Президент Украины Владимир Зеленский поручил правительству до конца 2019 года разработать и внести на рассмотрение Верховной рады законопроект по урегулированию деятельности СМИ в Украине. Об этом говорится в указе президента №837/2019, обнародованный на сайте главы государства.
До 31 декабря 2019 года Кабинету министров поручено разработать и внести на рассмотрение правительства законопроект по урегулированию деятельности медиа в Украине. В документе должно быть предусмотрено положение о требованиях и стандартах новостей". Министр культуры, молодежи и спорта Владимир Бородянский поспешил, заявить что правительство не собирается регулировать стандарты новостей, а слова в указе президента о "требованиях и стандартах новостей" якобы являются терминологическим недоразумением.
Зачем у Зеленского хотят регулировать работу журналистов
Нейробиолог Колин Блейкмор в цикле лекций на Би-Би-Си под общим названием "Механика разума" сорок с лишним лет назад сформулировал: "Мечта каждого лидера – тирана или доброго пророка – упорядочить поведение своего народа". Как действовали для достижения указанной цели "добрые пророки", сказать трудно (равно как и о том, были ли таковые вообще). Но с тиранами самого разного калибра все выглядит проще: они все хотят упорядочить медийное пространство. И таким образом посадить общество на информационную диету. Разумеется, ради его же, общества, пользы. На текущей неделе стало понятно, что этот вирус прилетел и в Украину. Сразу в четырех ипостасях.
Президент Владимир Зеленский подписал указ о создании Совета по вопросам свободы слова и защиты журналистов. Глава комитета Верховной Рады по вопросам гуманитарной и информационной политики Александр Ткаченко – нардеп от "Слуги народа" и экс-гендиректор "1+1" - высказался за введение санкций против убыточных СМИ. Бывший медиаменеджер, нардеп от "Слуги народа" Никита Потураев рассказал о планах предусмотреть уголовную ответственность для журналистов в новом законе о СМИ. А министр культуры, молодежи и спорта Владимир Бородянский поддержал Потураева, предложив усилить ответственность журналистов "за неправдивую или манипулятивную информацию", вплоть до уголовной. Будь это все размазано по времени, эффект выглядел бы менее шокирующим. Но четыре снаряда, вопреки приметам, попали в одну воронку. И теперь нет никакой возможности говорить о случайности или совпадении. Похоже, власть планирует зачистку медийного поля. То есть готовится наступать на грабли, которые даже в авторитарной России ощутимо бьют любителей такой гимнастики черенком по лбу.
То, что в указе, подписанном Зеленским, содержатся трогательные слова о свободе слова и защите журналистов, может, конечно, ввести в заблуждение, но не надолго. Во-первых, когда это и кого спасали подобного рода органы? Павел Шеремет был убит 20 июля 2016 года. А за пять месяцев до того Петр Порошенко издал свой указ о создании Совета по вопросам защиты профессиональной деятельности журналистов и свободы слова. Во-вторых, уже на учредительном собрании по избранию членов нового Совета представитель Офиса Президента Максим Кречетов сказал не только о "саморегуляции журналистов" и выработке современного понятия "свободы слова", но и о необходимости введения "национальной пресс-карты". Ну, чтобы отделить агнцев журналистики от козлищ-самозванцев, портящих стадо и разрушающих высокие стандарты. При этом, как отметил сразу после указанного собрания Сергей Щербина, в аудитории прозвучали апелляции к опыту Турции, где такая карта существует. Что у главреда "РБК Украина" вызвало ядовитую иронию: "Очень хочется спросить об опыте Саудовской Аравии. Там, как мы знаем, тоже много чего есть".
За какие проступки журналисту могут не дать национальной пресс-карты или лишить ее, пока неясно. Зато ясно, что там, где критерии не выработаны или расплывчаты, злоупотребления – правило, а не исключение. И едва ли стоит сомневаться, что в идеологических жабрах пресс-карты начнут в изобилии застревать все, кто покажется для власти "неудобными". И это уже не будут какие-то разовые случаи, как, скажем, инцидент с журналистом "Радио Свобода" Сергеем Андрушко, которого не допустила к телу Андрея Богдана пресс-секретарь Зеленского Юлия Мендель. В этом случае Владимир Александрович заявил, что он "живой человек" и "девочку" он защищать будет. После введения в обиход пресс-карты на страже высших эшелонов власти будет стоять отработанная система фильтров. И появится дополнительная возможность использовать "манипуляцию общественным мнением", о которой говорил господин Бородянский, как подходящее и карающее клеймо.
