Стиль политического поведения в духе «лихих девяностых» находит все больший спрос и поддержку среди украинцев.
«Мне плевать, откуда привезли эту обезьяну, из Литвы или откуда», — отозвался о министре экономики Айварасе Абромавичусе миллиардер и бывший губернатор Днепропетровской области Игорь Коломойский. Поводом для резкой реплики стало выяснение отношений между олигархом и государством относительно выплаты дивидендов «Укрнафты».
Далеко не первый случай, когда Коломойский или люди, входящие в его ближайшее окружение, становятся героями скандальных новостей. Всех их объединяет одно: довольно специфическая лексика «героев» сюжетов и манера их поведения.
Но достаточно проследить за реакцией соцсетей — центра притяжения наиболее политически «продвинутых» украинцев, — чтобы убедиться: такой стиль поведения импонирует потенциальным избирателям.
К примеру, в одном из последних сообщений в «Фейсбуке» Геннадий Корбан, близкие отношения которого с Коломойским насчитывают не менее полутора десятков лет, предложил провести украинским чиновникам мастер-класс по рейдерству, подчеркивая свои «заслуги» в этой специфической сфере (десять тысяч лайков, полтысячи репостов). Борис Филатов, еще один бывший заместитель Коломойского на посту губернатора, в общении с «широкими народными массами» ведет себя довольно свободно. Его высказывания в адрес коллег-депутатов («лжец, подонок, провокатор и трус», «продажный сученыш», «дать по брехливой роже») уже входят в классику украинского интернет-фольклора.
При этом Филатов, согласно статистике компании Brand Analytics за апрель 2015 года, стал самым популярным автором русскоязычного сегмента «Фейсбука». Данные замеров общественного мнения, не предназначенные для обнародования, свидетельствуют, что условная «партия Коломойского» имеет серьезные шансы на успех в случае досрочных парламентских выборов. Впрочем, «k:» уже писали о том, что Игорь Валерьевич готовится не только к местной кампании (см. «Сезон политических измен и альянсов открыт» в «k:» №16, 2015 год). Его личный политический проект (название пока обсуждается, но скорее всего отобразит патриотическую направленность) без проблем преодолевает 5%-ный барьер.
Сторонники Коломойского и в самом деле могут привести множество примеров, когда деятельность уже бывшего губернатора Днепропетровщины шла на благо страны — но интересно то, что сам по себе «брутальный» тренд политического поведения набирает обороты. И вот это — действительно показательный и интересный момент.
ХАМИТЬ НАДО УМЕТЬ
Дело не в том, что украинцы впервые сталкиваются с таким стилем политического поведения. Топ-политики срывались и ранее. Непечатная лексика Леонида Кучмы на пресловутых пленках Мельниченко; выражение «как сучка блох», которое Виктор Ющенко адресовал Юлии Тимошенко; легендарное «дапашливы» Николая Азарова.
Хамить подчиненным («тримайтеся стільчика» Арсения Яценюка и «помножу на ноль» Геннадия Кернеса) — все это видели, слышали или читали.
Но вот разве что кроме Кернеса ни один политик еще не делал ставку на агрессивность именно такого рода, как будто копирующего стиль поведения «крутых пацанов из 90-х». Агрессивный фейк в стиле Жириновского, только с вилами — да. Образ сурового директора-хозяйственника — сколько угодно. Национализм, почти граничащий с нацизмом (знаменитая сцена в детсаду при участии Ирины Фарион), — тоже было. И ведь разница еще и в том, что одни «политики-бруталы» лишь играют роль (пусть и очень удачно), а некоторые просто возвращаются к привычному и естественному для себя же образу.
Откровенно «бычий тренд» — название от популярного в 90-е глагола, обозначавшего намеренно вызывающее конфликт поведение, — это действительно новинка. Осталось понять, в чем секрет его привлекательности.
