Министр финансов Украины Наталья Яресько встретится с российским коллегой Антоном Силуановым в Перу, чтобы обсудить судьбу украинского долга в 3 миллиарда долларов, которые из запланированного кредита в 15 миллиардов успел взять у России Виктор Янукович. Эта информация появилась в начале недели. Экзотическое место для встречи министров, согласно сообщению, обусловлено тем, что контакт министров состоится при посредничестве Германии в ходе выездной встречи МВФ.
В прошлую пятницу министр экономического развития России Алексей Улюкаев в очередной раз напомнил, что в декабре Киев должен вернуть Москве долг, взятый два года назад, и повторил, что это «бесспорное обязательство, которое не подлежит никаким реструктуризациям». Кроме этого, Улюкаев посетовал, что Украина предприняла большое количество действий, направленных на дискриминацию российского бизнеса, работающего в Украине или связанного с ней. Это был прозрачный намек – коль уж вы кругом требуете санкций против России, то не рассчитывайте на уступки по долгу. Также российский чиновник намекнул МВФ и ЕС, чтобы те показали, как они поддерживают украинский народ и помогли ему расплатиться.
Действительно на фоне того, как многие украинцы бойкотируют все товары со штрих-кодом, начинающимся с «460», а некоторые на полном серьезе предлагают мерзнуть зимой, чтобы не платить агрессору за газ, взять и выплатить этому самому агрессору 3 миллиарда выглядит кощунством. Да и сам Петр Порошенко называл эти деньги «взяткой, которая последовала после отказа Януковича от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС».
Тем не менее, в июне этого года глава Минфина Наталья Яресько заявила, что Киев признает этот долг наравне с любыми другими еврооблигациями, но хотела бы провести реструктуризацию. С частными инвесторами, как известно, Яресько удалось договориться об относительном компромиссе, но Россия от любой реструктуризации изначально отказывалась. При этом до решения вопроса по существу Киев добросовестно оплачивал купоны по этому кредиту, благо, ставка небольшая – 5 %. Есть у украинской и российской сторон еще одно противоречие: Киев хочет трактовать эти 3 миллиарда как обычный коммерческий долг, а не как государственный – в 2013-м Минфин РФ купил украинские еврооблигации на Ирландской фондовой бирже, где гипотетически их мог купить кто угодно. В понимании же России этот долг суверенный – договоренность о нем достигалась на высшем уровне, деньги выделялись из Фонда национального благосостояния, но по определенным причинам тогда был избран биржевой механизм.
Точность в терминах важна не просто так – если задолженность будет классифицирована как официальная, то МВФ, согласно своей политике, может прекратить финансовую помощь стране, имеющей долги перед официальным кредитором. Об этом, кстати, в свое время напоминал Силуанов: «В случае, если будут нарушены обязательства по обслуживанию долга,… никакая программа с фондом не может быть реализована». В самом Фонде даже планируют провести специальное заседание, чтобы определить, как же классифицировать украинский долг России. Если долг будет все-таки признан официальным, то либо Украина с помощью все того же МВФ его выплатит, либо, если она откажется это делать, возникнут вышеописанные проблемы с Фондом (если он, конечно, не изменит свою политику ради Украины) и Россией, которая будет иметь полное право обращаться в английский суд, поскольку сделка заключена по британскому праву. Глава украинского МИДа Павел Климкин уже заявил, что у Украины есть опыт участия в таких судах и она готова к такому развитию событий. Гипотетически Киев может упирать в разбирательствах на коррупционный характер этого заимствования и форс-мажорные обстоятельства, вызванные российской агрессией. А американский сенатор Крис Мерфи, известный своими «ястребиными» высказываниями, уже призвал международное сообщество разработать такой правовой механизм, которые дал бы Украине основание избежать выплаты данной задолженности.
На данный момент выплатить самостоятельно такую сумму Украина просто не в состоянии – выплата этого долга даже не была запланирована в бюджете. Например, Владимир Путин оценил все в те же 3 миллиарда весь зимний объем платежей за газовые поставки. И пусть украинская сторона объявила такие ожидания российского президента завышенными, но если учесть, что все золотовалютные резервы НБУ на 1 сентября составляли 12,6 млрд долларов, то 3 миллиарда – это их четвертая часть.
Нельзя забывать, что спор за долг – не единственная тяжба Киева с Москвой. Так в Европейском суде по правам человека находятся межгосударственные иски Украины против России, в том числе с требованием о взыскании ущерба за аннексию Крыма. И ЕСПЧ уже обратился за комментариями к российскому правительству по этому делу. Конечно, ЕСПЧ и английский суд, в который может подать Россия за невыплату долга, – это суды абсолютно разной юрисдикции. Но раз уж вопросы решаются на политическом уровне, не исключено, что их попробуют увязать. О возможности договоренностей косвенно свидетельствует и тот факт, что Москва не потребовала досрочного погашения долга после превышения украинским госдолгом предела в 60% объема ВВП, хотя могла это сделать соответственно условиям предоставления займа.