Сам министр признает, что грань между "свободой слова и манипуляцией тонкая". Если так, то непонятно, как те, кто будет призван вершить суд над "манипуляторами", станут определять степень их виновности. Как гаруспики в Древнем Риме – по внутренностям животных? Или как член Верховного Суда США Поттер Стюарт, вошедший в историю в 1964 году, когда заявил, что не может "дать внятное определение" порнографии, но точно определяет ее, когда видит.
Правда, есть опасения, что в нашем случае все будет с точностью до наоборот. Какой-нибудь "преданный делу" юрист поднимется и скажет: я не могу точно определить, что такое манипуляция, но вот то, что перед нами, — именно она и есть. И журналисту после этого – куда? Правильно, с вещами на выход!
Манипулируют ли работники украинских масс-медиа сегодня? Сколько угодно! Но в случае с инициативой, о которой говорил министр культуры, лечение может оказаться куда хуже самой болезни. Если уж делать попытку изжить недобросовестную журналистику в стране, то начинать, вероятно, нужно с более очевидных вещей. Например, с неправдивой информации. Соврал – отвечай. Хотя и тут есть нюансы.
Почему бы, скажем, в одном законе – если уж он так необходим — не прописать ответственность за это зло и для политиков. В конце концов, ведь когда сейчас заходит разговор о карах небесных для журналистов, мы же понимает, что это все не для той категории, которая работает в изданиях про охоту и рыбалку. Более всего власть интересует именно политическая журналистика, которая по определению не существует без политиков. Если бы сегодня эти две профессии шли в данном контексте вместе, то любопытно было бы понаблюдать за судебными разбирательствами по итогам президентского "пресс-марафона".
В нем в числе прочего был любопытный эпизод, когда Владимир Зеленский высказал упрек изданию "Новое время". Мол, принадлежит оно гражданину Чехии Томашу Фиале, генеральному директору инвестиционной компании Dragon Capital. А активами этой компании в прошлом владело якобы окружение президента-беглеца Виктора Януковича. Фиала на это ответил главе государства: "Смею Вас уверить, что это неправда, и ни один актив не куплен у Януковича или его окружения". Была ли информация, вброшенная в медийное пространство господином президентом, неправдивой? Или манипулятивной? И должен ли он нести за ее недостоверность (если это действительно так) какую-либо ответственность?
Наконец, о "третьем снаряде". Об анонсированной господином Ткаченко борьбе с убыточными СМИ. Тут воображение поражает все, но главным образом – красота аргументации. Глава профильного парламентского комитета не просто говорит о принципе так называемого финансового fair play - честной игры: сколько зарабатываешь - столько тратишь. Он еще связывает его с редакционной независимостью: "Украина - чуть ли не единственная страна в Европе, где подавляющее большинство частных СМИ являются убыточными. Это, конечно, создает подозрение того, что владельцы влияют на журналистов".
После этих слов как-то сразу хочется спросить: "Александр Владиславович, "1+1" – убыточный канал?" И после паузы – стыдливо и без особой радости отослать к разговору гендиректора с Игорем Коломойским в июле 2014-го. Где последний требует начать "мочить" нардепа Олега Ляшко, являющегося, по словам собеседников, спецпроектом Сергея Лёвочкина. И что на это отвечает руководитель безубыточного СМИ? Он – после изысканной лексики Игоря Валерьевича – отвечает: "Хорошо, хорошо, не вопрос".
Это одно. А второе – есть свои аргументы, почему некоторые медиа, особенно небольшие, в течение трех лет (о которых говорил господин Ткаченко), а то и более, могут так и не стать прибыльными. В центре и на востоке Украины ситуация такова, что украиноязычные СМИ, чтобы выжить, требуют дотации. Об этом говорит, к примеру, юрист Института массовой информации Али Сафаров. Вопрос: нужно ли им рубить голову и приносить в жертву? Или необходимо искать для них какой-то компромиссный путь развития?
Неплохо бы получить на это ответ. И неплохо бы вспомнить, что совсем недавно, перед вторым туром президентских выборов (впору писать — "в другой жизни"), Владимир Зеленский в интервью "РБК Украина" говорил: "Должно ли правительство вмешиваться в средства массовой информации, – нет, вообще ни в коем случае". Как сказал бы принц Гамлет: "И пары башмаков не износив…" В своем видеоблоге, опубликованном на Youtube-канале "Зе!Президент" 7 ноября, Зеленский теперь говорит: "Фейки, манипуляции, информационная война. Раньше это была война с российскими средствами массовой информации, теперь это война еще и внутри нашей страны". И добавляет, что, по его мнению, некоторые украинские средства массовой информации "не понимают, что они делают".
Ну что сказать. Возможно. Но понимают ли у самого главы государства: что они творят? И к чему все это может привести?
Источник: Юрий Божич, Фокус
Напомним: Парламентский кризис в Украине: почему Рада больше не голосует за законы власти.
