Когда жители Щёлкино, типичного советского городка, c энтузиазмом голосовали за то, чтобы отделиться от Украины и стать русскими, они думали, что хаос и коррупция, которые превращали повседневную жизнь в борьбу, останутся в прошлом.
Об этом пишет Иван Нечепуренко в своей статье «Спустя месяцы после российской аннексии, в Крыму начинают гаснуть надежды», опубликованной на сайте газеты The New York Times.
Теперь, когда многие из них вынуждены готовить еду и кипятить воду на открытом огне, они начинают все переосмысливать.
В существенно пострадавшем городке Щёлкино не было стабильного снабжения электроэнергией с 22 ноября, когда протестующие в Украине взорвали линии, которые обеспечивали Крыму большую часть электричества. Ситуация в больших городах лишь немного лучше.
Тем не менее, люди здесь не уверены, кого винить за то, что они оказались в таком затруднительном положении: крымско-татарских активистов и украинских националистов, которые оборвали подключение Крыма к украинской электросети, или чиновников местного самоуправления, которые утверждали, что у них хранится достаточно генераторов, чтобы справиться с этой критической ситуацией.
«Цирк уехал, а клоуны остались», сказал Леонид Захаров, 45-летний мужчина, опираясь на деревянную трость. Москва может и изгнала украинскую власть, говорит он, но многие из тех же коррумпированных и некомпетентных чиновников остались на постах, и жизнь стала лишь немного менее хаотичной, чем раньше.
Двадцать месяцев назад Кремль аннексировал черноморский полуостров на фоне обострения патриотического пыла у русскоязычного населения. Тогда в апреле 2014 года президент Владимир Путин обещал превратить полуостров в образцовую территорию, но сейчас это обещание кажется таким же вялым, как стареющие крымские курорты советской эпохи.
Сейчас многие здесь начинают осознавать, что Крым может на долгие годы остаться в подвешенном состоянии, ведь сейчас он больше не является частью Украины, но и еще не полностью принят Россией. Мечты крымчан о том, что «они станут следующими Сочи (показательная площадка зимней Олимпиады 2014 года стоимостью 50 миллиардов долларов), рухнули вместе с ценами на нефть, которые заставили Россию отложить такие мегапроекты.
Щёлкино, состоящее из нескольких десятков приземистых домов без подключения к газовой сети, особенно сильно пострадало от отключения электроэнергии, электричество у них есть максимум четыре часа в день, два из которых – посреди ночи. Но жизнь в Крыму сейчас нигде нельзя назвать замечательной.
Многие рестораны и магазины используют переносные генераторы, выставляя их возле входных дверей, чтобы продемонстрировать клиентам, что все работают, как обычно. Их постоянное рычание стало городским фоновым звуком. После захода солнца темные улицы быстро пустеют. Рестораны закрываются в 8 вечера, а продажа алкоголя запрещена после 5 вечера, чтобы люди оставались дома в ночное время.
Некоторые магазины обходятся без кассовых аппаратов, длинные очереди скапливаются возле любого работающего банкомата. Без светофоров перекрестки в крупных городах замирают. Автомагистрали – в темноте, поэтому только в дневное время можно рассмотреть плакаты с изображением Путина и надписью: «Крым. Россия. Навсегда». Бензина очень мало, на заправках, где он есть, толпятся разгневанные водители.
Керчь, город декоративных фонарей, которые сейчас не горят, получает только 15 процентов необходимой электроэнергии. Дизельные генераторы снабжают местную больницу, старое советское здание. Алексей Просолков, заместитель начальника по безопасности, сказал, что больница нормально функционирует, за исключением отмены некоторых энергоемких процедур, как, например, рентгенография.
На прошлой неделе школы были закрыты, но сейчас некоторые из них открываются вновь. На плакате перед одной из закрытых школ в Керчи говорится, что крымчане «стали жертвой внезапного теракта, беспрецедентного в российской истории».
