешь расшибить лоб. А вот не видя цели, ты рискуешь не сдвинуться с места.
Источник: Евгений Якунов, Лана Самохвалова, Укринформ
