Война на востоке Украины, о которой многие забыли, продолжается. Очевидного способа ее завершить нет. Соглашения о прекращении огня постоянно нарушаются, диалог на высшем уровне между Россией и США прекратился несколько месяцев назад, а безоружные наблюдатели ОБСЕ в зоне конфликта постоянно подвергаются преследованиям. Часть аналитиков подозревают, что Москва ожидает марта, когда в Украине пройдут президентские выборы. Кремль хочет увидеть, кто будет следующим президентом, прежде чем предпринимать какие-либо новые шаги - и время на стороне России, говорится в статье Atlantic Council.
Но время не на стороне Украины или Европейского Союза. Конфликт на Донбассе нужно заново переосмыслять, искать новые подходы, заниматься им непосредственно и решать окончательно. Это должно начаться с более четкого сообщения о роли ЕС в условиях кризиса. Ужесточение экономических и индивидуальных санкций должны сопровождаться позитивными предложениями по изменению поведения Москвы. На время переходного периода Донбасс должен быть переведен под контроль международной администрации и миротворческих сил ООН. Наконец, Украина и Запад должны найти способ обеспечить контроль над реинтегрированным Донбассом, в то же рвемя формально реализовав Минские соглашения.
Этап первый: переосмысление ролей
Сегодняшнее противостояние на Донбассе часто сравнивают с замороженными конфликтами в Азербайджане, Грузии и Молдове, и это ошибка. Информационная кампания должна исправить это заблуждение: война на Донбассе - это горячий конфликт, который угрожает безопасности Европы до тех пор, пока одно из крупнейших европейских государств остается на грани краха.
Причинами данного риска не являются ни внутриполитическая напряженность, ни серьезные экономические трудности Украины. Украина пережила массовые потрясения как минимум четыре раза с момента обретения независимости, но ни один из них серьезно не угрожал целостности нации. Экономическое положение Украины на протяжении 1990-х и 2008-2010 годов было трудно, но ни кризис не угрожал европейской безопасности.
Широкомасштабная финансовая помощь Украине со стороны Запада иногда ошибочно воспринимается как основной инструмент решения кризиса. Западная поддержка Украины должна продолжаться, но она не заменить реального решения конфликта на Донбассе.
Расчетливая комбинация грубых военных и невоенных методов Москвы призвана подорвать Украину как социально-политическое сообщество. Главным инструментом Кремля для достижения этой цели является сохранение Донбасса в виде незажившей кровоточащей раны, которая в конечном итоге приведет Украину к взрыву. Вероятно, внутриукраинский крах может быть использован Кремлем для демонстрации россиянам тщетности евроинтеграции и глупость постсоветской демократизации.
С точки зрения краткосрочной стабильности российского режима это рациональная стратегия, но в целом это опасная идея. Формирующие западную повестку должны лучше понимать, почему и как возможный будущий крах Украины влечет за собой транснациональные риски. Как пример, начнется поток миллионов украинских беженцев в ЕС. В худшем случае, если крупнейшая атомная электростанция Европы в Запорожье выйдет из строя (она находится менее чем в 300 милях от зоны боевых действий), это может иметь последствия худшие, чем во время Чернобыля.
Этап второй: расстановка приоритетов
Новое понимание войны на Донбассе должно дать ЕС определение приоритетов в этом конфликте.
Санкции против России серьезны, но они неправильно распределены. По мнению московской школы управления "Сколково", санкции ЕС "могут поставить под угрозу российскую добычу газа и нефти в будущем". Запад надеется, что будущие потери доходов российского государства приведут Кремль к изменению своей сегодняшней политики в отношении Украины. Но логика Москвы может отличаться. Если бы украинское государство потерпело крах в результате успешной гибридной войны России, это компенсировало бы сокращение будущего экспорта энергии.
Чтобы противодействовать этому сценарию, Запад должен разработать более жесткую комбинацию кнута и пряника. Во-первых, санкции должны давать эффект раньше. Доступ России к западным финансовым рынкам должен быть еще сильнее ограничен, а трубопровод "Северный поток-2" - заморожен.
Во-вторых, Запад должен вводить точечные санкции (запрет на визы, арест активов, замораживание счетов и т. д.) против главных сторонников режима, а также их ближайших родственников, для вызова большего количества недовольства и распрей в системе Путина.