Дети в Щёлкино радуются своим незапланированным каникулам. Ночью они играют в настольные игры при свечах, рассказывают они.
Кризис с электричеством связан с напряженными отношениями между крымскими властями и татарами, которые требуют прекращения дискриминации и освобождения заключенных в тюрьму активистов.
277 000 крымских татар, мусульманское меньшинство, говорят, что они пострадали от систематической дискриминации под властью России, а их независимые СМИ закрыли наряду с их собранием.
Путин пообещал татарам полное равенство и обязал правительство признать их насильственную депортацию из Крыма при советской власти. Нариман Джелалов, один из немногих оставшихся в Крыму лидеров татар, заявил, что обещания оказались пустыми.
«В феврале я говорил с высокопоставленными представителями правительства, которые сказали мне, что мы должны либо подчиняться им, либо они заставят нас уехать», сказал Джелалов (35), сидя в кафе в центре Симферополя. «Они сказали: Россию и без того не слишком любят в мире, так что если мы станем нравиться им еще меньше, что с того?»
Чувства очерствели и у другой стороны. «Татары не воспринимают всерьез российскую власть здесь, например, они были очень рады тому, что Турция сбила российский бомбардировщик в Сирии», сказал Александр Форманчук, бывший советский государственный служащий, а ныне местный чиновник. «Независимо от того, что делают российские власти, татары все равно недовольны. Эта энергетическая блокада была неизбежной, но в результате они потеряли Крым навсегда».
Во время разговора, Форманчук принимал непрекращающийся поток телефонных звонков от людей, жалующихся на отсутствие электричества. Не хватает мощностей, чтобы сделать всех счастливыми, сказал Форманчук, хотя он согласился, что правительство могло бы сделать больше для улучшения жизни простых людей.
Но это сложно, пока основные линии электропередач лежат на полях в Украине. Крым может генерировать лишь одну треть необходимой электроэнергии, и так называемый энергетический мост с Россией, линия электропередачи, которая, согласно плану, должна быть частично введена в эксплуатацию в этом месяце, не покроет разницу.
Сегодня основная связь с Россией – это паром в отдаленном уголке Краснодарского края, который работает без помех во время отсутствия электричества, но татарские активисты грозили разорвать и эту связь. В 2014 году Кремль пообещал выделить 658 млрд рублей (около $ 10 млрд), чтобы улучшить инфраструктуру полуострова, в том числе построить мост стоимостью $ 3,4 млрд на материковую часть России. Но продвижений почти нет.
Никто не уверен в том, сколько будет продолжаться «затмение». Украинское правительство сообщило, что линии починят, но ничего не предприняло, чтобы убрать протестующих, которые блокируют работу ремонтных бригад. Хотя Кремль и выразил озабоченность, но он не пытался требовать решения. Российский Черноморский флот со штаб-квартирой в Севастополе заявил, что на нем это не отразилось.
В настоящее время появляются новые ритуалы. Каждый день в полдень мэр Щёлкино обращается к жителям на главной площади Крымской весны, которая была переименована во время аннексии. Кипяток и горячую еду раздают перед старым кинотеатром. Люди могут зарядить свои мобильные телефоны и посмотреть последние российские новости на экране телевизора, хотя некоторые говорят, что им нравится жизнь без телевидения.
Как это часто бывает в России, некоторые обвиняют Вашингтон, а не Москву или Киев.
«Если бы не американцы, ничего этого не было бы. Татары, которых поддерживают Соединенные Штаты, не смогли бы ничего сделать», сказала Татьяна Брагина, 57 лет, энергичная женщина, которая когда-то работала на строительстве соседней незавершенной АЭС.
«Пожалуйста, напишите, что мы не в отчаянии. Напротив, мы полны радости», сказала г-жа Брагина, стоя рядом с кипящим черным чайником во дворе ее многоквартирного дома.
УНИАН
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →