Старая пословица гласит: чтобы стать лидером, сначала нужно вести себя как лидер. Девиз правдивее некуда для Владимира Зеленского.
Комик сыграл роль учителя, который впоследствие стал президентом. В сериале «Слуга народа», транслируемом на национальном телеканале, герой Зеленского взобрался на вершину украинской политики после того, как видео, в котором он лирически рассуждает о коррупции в правительстве, стало вирусным. Теперь, перед настоящими президентскими выборами, Зеленский является кандидатом на пост главы государства, возглавляющим партию «Слуга народа», которую основала его телекомпания, создавшая одноименное шоу. И Зеленский не один, пишет издание Foreign Policy, передает ZN.UA.
Все больше профессиональных комиков по всему миру стремятся стать профессиональными политиками, а некоторые из них уже заняли высокие посты. Марьян Шарец, сатирик, был избран премьер-министром Словении в августе прошлого года. Джимми Моралес, ранее комедийный актер, является президентом Гватемалы. Джон Гнарр, исландский комик, до 2014 года был мэром Рейкьявика, а итальянский комик Беппе Грилло помогал руководить движением «Пять звезд», которое теперь является частью правящей коалиции Италии. Другими словами, не стоит ожидать, что Зеленский станет последним комиком, который отойдет от микрофона за политическую трибуну.
Нетрудно понять, почему комики набирают популярность в политике в нынешний бум популизма. Во-первых, они склонны ставить под сомнение ценности и авторитет существующего истеблишмента, какую бы форму он ни принимал. Успешная предвыборная кампания Моралеса была построена на лозунге «не коррупционер, не вор», опираясь на усталость гватемальцев от правительств, склонных к грабежам.
Украинский «слуга народа» получил поддержку огромного количества последователей благодаря тому, что высмеивал правительства и политиков. Он, как и его персонаж в сериале, заявил, что его главной целью будет борьба с коррупцией. Шарец был также популярен благодаря своим издевательским пародиям на предшественников. В то время, когда лишь половина людей в мире доверяют своему правительству или СМИ, согласно последнему Барометру доверия Эдельмана, определенно существует пространство для самозваных анти-элит.
Кроме того, у комиков есть психологическое преимущество в обращении к публике. Юмор, как правило, является положительным социальным сигналом. Проще говоря, людям нравятся те, кто заставляет их чувствовать себя хорошо. И в то время, когда политические, экономические и технологические изменения приводят к потрясениям и неопределенности, ожидаемо, что избиратели будут особенно склонны выбирать лидера, которые кажется положительным. Речь идет не только о юморе, но и о явно невыполнимых обещаниях. Откровенный, анекдотичный и беззаботный подход к политическим выступлениям — вот что привело к популярности Гнарра после финансового кризиса 2008 года в Исландии. Его «Лучшая партия», в которой состояли, кроме прочих, панк-рокеры, раздавала бесплатные полотенца во всех бассейнах и подарила белого медведя местному зоопарку. Айк Марутян, известный армянский комик, также недавно провел оптимистичную избирательную кампанию, чтобы стать мэром столицы Армении Еревана. Его первоначальная программа включала в себя стандартные обещания по улучшению инфраструктуры и призывы разработать 4-мерное световое шоу вокруг древней крепости в городе.
Но дело не только в обаянии комиков. Сатира — проницательный инструмент коммуникации. Временами нет более эффективного способа донести мысль, чем с помощью шутки. Это стало еще более очевидным с появлением социальных сетей, когда шутки обретают формы гифок и мемов. Между тем, поскольку вещатели и новостные издания конкурируют за внимание читателей в эпоху онлайн, политические новости все чаще облекают в развлекательную форму. Это, безусловно, дает преимущество более ярким кандидатам.
Стоит только вспомнить президентскую кампанию Дональда Трампа в США в 2016 году, которая получила широкое освещение благодаря его регулярным выпадам на противников дебатов и частому использованию юмора. Успешная кампания Бориса Джонсона в гонке за кресло мэра Лондона в 2008 году частично объяснялась популярностью, которую он приобрел благодаря своей комедийной прозе, что даже затмило отсутствие у него управленческого опыта.
В целом, у комиков, которые уже являются именами нарицательными и занимаются саморекламой в социальных сетях, есть все шансы воспользоваться негодованием разочарованных избирателей. Но вмешательство комиков в политическую систему не обязательно принимает форму выдвижения на высокие посты. Венгерская «Партия двухвостой собаки» пародирует политическую элиту через уличное искусство, не так уж отличающееся от сербского «Отпора» — движения, которое использовало юмор, чтобы свергнуть Слободана Милошевича.
Хотя юмор может хорошо восприниматься публикой, он не обязательно является показателем эффективного лидера. Риски избрания комика были очевидны при президентстве Моралеса — в прошлом месяце он спровоцировал ненужную полемику, выслав комиссию ООН из страны.
Комедия может сыграть важную роль в политике — как в борьбе с апатией, так и в страхе и отчаянии, которые, как правило, доминируют в наших новостных лентах. Но, как и во всех формах популизма, мы должны осознавать риски.
В конечном счете, чтобы противостоять потоку популистских сообщений, какой бы ни была их форма, мы должны решить, что стоит за отсутствием доверия к нашей нынешней системе. Это означает, что политикам нужно будет взять листок из пьесы комиков и найти способ понять, что именно заставляет аудиторию смеяться.
