Когда на наличном рынке курс гривны пересек границу 40 грн за доллар, население и бизнес существенно занервничали. Курс на уровне 40 был определенным психологическим барьером для многих импортеров и населения. Впрочем, официальный фиксированный курс остается на уровне 36,6 грн за 1 доллар, а на межбанке образовался определенный профицит валюты, что в первые дни изменений позволило НБУ даже пополнить золотовалютные резервы.
Почему курсы снова разошлись? По моему мнению, НБУ допустил тактическую ошибку, когда определил новый фиксированный курс на уровне 36,6. Вполне правильно было рассчитано, что фиксированный курс должен стать неким якорем для ожиданий и закрепить их на уровне, который является более или менее приемлемым (равновесным) для населения и бизнеса. В качестве нового якоря был взят верхний предел продажи доллара на оптовом наличном рынке.
НБУ, у которого есть мандат на поддержание стабильности национальной валюты, стоило бы не выходить за пределы 33 грн за доллар при ослаблении официального курса
Впрочем, накануне, при измерении ожиданий населения, уже было известно, что ожидания колеблются на уровне 33-34 грн за доллар, которые были сформированы в т. ч. карточными курсами. Поэтому НБУ, как капитан кораблей, должен был закрепить якорь "на дне" (который приближен к лучшим ожиданиям), а не бросать его "в небо" или "на берег". Желательно было также обновление фиксированного курса провести на фоне позитивных новостей, например, дождаться открытия портов или хотя бы подписания зернового соглашения с Турцией и ООН.
Второй важный момент: как показывают рыночные исследования, цены импортеров при росте курса доллара менее чем на 10% слабо реагируют на девальвацию, а при изменении в 3-5% вообще на нее реагируют. Поэтому НБУ, у которого есть мандат на поддержание стабильности национальной валюты, стоило бы не выходить за пределы 33 грн за доллар при ослаблении официального курса. Курс 33 грн за доллар вряд ли бы дал возможности так быстро пополнить ЗВР, но и не раздувал бы ожидания.
В-третьих, рост учетной ставки очень слабо отразился на рынке депозитов, что не способствует оттягиванию гривневой массы с валютного рынка в банки. Средний композитный индекс ставок еле пересек рубеж в 10% годовых, при чем в нормальных банках был дефицит предложений по депозитным продуктам даже под 15% годовых, при учетной ставке 25%.
Профицит валюты на межбанке (безналичный доллар) указывает, что экспортеры в принципе нормально отреагировали на повышение курса на 25%
Размер ставки во время войны не является первоочередным фактором при выборе депозита. В военном окопе, беженцу из Мариуполя или пострадавшим в Ирпене не нужны депозиты на 1-2 года даже под 20% годовых. У них другой спрос на банковские услуги по сбережениям, со склонностью к дебетовым картам с повышенными процентными ставками и валютные активы.
Что будет дальше? Дальше не будет ничего из ряда вон выходящего: официальный фиксированный курс и наличный курс продажи через какое-то время сблизятся. Профицит валюты на межбанке (безналичный доллар) указывает, что экспортеры в принципе нормально отреагировали на повышение курса на 25%. К тому же НБУ начал принимать меры, чтобы удержать курсы вблизи друг от друга.
Во-первых, карточный курс уже близок к официальному: сегодня продажа в крупнейших банках по картам происходила по курсу 37,03.
Во-вторых, банкам разрешили продавать валюты больше чем ранее: общий объем, который они могут отправить на наличный рынок, составляет 400-450 млн долларов. Единственная проблема в том, что раньше обмен безналичной валюты на наличную занимал 3-4 дня, поскольку наличные завозили обычными рейсовыми самолетами в Борисполь, а теперь это нужно делать по суше, что может длиться чуть больше недели. Поэтому, с учетом комиссии и разумного уровня маржи, наличный доллар в Украине при курсе 36,6 и профиците валюты на межбанке должна стоить где-то 38, максимум 39 грн за доллар, но никак не 42.
И чем глубже будет девальвация, тем более проблемно в будущем будет освоить эти компенсации на восстановление
Следующий важный момент: сегодня в Украине есть определенного уровня стратегический вакуум относительно долгосрочных прогнозов динамики золотовалютных резервов НБУ. С одной стороны, правительство официально озвучило в Лугано программу восстановления в объеме 750 млрд евро на 10 лет. И средства под эту программу есть за счет замороженных российских активов. В среднем Украина должна получать по 75 млрд евро в год, но, конечно, это будет не 100% в ликвидной форме: какая-то часть будет поступать в форме оборудования, услуг и других ценностей. Но около 30-50 млрд евро в год могут попадать на валютный рынок. НБУ сейчас этот объем не учитывает, но он не сможет выкупать 30 млрд евро в год без последствий для финансовой системы.
Приведу конкретные расчеты. Сейчас объем наличных денег и безналичной гривны на счетах (денежный агрегат М1) составляет где-то 1,2 трлн грн, 30 млрд евро при курса 40 – это как раз и есть 1,2 трлн грн в год. И чем глубже будет девальвация, тем более проблемно в будущем будет освоить эти компенсации на восстановление. Даже если средства с рынка идут в ЗВР НБУ, рост в течение года (через эмиссионный канал валютного рынка) наличной и безналичной гривны будет серьезным монетарным фактором инфляции.
Впрочем, и сейчас возникает вопрос о целесообразности экономии ЗВР на 0,5-1 млрд долларов для поддержки курса гривны, если речь идет о программе восстановления в 750 млрд евро. Правда, в такой экономии как раз и нет прямой вины НБУ, поскольку именно наши западные партнеры пока не внесли ясность в этот вопрос. Так, за рубежом россияне потеряли контроль почти над 1 трлн долларов активов, но законопроект, который дает нам доступ к этим средствам (H.R. 6930) пока что застрял в Сенате США, а ЕС только в октябре 2022 года презентует аналог 6930, после чего игнорировать фактор притока валюты на восстановление будет преступлением.
Поэтому, несмотря на тактические просчеты НБУ с курсом, которые будут исправлены, и на стратегический вакуум в вопросе притока валюты на восстановление – сохраняйте оптимизм. Конечно, война – это серьезный риск для всех украинцев. Но Украину не оставили один на один с врагом и продолжают опекать в финансовом и военном аспекте. Наша задача – минимизировать тактические ошибки и просчитывать шаги наперед, а не жить балансом одного дня.
