Заговор против России или борьба за экологию?
Сторонники администрации Путина увидели в акции радикальной экологической организации борьбу против российских экономических интересов в Арктике (хотя организация выступала и против разработок Shell, других компаний), создание препятствий в добыче на шельфе нефти и газа. Самые отчаянные комментаторы разоблачили попытку навязать ЛГБТ-ценности - на корабле была нарисована радуга. Также российским гражданам начали внушать, что в Канаде и Новой Зеландии - Greenpeace - запрещенная террористическая организация, что не соответствует действительности.
Бескомпромиссной критике подвергла, припомнив все предыдущие скандалы, деятельность организации и оппозиционная российская журналистка Юлия Латынина. Не понятно, как автор могла увидеть в активисте из Швейцарии Марко Вебере и финской девушке Сини Сааарела, которая сидит на лекарствах, «тренированных коммандос с жесточайшей подготовкой». Да и базовые навыки альпиниста нельзя назвать готовностью к штурму нефтяной платформы.
Видео: Возбуждено уголовное дело по факту нападения на платформу «Приразломная»1
Впрочем, я не пытаюсь защищать все аспекты деятельности организации, особенности ее внутренней структуры, о которых упомянула автор. Но акция Greenpeace в Печорском море заслуживает поддержки. Ведь основной ее целью была борьба с разливами нефти, которые стали обыденностью для российских нефтегазовых компаний, безразличных к состоянию окружающей среды. Безопасность работы нефтяных платформ требует внимания со стороны экологических организаций и общественности.
Причиной дополнительного внимания к этой проблеме стал взрыв в апреле 2010 г. нефтяной платформы Deepwater Horizon в Мексиканском заливе. За 152 дня, в течении которых продолжался разлив нефти (пока не была загерметизирована скважина), вылилось в море 5 млн. бареллей нефти, нефтяное пятно достигло площади 75 тыс. квадратных километров, были загрязнены 1100 миль побережья, погибли тысячи животных. 150 тысяч человек остались без работы в разных секторах экономики США.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, насколько опасно подобное загрязнение в Арктике. Нефть не растворяется в холодной воде. В случае масштабного разлива нефти, нефтяное пятно может попасть под покров льда, дополнительные трудности для сбора нефти создает незначительная продолжительность светового дня. Поэтому риск нефтедобычи в Северном Ледовитом океане намного выше, чем в Мексиканском заливе.
Насколько безопасна добыча нефти и газа в России для экологии? Ситуация в этой индустрии позволяет говорить, что опасения Greenpeace не беспочвенны.
«Российская нефтяная компания «Газпром» использует таяние льдов, чтобы добывать нефть в Печорском море. Превратив свои арктические территории в республике Коми в северную дельту Нигера (последствия нефтяных разливов в тундре никак не устраняются), Россия стремится расширить границы нефтедобывающей промышленности за счет одной из самых хрупких экосистем на планете, где лед, штормы и тьма делают очистку практически невозможной» - писал в августе 2012 года Джордж Монбио, журналист Guardian.
Наплевательское отношение к экологии нефтекомпаний в одной из северных республик Российской федерации заинтересовало даже прокуратуру. В 2010 г. в республике Коми произошел разлив нефти на территорию в 8 тыс. км2 (такую же территорию занимает Черновицкая область Украины). Но даже после этой катастрофы разливы нефти продолжаются. В соседнем Ханты-Мансийском автономном округе только в 2011 г. зафиксировано 2727 разливов нефти на скважинах компании «Роснефть».
Положение не меняется десятилетиями. Местное население иногда протестует против разливов и тяжелой техники, направленной на добычу полезных ископаемых. Следы после такой техники остаются на многие месяцы. После ликвидации буровых вышек обычно остаются остатки конструкций, земля загрязнена буровым раствором и нефтепродуктами.
Арктика открывает возможности для обогащения российского руководства
Теория глобального потепления стала предметом для информационной войны, в которой либеральные и экологические партии и движения противостоят консерваторам, ведущим мировым СМИ – например, медиакорпорации Руперта Мердока. Абстрагируясь от этой теории, все-таки нужно напомнить, что встреча экологов со спецназом состоялась именно благодаря таянию льдов в Арктике. Было ли это следствием глобального потепления, вызванного человеком или циклического изменения климата, естественного для планеты - это вопрос для другого рода дискуссий.
Льды в Арктике интенсивно тают. По данным американского Центра исследований снега и льда, после 2000 г. проходило значительное сокращение ледяного покрова Арктики. В сентябре 2012 г. площадь арктического льда составляла 3,6 млн. квадратных километров, что было на 49% меньше средней площади льда в 1979-2000 г.
Благодаря таянию льдов, возникает возможность добывать газ и нефть с шельфа океана. По данным исследования геологической службы США, проведенного в 2008 г., в Арктике находится 13% неразведанных запасов нефти и 30% неразведанных запасов газа. В России отлично понимают, какие перспективы открывает таяние снегов в Арктике на фоне роста добычи сланцевого газа.
«Важным сдерживающим фактором развития добычи и переработки арктического природного газа помимо роста производства сланцевых нефти и газа в США и других странах может стать наращивание мощностей производства и экспорта сжиженного природного газа (СПГ) его крупнейшими производителями в Австралии, Африке и на Ближнем Востоке (в частности, Катаром). Без наращивания производства сжиженного газа в России, в том числе на арктическом шельфе, занять достойное место на растущих рынках Азии российским производителям будет крайне сложно» - считает профессор МГИМО Лев Воронков.