О том, чем же завершатся переговоры о судьбе трехмиллиардного долга, - версии экспертов.
Платить агрессору не выглядит целесообразным
С одной стороны, Украина заявила, что Россия не получит других условий по сравнению с теми, которые были объявлены. С другой стороны, Россия объявила, что не собирается что-либо реструктуризировать. В такой ситуации один путь – долгие судебные разбирательства, но, думаю, что все-таки будет принято какое-то политическое решение. Ведь в последние годы все экономические решения с Россией были сильно политизированы, и рационального решения тут ждать не приходится. К тому же, Россия является для нас агрессором, и понятно, что платить агрессору не выглядит целесообразным с политической и гуманитарной точек зрения.Василий Юрчишин, директор экономических программ Центра Разумкова:
Если Украина не выплатит вовремя этот долг, это вряд ли скажется на рейтингах Украины, потому что все, что могло для нас произойти, уже произошло. Можно по-разному оценивать переговоры по реструктуризации, которые провела Украина, но это было сделано публично и под контролем МВФ. Минфин достаточно строго выдержал все процедуры, и кредиторы уже приняли для себя решение. И, в принципе, уже есть интерпретации технического дефолта Украины, поскольку мы хоть и реструктуризировали кредиты, но зафиксировали невозможность их обслуживать. Так что никакого ухудшения отношения к Украине мировых инвесторов в случае невыплаты по российским евробондам не будет.
Что касается инициативы американского сенатора, то не думаю, что это возможно, – все-таки продажа акций зафиксирована биржей. Скорее, следует пытаться найти компромиссные решения – вполне возможно, что они будут связаны с исками «Нафтогаза» к «Газпрому» или исками Украины к России за агрессию.
Россияне имеют полное право обращаться в суды
Дело в том, что все участники процесса реструктуризации – частные компании, а Россия оформила этот кредит на частном рынке, но договор по этому кредиту – межгосударственный. И то, что говорят наши министры, что Россия должна выстроиться в очередь вместе с другими участниками – это немножко не так. Россияне имеют полное право обращаться в суды в случае невыполнения Украиной долговых обязательств. Этот вопрос еще будет фактором эскалации и обострения отношений между нашими государствами. За долг многие государства начинали войны, поэтому, думаю, Россия будет очень жестко отстаивать этот вопрос. Если даже МВФ на своем заседании признает этот долг частным, который должен будет пойти в общий пакет по реструктуризации, то Россия может просто возразить – а кто это решил? Не МВФ, а суд пусть это скажет. И боюсь, что в контексте общего возможного обострения отношений, связанного с той же блокадой Крыма, история с долгом не будет способствовать умиротворению.Владимир Лановой, президент Центра рыночных реформ:
Евросуд и английский суд – это разные суды, и увязать иски, поданные Украиной в Страсбург против России по правам человека, с иском по долгу не получится. Урегулирование вопросов долга – взаимный процесс, поэтому, наверно, надо все-таки договариваться. Общие правила для всех инвесторов на определенных рынках – это даже не юридическая, а этическая норма.
Долги надо обслуживать, если они действительно наши
Нынешняя власть делает все, чтобы не допустить нашей финансовой самостоятельности – как Янукович не был самостоятельным, так и эти. Если этот долг повешен на нас с вами, но при этом реально выведен из страны, то с этим надо разобраться. Долги надо обслуживать, если они действительно наши. А этот долг финансировал нашего врага внутри страны – так как к нему можно относиться? Вы сейчас хотите, чтобы я дал комментарий как президент Ассоциации украинских банков, но это политический вопрос.Александр Сугоняко, президент Ассоциации украинских банков:
Россия придется отступать
Думаю, все равно договорятся, никуда не денутся. Не всегда деньги решают все. Россия уже и так наломала дров, поэтому ей придется отступать. Решение будет политическим – эти деньги давали Виктору Федоровичу как политические, значит, и возвращение их будет политическим. Если же Россия пойдет в английский суд, то англичане будут делать все, чтобы не решать это дело в пользу Путина – они же прекрасно понимают, что это за деньги. У них действует прецедентное право, поэтому найдут какой-нибудь прецедент подходящий.Виктор Лисицкий, член совета Независимой ассоциации банков Украины:
Напомним: "Тот, кто с Орбаном - помогает Кремлю", - Сикорский.
