— Достали меня этим Путиным. Все о нем и о нем. Будто других людей в России нет, — сказала мне знакомая, переставшая читать новости из своей исторической Родины. Ее можно понять. Количество упоминаний Путина в прессе достигло предельной черты. Даже западные СМИ, свое внимание к России анонсируют под заголовками типа «Путин сказал... Путин исчез, Путин появился». Огромная страна, в которой, как поется в песне, «много лесов, полей и рек», скукожилась до территории, где живет один человек. С исторической точки зрения явление объяснимое. Диктаторские режимы всегда концентрируют внимание на верховном правителе. При них от людей мало что зависит. Вот наблюдатели и вынуждены присматриваться к вождям, стараясь по глазам угадать их намерения, а по словам — степень когнитивного диссонанса.
Интерес к здоровью монархов и диктаторов приравнивается к разведывательной миссии. Чем раньше обнаружится проблема физического или психического расстройства, тем проще будет вести политику, а в нашем случае, еще и войну. Именно это знание когда-то помогло Соединенным Штатам обрести независимость. Король Георг III, правивший империей в годы американской революционной войны, страдал редкой болезнью — порфирией, которая часто туманила его разум. Обострение недуга произошло, когда Штаты начали борьбу за свободу против роялистов. Георг III (так же, как сейчас Путин) не смог смириться с демократизацией вотчины, и тронулся умом. Но об этом знали лишь во дворце. Монарха никто не пытался сместить, или устранить, ради спокойствия в государстве. Его тайно лечили доктора, а санитары периодически облачали в смирительную рубашку, чтобы унять приступы агрессии.
Король быстро выходил из себя и надевал свой ночной горшок на головы подданных самого высокого ранга. Приходилось держать монарха в почтительной изоляции, но периодически выпускать на люди во имя высших целей. Об этом и разузнал Джордж Вашингтон. В переговорах с роялистами этот аргумент ему здорово пригодился. Знал, на что жать, переубеждая противников. Одно дело служить королю, а другое — исполнять волю безумца. Тогда разницу чувствовали.
В случае со странным исчезновением Путина, манипуляций кремлевских придворных, показывающих царя публике, якобы, в здравом уме, аналогия прослеживается. Но различия есть. Особенно по линии имперской наследственности. На престоле Соединенного Королевства всякое случалось, но бессистемно, а под двуглавым орлом и михалковским гимном, все идет по графику. Плохого полицейского, то есть царя, всегда сменяет хороший, по сравнению с предыдущим. Начнем с уже упомянутого времени Дж. Вашингтона и Георга III. Тогда российский престол принадлежал Павлу I, по уму, стоящему где-то рядом с британским коллегой. Его сменил Александр I, полная противоположность Павлу по части интеллекта и самочувствия, настолько свободолюбивый, что хотел отречься от престола просто так. Кто его сменил? Снова полная противоположность — Николай Павлович — солдафон и неуч, получивший прозвище Палкин. Потом опять на троне появился либерал своего времени, освободитель от дворянского ига крепостничества Александр номер два. Сынок его Александр третий — укатился далеко от яблоньки, снова начал закручивать гайки по части свобод и положения национальных групп и окраин. А внучек Николай II, оказался ближе к деду, чем к отцу по мягкости характера, поэтому и вертели им, как хотели, распутины и столыпины. Потом романовская чехарда закончилась и началась советская, по тем же правилам, правда с повышением тональности фобий на один регистр. На смену страшному лидеру приходил ужасный, после него снова страшный, уступавший потом место ужасному. Ленин — Сталин — Хрущев — Брежнев и т.д. Короче по всем раскладам видно, что ужасного Путина сменит кто-то страшный, если рассуждать в духе двухсотлетней традиции.
Однако историческая параллель с Георгом III, дает нам повод взглянуть на ситуацию с болезнью Путина под другим углом. Ведь кто-то же стоит у трона, когда безумствует его хозяин? Кто-то отдает приказы лечить его, или закутывать в смирительную рубашку? А главное, кто шлет от его имени указы и приказы?
При страдающем порфирией английском короле, был порфироносный (извините за каламбур) отпрыск принц Уэльский Георг. Личность малоприятная, стяжательная и мстительная с авторитетом ниже, чем у сумасшедшего отца. Однако это не помешало ему руководить страной в должности регента, а потом еще — короля. Иными словами болезни первых лиц очень выгодны вторым и третьим. Власть, по сути, не ограничена, а ответственности — никакой. И чем дольше такой период, тем лучше. Именно по этой причине Георг III просидел на троне больше 60 лет, побив рекорды вменяемых монархов. А мы с вами помним Леонида Ильича Брежнева, которого свита держала на посту до полной остановки его сердца и жизни в стране.
Видимо, не случайно, в мартовские дни экзистенциального и материального полураспада Путина, он, вдруг, вопреки чекистской выучке, разоткровенничался по всем скользким вопросам режима. Сказал про готовность подорваться на ядерном фугасе, про детали захвата Крыма, личное авторство похищения Януковича... Такие признания, лично Путину (больному и здоровому) не выгодны, ибо ставят крест на его воскрешении в мировой политике, хотя бы на энциклопедическом уровне. А вот вторым лицам путинские откровения — палочка-выручалочка. В случае чего, можно развивать тему ядерного удара, и безнаказанно угрожать миру. А если не получится, то легко прикинуться заложниками у кровавого маньяка, как это сделало сталинское политбюро. Груз грехов приготовлен к списанию. Но с дворцовыми переворотами никто не спешит. В отличие от времен короля Георга III, когда безумцы на троне были просто полезны их окружению, нынешние превращают их в инструмент глобального влияния. — Видите, что он не в себе, — почти открыто говорит миру российская дипломатия, — лучше отдайте Крым, чтоб не взорвал континент. Он это может...
С такими аргументами приходится считаться. Страшно. Поэтому и велик интерес к изменениям настроения факелоносца у пороховой бочки. Но все чрезвычайное в этом мире недолговечно. Жизнь всегда побеждает страх. Дни безумств проходят, как грозы, увлажняя почву и продувая пространства свежими ветрами.
В исторических хрониках об эпохе правлении Георга III, историки записали сведения о жестком, волевом стиле его правления и неизлечимой болезни. Еще — об унижении парламента и превращения лояльности подданных в открытую неприязнь. Но главный упрек монарх получил за политику, подтолкнувшую американские колонии к мятежу и напрасно потраченные на бесполезные войны 40 миллионов фунтов стерлингов.
Таким он и остался в истории, хотя большинство из приписанных ему ошибок и злодеяний не совершал, сидя запертым и связанным в комнате Виндзорского замка.
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →