Иловайский котел — крупнейшее и самое кровавое сражение на Донбассе. По официальным данным только 29 августа 2014 года, во время отступления из Иловайска, 366 украинских военнослужащих погибли, 429 получили ранения разной степени тяжести и 300 были взяты в плен.
Выжившие называют события под Иловайском — бойней. О кровавых событиях в котле рассказал украинский боец Николай Коваленко (фамилия изменена по просьбе героя публикации), публикует begemot.
Коваленко на Донбасс пошел добровольцем. Там служил в составе добровольческого батальона патрульной службы милиции особого назначения «Миротворец».
22 августа около ста человек из «Миротворца», среди которых и Николай, выехали в сторону Иловайска. На месте были через два дня. В тот же день они получили приказ от командования – взять только БК (боекомплект), какой смогут нести.
Сказали, что едем часа на три. Но сердце подсказывало – врут. Так и получилось. Мы взяли очень мало воды, еды не взяли вообще. Боекомплекта взяли, но маловато. И выдвинулись на микроавтобусах типа «Богдан», – вспоминает Николай.
Боец вспоминает, что в Иловайск их запускали:
«Внутри Иловайска был полный хаос, люди мародерили магазины, потому что им нужны были еда и вода. На тот момент инфраструктура почти не работала, света не было. Со всех сторон постреливали мелкие минометы и снайперы. Поэтому передвигаться по городу нужно было довольно быстро, чтобы не попали. Снайперы сидели везде. Но потерь у нас не было».
Николай несколько раз за время разговора повторяет: «Нам всю дорогу везло». В городе было несколько украинских подразделений, однако кто где находился – представление было смутное даже у командования.
Из-за того, что у группы «Миротворца» не было связи, они не вступали в боевое столкновения.
«Потому что не знали, кто там, на другой стороне – сепаратисты, россияне или наши. Сложно было: если идет нападение на депо, понятно, что это враги, а если стреляют вокруг – ничего не понять. Хотя был случай, когда приехал танк без опознавательных знаков, выстрелил в одну сторону, в другую. Мы спросили у Тетерука (комбат «Миротворца», нардеп — ред) – кто это. Он ответил: «Пойди, постучи по танку, спроси, кто», — вспоминает боец.
28 августа вечером на телефон Николая пришло сообщение от Тетерука, который находился в депо, что в 3-4 утра следующего дня будет дан «зеленый коридор» из города. «Миротворцы» подготовили транспорт — укрепили его железными щитами и стали ждать выезда.
«А он все время откладывался, и, в конце концов, передвинули выход на светлое время суток. И сразу стало понятно, что нас собираются расстреливать», – говорит Николай.
Военный вспоминает, что ситуация была абсолютно непонятной. Никто из командования не отвечал на вопросы.
«Командование – самодуры, из-за них погибло огромное количество людей. И моих друзей – вспоминает Коваленко.
Группа «Миротворца», вместе с другими украинскими подразделениями выехала за города рано утром 29 августа. Однако там им приказали остановиться посреди поля. «Сверху» сказали, что нет «зеленого» света.
«Один «Смерч» или пару «Градов» – и никого не останется, – говорит он. – Россияне и сепаратисты постреливали, но не били по нам прицельно, потому что тогда мы бы в панике разбежались», — говорит он.
«Помню, мимо меня прошел военный офицер, были слышны переговоры между нашим [генералом Русланом] Хомчаком, я так понимаю, и российским. Российский говорил: вы доходите до блокпоста, сдаете оружие – мы вас отпускаем. Хомчак ему: мы подумаем. Ответ: хорошо. Это было часов восемь утра. Мы должны были направиться в сторону Старобешево. Блокпост там контролировали россияне. На все нам дали 40 минут. Стало понятно, если мы не идем на их условия – пощады не будет».
Позже генерал Хомчак принял решение прорываться с боем. Николай говорит, что, когда колонна через поля дошла до какой-то лесополосы, они увидели закопанную новую технику и людей в новой военной форме, решили, что это, наверное, свои, Нацгвардия. Бойцы махали стоящим в лесополосе руками, им махали в ответ.
«Думали, может, они нас прикрывают и пойдут за нами», – вспоминает Коваленко.
Однако это оказались россияне. Они подпустили колону поближе и начали расстрел.
«Пушки, танки на расстоянии 50-100 метров, как в тире, это было похоже на Бородинское сражение. Потом нашим пленным они говорили: мы вас четыре дня ждали», — говорит боец.
Николай считает, что такая ситуация возникла из-за того, что правительству нужен был президент: «вот какие плохие россияне, расстреляли наш «зеленый коридор».
«То есть четыре дня они там окапывались, неужели наша разведка не докладывала, где находятся позиции «кацапов»? Докладывала! Выходит, была договоренность – патриотов, какие бы они ни были, нужно положить», — утверждает он.
Николая и его побратимов спас водитель автобуса. Не смотря на ранения он давил на газ. Товарища Николая, сидевшего рядом, ранило в плечо и в голову, еще одного – убило. Было много ранений в ноги, поскольку обшивка автобуса была не защищена.
Еще километр автобус катился по полям, пока не добрался до хутора Горбатенко. Для водителя это стало последней поездкой – от ранений он скончался.
Остальные затащили раненых в крайний дом, но всем было понятно, что у них есть всего минут 15-20, чтобы попытаться уйти. Группа ушла в поле с подсолнухами.
«Те же, кто остался, пусть они нас простят, мы их вытащить не могли. Им бы еще помощь оказали, но нам оставаться с ними – значило быть убитыми или попасть в плен». Когда группа (всего было человек 10) оказалась метрах в 800 от дома с ранеными, по краю села ударили САУ. Все, кто не успел выбраться из того дома, погибли», — говорит Николай.
Коваленко уверен, что выжить в котле ему помогло везение и навигатор. Ему удалось сориентироваться на местности и выйти к своим.
Из котла Николай вышел с контузией, но в целом оказался счастливчиком – он выжил.
Почему вы можете доверять vesti-ua.net →