С 2007 г. после того, как российский флаг был установлен на морском дне Северного полюса, началась настоящая битва за Арктику на дипломатическом фронте. Арктические страны стремятся закрепить за собой право добычи полезных ископаемых на дополнительных участках шельфа.
В регион, финансируя ряд проектов в обедневшей после кризиса Исландии, пытается проникнуть Китай, ряд стран Азии и Центральной Европы, включая даже Польшу. Для восточноазиатских стран таяние льдов в Арктике открывает важную транспортную артерию - Северный морской путь вдоль побережья России, который позволяет сократить время доставки грузов из Азии в Европу (из Роттердама в Шанхай на 20 дней), и меньше использовать Суэцкий канал. До 2009 г. этим направлением нероссийские суда не пользовались, но в прошлом году по СМП уже прошел первый танкер со сжиженным газом.
Естественно, освоение Арктики несет экологические риски. Особенно если предположить, что через несколько лет, или десятилетий опять начнется похолодание, вернутся льды и добывать углеводороды станет невозможно. У руководства энергетических компаний возникает искушение выкачать из недр все, пока есть возможность. И тут экологические риски будут безразличны. Норвежская нефтяная компания Statoil уже отказалась от совместной разработки шельфа с российской стороной, сославшись на отсутствие гарантий безопасности добычи, но «Газпром» это не остановит.
«Добыча углеводородов на шельфе в Арктике сопряжена с большими рисками возникновения чрезвычайных ситуаций, разливов нефти, нанесения ущерба флоре и фауне Арктики, стилю жизни, культуре и самому выживанию коренных народов. Экологические ограничители добычи углеводородов на арктическом шельфе и соблюдение жёстких экологических требований являются очевидным препятствием для производственной деятельности человека в Арктике и будут способствовать удорожанию страховых услуг, а значит и себестоимости добычи» - подтверждает вышеупомянутый Лев Воронков.
Безусловно, Гринпис - радикальная экологическая организация, и это придает ее акциям оттенок пренебрежения к экономическим потребностям развития некоторых стран, если они способны навредить окружающей среде. Однако, в ее истории немало отважных действий, которые действительно ограничили темпы превращения планеты в большой мусорник.
Можно вспомнить и 30-летнюю борьбу против ядерных испытаний Франции на атолле Муруроа в Океании, и борьбу против разливов нефти компании Shell в дельте Нигера, отказ от затопления нефтяной платформы Brent Spar в 1996 г.. Даже если не доверять кампании Greenpeace против ГМО или глобального потепления, отрицать позитивные результаты деятельности этой организации трудно. И в Арктике, с ее растущей значимостью, они необходимы, потому что российские экологи не могут защитить регион самостоятельно в стране с такой сильной бюрократической машиной.
Самое страшное преступление
Об инциденте с Greenpeace, наверно и не вспомнили через пару дней, если бы активистов отправили восвояси. Но российскому руководителю понадобилось в условиях падения популярности показать всю свою решительность, представив их экотеррористами. Поэтому и упрятали в тюрьму, включая фотокорреспондента Дениса Синякова, чтобы больше не совались в вопросы обогащения российского руководства за счет Арктики. Активисты «Greenpeace» в нынешней ситуации оказались просто заложниками желания Путина после демонстраций 2011-2012 гг. показать, что он – по-прежнему сильный руководитель, который может позволить себе то, что не могут позволить на Западе.
Помимо активистов «Greenpeace» российскому руководству мешает еще один политзаключенный – Надежда Толоконникова из группы Pussy Riot. После объявления голодовки 23 сентября руководство мордовского концлагеря запретило связываться ей с близкими. Незадолго до этого Толоконникова в письме обрисовала подробности жизни в заключении.
«Вся моя бригада в швейном цехе работает по 16-17 часов в день. С 7.30 до 0.30. Сон – в лучшем случае часа четыре в день. Выходной случается раз в полтора месяца. Почти все воскресенья – рабочие. Осужденные пишут заявления на выход на работу в выходной с формулировкой «по собственному желанию». На деле, конечно, никакого желания нет. Но эти заявления пишутся в приказном порядке по требованию начальства и зэчек, транслирующих волю начальства» – написала Толоконникова.
Нужно иметь недюжинную смелость для такого шага. По сути Толоконникова совершила самое страшное преступление для постсоветского пространства: вынесла сор из избы. За показ нелицеприятных сторон жизни государства, деятельности бюрократии могут исключить из вуза, уволить с работы, посадить в тюрьму, наконец, убить. Даже если о заключенной знают во всем мире, есть адвокаты и друзья, готовые прийти на помощь.
Руководство концлагеря, естественно, ответило репрессиями, и поэтому Надя Толоконникова теперь напоминает Элис Пол XXI века, которая голодала и подвергалась пыткам в американской тюрьме 100 лет назад.
Акции, в которых участвовала Толоконникова, могут вызывать неприятие. Однако, она вела борьбу с существующей судебной системой, прокуратурой и полицией, сращиванием церковной иерархии и государственной власти. Все это – опора действующего в России руководства, которое за 13 лет пребывания у власти ничего не сделало для ликвидации этих изъянов, развития экономики, но успело обогатиться за счет добычи нефти и газа. Стало ли большинство россиян богаче за это время – вопрос риторический.
Поэтому нужно сказать спасибо Greenpeace, спасибо Наде Толоконниковой, за то, что делают Россию лучше и приближают кончину этого жалкого, преисполненного пафосом, режима. Нужно их поддержать. Чтобы не говорили, что в России все хорошо, а Путин – няшка.
Георгий Эрман, Левый берег
