Новая идея от Министерства социальной политики: свое государственное содержание в домах престарелых подопечные этих заведений компенсируют жилплощадью после своей смерти. Речь идет о забытых родственниками беспомощных стариках, которые идут доживать свой век в дома престарелых, где получают весь необходимый уход за счет государства. А после смерти пенсионера объявившиеся из ниоткуда наследники заявляют свои права на наследство (читай – жилье).
В новом законопроекте предлагается, чтобы наследники компенсировали все расходы на содержание их родственника в доме престарелых. Иначе наследуемое жилье им не отдадут. Ведь перед тем, как старик переступил порог заведения, он подписал с ним договор пожизненного содержания и ухода взамен на свои квадратные метры. Такая практика существовала и раньше, на добровольной основе, но теперь может стать обязательной.
Воля человека выше наследства
- Если пенсионер заключит с домом престарелых как с юрлицом договор о пожизненном содержании и уходе, то несостоявшимся наследникам в судах придется очень трудно. Человек в ясном сознании и памяти по собственной воле заключил договор, по которому его собственность перешла к государству. Все! Воля человека выше наследственных прав, - говорит "КП" в Украине" правозащитник Антон Король. – К тому же подобные договора заверяются нотариусами, которые убеждаются и фиксируют, что человек подписывает договор без принуждения.
Согласно одному из пунктов нового законопроекта, пока человек находится в учреждении, нотариус обязан отказыватьему в отчуждении недвижимости, если пенсионерпожелает ее продать, подарить или передать по наследству. Его "квадраты" останутся нетронутыми до того момента, когда суд решит – компенсировали ли наследники расходы государству или оно может забрать жилье в качестве оплаты…
И раньше оплачивали
Когда в отношениях "человек – государство" государства становится слишком много, начинает сильно попахивать коррупцией и мошенничеством. Мы знаем, как иногда могут работать социальные службы или опека – так, что стариков, "поменявших" свое жилье в центре на "домик в лесу" или "прекрасный приют со всеми удобствами", не могут найти годами. А если мошенники начнут прикрываться именем государства, которому наши старики все еще продолжают верить? И не придраться: вот же закон! Но он что дышло - как повернешь….
Государство клянется, что все ради стариков и только их интересы во главе угла. Но что мешает обеспечить пожилым достойные условия жизни уже сейчас? Начнем хотя бы с того, что до последнего времени старики отдавали 75% пенсии за свое проживание в домах-интернатах для людей преклонного возраста. С сентября этого года, согласно утвержденному "Типовому положению о доме-интернате для граждан преклонного возраста и лиц с инвалидностью" (статья 13), "на полное государственное содержание в интернаты бесплатно принимаются лица с инвалидностью I группы… граждане преклонного возраста, лица с инвалидностью II-III групп, среднемесячный совокупный доход которых составляет меньше двух прожиточных минимумов для нетрудоспособных лиц" (3538 грн). Те, у кого пенсия дотягивает от двух до четырех прожиточных минимумов (7076 грн), устраиваются в интернат и получают социальные услуги по дифференцированной плате. У кого пенсия выше этой суммы – оплачивают все услуги дома престарелых полностью.
Пожалуй, заявления законодателей о том, что государство берет на себя полное обеспечение стариков в интернатах, слегка нуждаются в корректировке. И раньше оплачивали, и сейчас многие оплачивают свое пребывание. Как с этим быть? В законопроекте об этом – ни слова.
А что потом?
С другой стороны, нет никаких гарантий того, что в доме престарелых человек получит достойный уход. А что, собственно, означает эта фраза - "достойный уход"? Койко-место, каша на обед и раз в неделю вопрос дежурной медсестры "Как себя чувствуете?" можно считать полноценным уходом? Законодатели предлагают прописывать все пункты, что такое уход и содержание, в новом законе (точнее – на основании закона вносить правки в соответствующие статьи Гражданского кодекса и некоторые законы Украины), но выполнит ли государство то, что обещает?
Еще один нюанс – недееспособные граждане. Обычно их интересы представляют службы опеки (если нет назначенного опекуна из числа родственников или близких людей). И именно опека будет решать, можно ли от лица недееспособного старика заключать договор с интернатом на содержание взамен на жилье или нет.
- Очень много вопросов по этому довольно сырому законопроекту, где не прописан механизм его реализации, и, соответственно, возникают вопросы. Я не могу сказать, что это плохой законопроект. Нет плохих законов – есть плохие его реализаторы. - продолжает Антон Король. - Кто, например, будет определять – уклоняются дети от исполнения своих обязанностей по содержанию родителей или нет? Что именно является содержанием, уходом? Что будет делать потом с жильем своих умерших подопечных дом престарелых – продавать, раздавать сотрудникам, сдавать в аренду? Кто и по каким тарифам будет высчитывать для наследников стоимость компенсации содержания одного человека в доме престарелых? Как будет оцениваться жилье? Все это должно быть в законопроекте выписано очень подробно, иначе и говорить не о чем.
Вместо послесловия
В Украине, по разным подсчетам, чуть больше 8 миллионов жителей преклонного возраста – от 60 лет и старше. Сколько тех, кого забыли дети, - поди посчитай… А сколько таких, чьи дети не могут их содержать по весомым причинам? Кто и как будет отсеивать таких наследников жилья?
Интересно, положат ли законодатели глаз на недвижимое имущество алиментщиков, которые не заботятся о своих детях, хотя также обязаны это делать и по закону, и по совести? Не посчитают ли в больницах затраты государства на содержание, лечение и кормление пациентов требующими компенсации? Не превратится ли идея Минсоцполитики в банальный отъем квартир и домов стариков под предлогом государственной заботы о них?
- Пока можно точно сказать, что в случае если законопроект в таком виде, станет полновесным законом, судам значительно прибавится работы. Наследники будут сражаться с государством, и эти процессы могут идти годами. Кто от этого и что выигрывает – непонятно, - резюмирует правозащитник.
