Разногласия между Зеленским и Залужным: что стоит за конфликтом

Рейтинг Залужного и создание им благотворительного фонда

Впервые о конфликте между Зеленским и Залужным заговорили еще в апреле 2022 года. В этом месяце была и информация о создании главкомом своего имени благотворительного фонда для помощи армии. Этот фонд оперативно переименовали, но на Банковой эта история была израсходована как признак наличия у главнокомандующего еще и политических амбиций.

Тем более что для этого уже был крепкий фундамент. Буквально сразу после полномасштабного вторжения уровень поддержки Вооруженных сил вырос до 98%, по опросу группы "Рейтинг" даже выше, чем рейтинг поддержки лично Зеленского (93%). А Залужный, который до войны не был особенно известен в широких кругах, мгновенно превратился в популярную фигуру национального масштаба.

Конечно, это не осталось без внимания команды Зеленского. Как подтвердили РБК-Украина собеседники из разных структур и групп внутри команды властей, наиболее активно эту тему продвигал глава его Офиса Андрей Ермак.

Первые публичные проявления конфликта

Впервые трения между Зеленским и Залужным публично проявились уже летом первого года войны. Поводом стало обнародование внутреннего документа Генштаба, предполагавшего необходимость разрешения военкомата для перемещения военнообязанных по Украине.

Документ вызвал большой резонанс, Зеленский пообещал оперативно разобраться с ситуацией и призвал Генштаб "в дальнейшем не принимать без него подобные решения". При этом президент, конечно, отрицал наличие каких-либо конфликтов с военным руководством и подчеркивал единство команды. "Я считаю, что это не о чем. Ошибки надо исправлять, вот и все", - говорил тогда Зеленский.

Публикации Залужного в СМИ

Один из собеседников РБК-Украина уверяет: где-то в конце лета прошлого года была достигнута договоренность о том, что Залужный больше не будет выходить в медиа, а сфокусируется исключительно на боевых действиях.

А первого ноября появилась знаменитая колонка главка в британском The Economist, вместе с его более развернутым эссе о том, почему Украина сейчас не может радикально изменить ситуацию на фронте в свою пользу и что ей для этого нужно. На Банковой ее восприняли крайне резко - не только из-за нарушения договоренности, но и из-за содержания: нарратив Залужного резко противоречил нарративу Зеленского о том, что ситуация отнюдь не является патовой. В результате сначала сам Офис президента, а затем и лично Зеленский выступили с критическими заявлениями в адрес главкома.

Но другие источники в Силах безопасности утверждают, что никакой договоренности между главкомом и ОП о запрете на его медиа-активность не было. Хотя за время Великой войны его интервью действительно было всего несколько. И на них, по словам собеседников, было получено разрешение у министра обороны. Что касается колонки The Economist, то о ее выходе на Банковой якобы знали, однако не знали о ее содержании.

"Провал" контрнаступления

Кроме того, ситуацию резко обострил фактический провал контрнаступления. На Банковой РБК-Украина уверяют: первоисточником всех оптимистичных прогнозов были заверения генералов в успехе сделки, которыми они подевались на заседаниях Ставки и в общении с Зеленским.

Уже позже президент и другие высшие руководители страны транслировали этот оптимистический нарратив в СМИ. Но потом стало ясно, что никакого грандиозного прорыва российских линий обороны не произошло.

"Это очень слило Зеленского. Когда речь идет о каких-то больших вещах, вроде контрнаступления, конечно, это выводит, когда тебе не говорят правду", - отмечает собеседник. На ремарку РБК-Украина о том, что ВСУ не получили от Запада всего необходимого для успеха, в частности, в воздухе, он отвечает: "А что, сразу не было понятно, что в воздухе преимущество будет у россиян? Зачем было рисовать радужные картинки?"

О поездках на фронт

Были и другие причины для конфликтов. Один из собеседников в военно-политическом руководстве вспоминает, как Зеленский через некоторое время после полномасштабного вторжения начал ездить на фронт и лично общаться с комбригами и комбатами - тогда как Залужный долго находился в Киеве (хотя, конечно, лично вести людей в атаку от главкома никто не требовал). "Тогда встал вопрос: может ли главком полностью понимать реальные потребности людей на фронте, если он сам с ними не общается", - вспоминает собеседник.