В-третьих, картина улучшения отношений между Россией и Западом должна быть донесена до всей России. Запад мог бы предложить не столь агрессивные совместные энергетические проекты или зону свободной торговли между Евразийским союзом и ЕС. Награды от Запада за еще более комплексные решения всех спорных конфликтов на постсоветском пространстве могут включать Соглашение об ассоциации (включая глубокую и всеобъемлющую зону свободной торговли) с ЕС, безвизовый режим с шенгенской зоной и программу действий по вступлению в НАТО. Аналитические центры и неправительственные организации должны распространять такие идеи, и по мере того, как они широко распространяются, государственные деятели своих стран и международные организации могут высказывать такие предложения на встречах с российскими правительственными и неправительственными представителями. Предложения должны делаться официально, откровенно и многократно - чтобы подпитать социальное давление, которое заставит Россию изменить свою внешнюю политику.
Этап третий: пацификация
Как только Москва займет более компромиссную позицию, реальную работу можно начинать. Западным экспертам, дипломатам и политикам надо изучить будущее финансирование, мандат и форму международной миротворческой операции на Донбассе. Временное вмешательство третьей стороны сможет обеспечить переход от неявной оккупацией Москвы к возвращению территорий под контроль Киева. Миссия ООН, насчитывающая до 30 тысяч миротворцев, могла бы служить Кремлю механизмом спасения лиц.
Когда Москва займет более компрометирующую позицию, реальная работа может начаться. Западным экспертам, дипломатам и политикам следует изучить будущее финансирование, мандат и форму международной операции по миростроительству на Донбассе. Временное вмешательство третьей стороны обеспечило бы переход между крипто-оккупацией Москвы и последующим возвратом территорий к власти Киева. Миссия ООН в размере 30 тысяч миротворцев могла бы послужить Кремлю в качестве варианта сохранения лица.
Первостепенной задачей ООН станут демилитаризация, разоружение, разминирование, восстановление местного самоуправления, обеспечение возврата временно перемещенных лиц, создание новых полицейских сил, а также подготовке к местным выборам. В вооруженных отрядах ООН не должно быть представителей как НАТО, так и ОДКБ – во избежание обвинений в подконтрольности. Международные организации развития (Всемирный банк, ЕБРР, Программа развития ООН, USAID, GIZ, DFID, SIDA и пр.) должны начать работу на оккупированных территориях, как только позволит обстановка в плане безопасности.
Этап четвертый: реинтеграция
Восстановление контроля Украины над Донбассом означает функционирование политических положений минских соглашений, что будет непросто.
Минские Соглашения содержат ряд положений, направленных Кремлем на ущемление суверенитета Украины. Москва поддерживает официальную автономию Донбасса, чтобы увеличить там свое неофициальное влияние.
Сегодня ключевые игроки со стороны Украины отвергают политические пункты минских соглашений. Западные и украинские политики, дипломаты, эксперты должны найти выход. Возможным решением мог бы стать совместный с Западом пересмотр минских соглашений. Так, новое прочтение "особого статуса" Донбасса могло бы означать усиление контроля над оккупированными территориями со стороны Киева.
Украинские и западные дипломаты должны вывернуть текст наизнанку, но формально выполнить свои обязательства. Будущий украинский закон "О Донбассе" может объявить переходный "особый статус" для оккупированных территорий, например, временно увеличив власть будущих префектов Луганской и Донецкой областей. Хотя эти префекты изначально были предназначены для выполнения надзорных функций в децентрализованной Украине, их полномочия на Донбассе могли бы быть расширены до полномочий временных губернаторов президента в рамках временного режима в данном регионе. Не упомянутая в "Минске-2" Нацгвардия могла бы в будущем получить дополнительные права и обязанности на оккупированных территориях. Аналогичные положения можно было бы включить в будущий закон для проведения конституционной реформы, включающей положение об "особом статусе" Донбасса, приемлемое для Верховной Рады.
Этот план из четырех этапов вряд ли понравится Кремлю. Но если его последовательно реализовывать, у Москвы, возможно, не останется другого выбора, кроме как согласиться с этим. Ужесточение западных санкций в конечном итоге приведет к тому, что окружение Путина согласится на международный контроль над Донбассом как наименее затруднительный способ ухода оттуда. Как только войска ООН прибудут, Киев может начать постепенно реализовывать план реинтеграции, который не нарушает Минские соглашения, но все же восстанавливает законный украинский контроль над Донбассом. Только такой результат будет представлять собой устойчивое решение конфликта.
