Самолет АН-26, выполнявший учебные полеты с курсантами, потерпел крушение неделю назад вблизи аэродрома в Чугуеве Харьковской области. В катастрофе погибли 26 человек. Внятных ответов, почему так произошло, до сих пор нет. Что на самом деле могло привести к трагической аварии – в материале РБК-Украина.
Военно-транспортный самолет АН-26 вечером в пятницу, 25 сентября, выполнял учебные полеты с курсантами Харьковского национального университета Воздушных сил им. Ивана Кожедуба. Студенты группами по 19-20 человек садились в воздушное судно и под присмотром экипажа из семи военных летчиков выполняли упражнения и получали штурманские навыки.
Около девяти часов вечера самолет, на борту которого была последняя группа молодых курсантов, неожиданно снизился, сделал резкий поворот влево и ударился крылом о землю недалеко от трассы Киев–Харьков.
На месте трагедии погибли 25 пассажиров АН-26, еще двое курсантов смогли выбраться из горящего самолета. Один из них на следующий день скончался в больнице от полученных тяжелых травм. Единственный выживший – курсант Вячеслав Золочевский – отделался ушибами и сотрясением мозга.
С первых дней трагедии чиновники выдвигали разные версии катастрофы. Часто они в корне отличались одна от другой. Для расследования причин аварии Кабинет министров создал специальную комиссию, Министерство обороны направило генеральную инспекцию, а Государственное бюро расследование открыло уголовное производство.
Разброс по версиям
В ГБР рассказали, что на данный момент ведут расследование по четырем направлениям. Речь идет о возможных ошибках экипажа, руководителей и организаторов полета, технической неисправности самолета или ненадлежащего его ремонта и обслуживания.
Версия теракта или диверсии на борту самолета также не отбрасывается, уверяет начальник Главного следственного управления ГБР Максим Борчаковский. Вместе с тем она не является приоритетной. Ответы на этот вопрос могут дать только результаты взрывотехнической экспертизы, которая еще только будет назначена, отметил он.
Следователь также объяснил, почему версия теракта не оказалась среди приоритетных. "Информация радиообмена "земля–воздух" и некоторые другие первичные данные – именно на них мы основывались для того, чтобы выдвигать определенные версии", – заявил Борчаковский.
Кроме того, Государственное бюро расследований также опровергло попавшую в СМИ информацию об отказе левого двигателя АН-26. Следствие установило, что вышел из строя измеритель крутящего момента (ИКМ), но не сам двигатель.
Установлено, что пилот самолета, увидев проблемы с ИКМ, запросил посадку на аэродроме Чугуева и начал снижаться к нему, но не долетел буквально полтора километра.
Глава Харьковской облгосадминистрации Алексей Кучер публично заявил о "промедлении" работников аэродрома, дававших разрешение на посадку борта.
"По разным источникам, по моей информации, с момента, когда пилот запросил посадку, люди, которые отвечают за эту посадку, ответили только через минуту", – отметил председатель ОГА и потребовал от следствия особо обратить внимание на этот момент.
И военные, и сотрудники ГБР заявили, что несколько обескуражены такими заявлениями главы области. Представитель следствия Вадим Приймачок подтвердил, что задержка действительно была, но она произошла из-за того, что на аэродром в этот момент садился другой самолет.
"Как нам объяснили допрошенные свидетели, в военной авиации, в отличие от гражданской, нет регламентированного решения такой ситуации: кто должен садиться первым", – добавил он.
В Командовании Воздушных сил были еще более категоричны по поводу предположений Кучера. Спикер Командования Юрий Игнат в комментарии РБК-Украина назвал заявления главы ОГА "абсурдными".
"Это просто его оценочные суждения, непонятно откуда он их берет, ведь он не является специалистом в данном вопросе. Непонятно, почему он дает оценку действиям руководителя полетов? Он вообще был на аэродроме, он видел как там все делается, как принимаются решения?", – добавил военный.
Человеческий фактор
"Следствие рассматривает несколько различных версий авиакатастрофы. Тем не менее становится понятно, что на технические неисправности, которые имели место, наложился человеческий фактор в различных его проявлениях", – сказал глава правительственной спецокмиссии, вице-премьер-министр по "оборонке" Олег Уруский.
Военный летчик на условиях анонимности объяснил РБК-Украина, что могут значить слова о "человеческом факторе" и какими могли быть причины аварии.
"Я допускаю, что было опасное снижение самолета, но летчик увидел впереди какую-то преграду и пошел садиться на грунтовое поле слева. Скорее всего, летчик хотел посадить самолет на грунт и резко развернулся", – считает собеседник.
Другие предположения и теории, в частности, о том, что пилот перепутал трассу со взлетно-посадочной полосой или о том, что на борту АН-26 было слишком много людей, эксперт считает несостоятельными. С этим согласен и юрист, специализирующийся на авиакатастрофах, Андрей Козлов. Версию о том, что пилот перепутал трассу и посадочную полосу, он исключает.