Первая причина — от 90-х украинское общество отделяет уже полтора десятилетия. Время вполне достаточное для того, чтобы самые жуткие впечатления и воспоминания стерлись из памяти. 90-е медленно, но уверенно превращаются в период, вызывающий легкую ностальгию: ничего удивительного, точно так же масса сограждан тоскует по «застою» или даже по эпохе сталинизма. А вот позитивные черты того периода — эпохи действительно больших возможностей и прямолинейной жесткости — пользуются спросом. 90-е стали эпохой «больших стартов». Капиталы, финансовые и политические, создавались за считанные месяцы. Вчерашние завгары и владельцы видеосалонов становились госдеятелями первой величины. Повторить тот успех — не только мечта тех, кто делает первые шаги в политике, но и уже состоявшихся политиков, для которых возвращение «драйва 90-х» — шанс оживить свою карьеру.
За рывок к другому, несоветскому, миру двадцать лет назад пришлось дорого заплатить: кровью и нищетой. Сейчас ситуация в чем-то обратная. Кровь и лишения уже стали обыденностью. В стране — военные действия. Оружие становится предметом не роскоши, а доступной необходимости. Отвечать «за слова» в буквальном смысле приходится не только на линии фронта.
Вчерашний непонятый неудачник может стать героем.
Вторая причина — поколение, активно входящее в политику, бизнес, общественную жизнь и — что очень важно — в массе попадающее на фронт, сами 90-е уже не застало. Те, кому сегодня от 20 до 30, судят о том периоде по фольклору и продуктам массовой культуры (да по пресловутой «Бригаде», например). А и устные предания, и масскульт склонны романтизировать любую эпоху. Даже столь противоречивую.
Третья — украинские топ-политики, за очень редким исключением, сами «родом из 90-х». И «k:» писали об этом (см. №39–40 от 2014 года) — их восхождение на политический олимп пришлось именно на 90-е. Ну и, соответственно, привычки, характер, манеры — все оттуда. У кого-то они невольно прорываются перед телекамерами или в общении «не для печати», а кто-то «быкование» как манеру поведения сделал собственной имиджевой фишкой.
Как это произошло — неизвестно, да и, по большому счету, не важно. Гениальный политтехнолог посоветовал или политик-блогер почувствовал, что попал в резонанс с аудиторией, — разница невелика. Важно то, что такую модель поведения будут наследовать и другие политики.
ОБ ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОМ
Ностальгия по 90-м и вернувшаяся мода на них объяснимы не только особенным историческим опытом украинского общества. Сама по себе любовь к «крутым парням» научно объяснима и доказана. В 2007 году социальный психолог Гербен ван Клиф из Нидерландов провел любопытный эксперимент: испытуемым показывали видеролики о людях, которые по-разному ведут себя в кафе. Один постоянно благодарит официантов, аккуратен скромен, второй кладет ноги на стул, хамит и бросает сигарету на пол. Фокус-группа, отвечая на контрольные вопросы, отметила, что «хам» скорее заслуживает повышения по службе, чем «скромник». И, что характерно, «хама» большинство опрошенных видело своим начальником.
Есть и еще примеры похожих исследований: так, выяснилось, что грубые и заносчивые продавцы могут стать причиной роста продаж — тут все дело в том, какой именно товар они продают. Если он изначально позиционирован как «особенный», предназначенный для «избранных» — этот маркетинговый трюк сработает. Аналогия, надеемся, понятна: политический проект для настоящих патриотов и героев…
Но предрасположенность к выбору в пользу «хулигана» хоть и имеет место в обществе, но не является главным фактором при политическом выборе. Ситуативные моменты важнее (иначе все политические лидеры были бы заносчивыми грубиянами). Вспомним, что президентскую кампанию-2014 Петр Порошенко провел как миротворец и воплощение надежд на сытую и стабильную жизнь. Виктор Янукович в 2010-м противопоставлял свою имиджевую человечность («Почую кожного») агрессивной кампании Юлии Тимошенко. В 2004-м Виктор Ющенко подчеркивал свою моральность и воспитанность.
Два десятилетия — достаточный срок для возвращения некогда модных трендов (это подтвердят и стилисты, и дизайнеры одежды). Естественно, речь не идет о банальном копировании — слишком многое изменилось с тех пор. Но вся соль в том, что сами изменения (война, стремительное падение уровня жизни) как бы психологически отсылают украинцев к опыту 90-х. С соответствующим спросом на политический антураж.
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →