Фестиваль равенства во Львове завершился, едва начавшись. Радикально настроенные молодчики камнями разгоняли его участников и организаторов.
Конспирация спасти фестиваль не смогла
В 11:10 утра все, кто зарегистрировался, как участник на Фестиваль равенства во Львове, получили сообщение с местом и временем его открытия. Такая конспирация объясняется тем, что значительная часть жителей Львова были против фестиваля, а организаторам даже поступали угрозы.
Городской административный суд Львова в субботу утром запретил проводить любые акции на проспекте Свободы. Иск в суд подала городская администрация вместе с полицией. После этого, организаторы решили перенести встречи в закрытое помещение, пытаясь максимально скрыть место проведения события.
Организаторка Елена Шевченко считает, что за радикальной молодежью, которая противостоит фестивалю, стоят городские власти. Накануне в гостинице «Львов» организаторам отказали в поселении, объясняя этот тем, что «они портят имидж города».
- У меня впечатления, что здесь все за одно: и власть, и полиция. Нас поддерживает интеллектуальная элита, много людей пишут слова поддержки, но экстремистов намного больше, - признается Елена.
В небольшой комнате на первом этаже отеля собралось около четырех десятков участников. Их охраняют сразу пять силовиков в бронежилетах. Они стоят по обе стороны двери и внимательно следят за каждым, кто присоединяется к фестивалю. На экране фильм о 12 историях каминг-аута. Это люди, которые признаются в том, что они лесбиянки, геи, переселенцы или инвалиды. Потом еще один фильм об этнической группе Бугис (Индонезия), где различают сразу пять гендеров.
Атмосфера в комнате напряжённая. Сквозь промежутки между закрытыми жалюзи хорошо видно растущую толпу агрессивной молодежи.
Через три часа дискуссии и просмотры завершаются. Параллельно с этим, в помещении гостиницы уже работает взрывотехническая лаборатория – поступил звонок о заминировании. За несколько часов вокруг отеля, кажется, собираются все существующие службы города: от медиков до газовщиков.
Нормально – это рожать детей
Через полчаса после открытия к гостинице начинают сходится молодые парни и девушки. На вид по 16-18 лет, одеты в спортивную одежду и кроссовки. Постепенно под входом в гостиницу собирается около трех сотен людей. На вопрос о том, кого они представляют, все дружно отвечают, что просто пришли сюда погулять. Балаклавы надели, чтобы не было холодно.
Все участники этого «стихийного» митинга много курят, матерятся и постоянно плюются на асфальт. Одна из компаний громко разговаривает и смеется, сидя на перилах возле здания. Зачем пришли отвечают сразу: поддержать ЛГБТ сообщество.
- Мы из организации «Автономний опир». Нас профинансировал Порошенко, потому что он не может позволить обижать сексуальные меньшинства. Как пишется на конфетах Рошен: «Равенство для всех». Если придут какие-то неонацисты или «Правый сектор», то мы их будем защищать, - вызывающе рассказывает один из участников.
Возле входа в отель молодой человек по имени Валерий принимается объяснять, почему он против ЛГБТ:
- Вы понимаете, я был на войне с первого дня и я не за это сидел в окопе, чтобы эти там сейчас заседали.
Главной проблемой секс-меньшинств, по мнению Валерия, является ихняя неспособность рожать детей и строить традиционную семью.
- У нас и так демографические показатели низкие. А если две девушки начинают вместе жить, это значит, что общество теряет сразу две возможные семьи, которые могли сложиться у гетеросексуальных пар, - утверждает Валерий.
Он приехал во Львов из Запорожья, так как считает западную столицу более прогрессивным городом.
- Да и чего эти геи могут научить ребенка, если возьмут его в свою «семью»?, - возмущается подруга парня, одетая в штаны и флисовую кофту камуфляжного цвета.
Камни летят в машины и троллейбусы
Девочка, при температуре в плюс два градуса, одета в легкую джинсовую куртку, уже четвертый час дрожит возле высокого парня в черном. Молодежь ждет участников фестиваля возле черного входа.
Тут же стоит несколько автобусов с правоохранителями. Они весело шутят с парнями в спортивках, и кажется, не имеет друг к другу никаких претензий. Наоборот.
- Хотите селфи со мной?, - задорно спрашивает у толпы один из сотрудников Грифона.
- Может, вы лучше нам шлем свой дадите для фотографии?, - спрашивает парень из толпы.
- Я дам, конечно, дам. Но я даю не так, как эти, - кивает в сторону гостиницы правоохранитель.
Около четырех вечера происходит невероятная «спецоперация» по вызволению участников фестиваля из гостиницы, где они фактически оказались в окружении.
Автобус правоохранителей подъезжает к входу гостиницы, а вокруг двери силовики становятся в две полосы между фестивальниками и радикальной молодежью. За несколько секунд все участники фестиваля оказываются в ПАЗах, и они уезжают.
Многочисленная толпа бежит за автобусами и закидывает их камнями и петардами. Рядом с полицейскими машинами, проезжают обычные автомобили и старые львовские трамваи. Камни летят и в них тоже. Автобусам с участниками удается скрыться, а на асфальте остается разбитое стекло от одной из полицейских машин.
По иронии судьбы, все это происходит возле скандального сквера Святого Юры. Толпы молодых людей кричат на всю улицу: «эйсиэйби» (all cops are bastards). Они еще целый час гуляют возле парка в ожидании, пока остатки полиции начнут разъезжаться от гостиницы. Их никто не ловит и не арестовывает. Постепенно безнаказанная толпа разделяется на небольшие группы и отправляется гулять во Львов «в поисках геев».
С магазина возле Университета И. Франко выходят трое парней с бутылкой водки и минеральной воды. Один из них, в черных штанах с тремя белыми полосками, громко делится впечатлениями о том, как им удалось «разогнать гомиков» из города.
На одном из старинных домов в центре Львова баллончиком написана фраза «Борись. Кохай. Права не віддавай». Агрессивная львовская молодежь так и делает: с борьбой избавляет прав других людей.