"Это нереально, думаю. Как я понял, это был родной аэродром для экипажа. Да и посадочный прожектор они включили. Наконец: если бы они так перепутали, то никогда не пересекали бы шоссе по диагонали", – отметил юрист.
Еще один авиационный эксперт на условиях анонимности сказал РБК-Украина, что корень проблемы мог быть в технической неисправности, на которую экипаж самолета не смог корректно среагировать. По его мнению, левый двигатель АН-26 в какой-то момент мог остановиться, но не зафлюгироваться как положено, то есть его лопасти не заняли новое положение, наименее влияющее на аэродинамику.
Представитель Командования Воздушных сил Юрий Игнат признает, что на АН такая процедура не всегда проходит корректно. "На новых самолетах флюгирование делается автоматически, а на АНах оно не автоматическое: двигатель может стать (в необходимое положение, - ред.), а может – и нет. Да, флюгирование помогло бы легче управлять самолетом. Но стал ли на флюгер конкретно этот АН – неизвестно", – сказал Игнат.
Ответ на этот ключевой вопрос может дать расшифровка двух бортовых самописцев – "черных ящиков", изъятых на месте катастрофы. Главный инспектор Минобороны Игорь Воронченко подтвердил РБК-Украина, что "ящики" уже расшифрованы.
"Расшифровка ящиков уже завершилась, мы сейчас ведем моделирование всего полета", – сказал он изданию, отметив, что вся остальная информация по этому процессу пока засекречена. Это сделано для того, чтобы "не было предвзятых действий и наговоров", поскольку "это очень щепетильное дело".
"Безальтернативная" техника
На государственном предприятии "Антонов", которое изготавливает и ремонтирует АНы, говорят, что упавший под Харьковом самолет был изготовлен в 1977 году и за время эксплуатации дважды проходил капитальный ремонт. Последний из них – в 1996 году.
В августе этого года специалисты "Антонова" исследовали техническое состояние 43-летнего воздушного судна. Они определили, что на следующий капремонт этот АН следует отправить через два года – в июле 2022 года. А срок службы "злополучного" левого двигателя был продлен работниками завода "Мотор Сич" до июня 2021 года, срок службы правого двигателя заканчивался в октябре текущего года.
В Воздушных силах признают, что АН-26 далеко не самая современная техника, тем не менее они в большом количестве стоят на вооружении ВСУ. Точное их количество – секретная информация, но источник в армии намекнул РБК-Украина, что их "несколько десятков".
"Это еще не самый старый наш самолет, у нас есть АН и 1968-го года. Конечно, это не новые самолеты, но других у нас нет! Мы только на них можем защищать Родину: на Ан, на Су, на МиГах", – объяснил спикер Командования ВС Юрий Игнат.
Он считает, что Украине следовало бы договорится с США о закупках в лизинг американских самолетов F-16, на которых уже проходили обучение украинские военные. Но такой истребитель стоит почти в три раза дороже, чем МиГ – около 60 млн долларов.
Авиационный юрист Андрей Козлов также не видит объективных причин критиковать "устаревшие" АНы. "Самолет этот, конечно, не новый, но надежный и проверенный, очень "живучий". Поэтому при регулярных инспекциях, ремонтах и продлении ресурса – вполне годный. Другое дело, что сама по себе техника в момент создания не могла, конечно, иметь современных средств обеспечения безопасности", – сказал Козлов в комментарии РБК-Украина.
Представитель Воздушных сил также называет АН-26 "надежной техникой", которая "иногда падает". "Падают, потому что малейшая ошибка приводит к таким вот трагедиям. Да, техника не новая и отказов (двигателей, - ред.) есть много. Но мы не можем не летать! Если летчик не летает определенное время, то он теряет допуск к выполнению полетов", – подчеркивает Юрий Игнат.
Игнат называет дилетантскими разговоры о том, что Украине якобы следует отказаться от эксплуатации старой советской техники и перейти к современным беспилотникам. К примеру, турецкие беспилотники "Бейрактар", по его мнению, могут быть эффективными на поле боя только при решении точечных задач и при активной поддержке артиллерии и средств радиоэлектронной борьбы. По его словам, Украина закупила только шесть таких БПЛА, дальше все упирается в финансовые возможности государства.
Он уверен, что трагедия АН-26 должна обратить внимание власти на тяжелое состояние украинской авиации. "Ребят уже не вернешь. Но чтобы их смерть не стала напрасной, надо разобраться в этой ситуации и действиям всех, военных и не только военных лиц, должна быть дана правовая оценка. И главное, что государство должно сделать выводы о том, куда и на какие цели надо выделять деньги", – резюмировал представитель Командования Воздушных сил.
