Александр Ройтбурд – один из самых известных в мире и успешных украинских художников, одессит, в последние годы живущий в Киеве.
Кроме того, Александр – активный блогер с хорошим чувством юмора и ярко выраженной проукраинской позицией, которого, тем не менее, нередко критикуют в соцсетях за защиту русского языка.
"Обозреватель" поговорил с художником о трагедии 2 мая в Одессе, о сносе памятников, о том, почему книги Маркса не стоит пускать под нож, и о "русском мире" как бомбе, заложенной под мировую цивилизацию.
- В начале мая, по традиции, в Одессе ожидали волнений, приуроченных к годовщине трагедии второго мая 2014 года. Что вы, одессит, думаете об этих событиях? Как бы вы ответили тем россиянам, которые преподносят пожар как "одесскую Катынь", а погибших - как жертв, сожженных заживо?
- Трагедия 2 мая - мифологизированное событие. Никто там никого не жег. В результате столкновений, спровоцированных пророссийской стороной, произошел несчастный случай, возгорание здания. В большом количестве жертв виновны те, кто людей привел в здание, да еще и забаррикадировался там.
Ежегодные акции, приуроченные ко 2 мая - это чистые ритуальные пляски. Легко наблюдать скоординированное нагнетание напряженности, сезонное обострение, которое спадает после 9 мая, когда сверху объявлен отбой и все успокаиваются.
Как бы это событие ни подавалось пропагандистскими СМИ, мы должны понимать, что 2 мая 2014 года - день, спасший страну. Если бы в Одессе восторжествовала "ОНР", если бы в Харькове тоже возникла "республика", страна бы рухнула. В тот день они столкнулись с сопротивлением, поняли, что просто так, на одних лозунгах и проплаченных маргиналах, захватить власть нигде больше не удастся. В Днепре, Харькове, Николаеве, Херсоне, - везде, где было намечено, судя по всему, создание "народных республик", после 2 мая все затихло. Ползучая "русская весна" закончилась.
- Как пропагандистский миф об "одесской Катыни" разрушить?
- Только вместе с Москвой. Пока существует этот режим, миф будет сюда проникать и владеть умами. Надеюсь, после падения путинского режима к власти придет что-то более приличное, и миф развеется.
"Совсем приличное" в России невозможно в обозримом будущем, но более приличное, надеюсь, будет – еще при нашей жизни. А уж как там все сложится, не знаю, я не Ванга. Как говорила мадам де Сталь по поводу убийства Павла Первого, "в России самодержавие ограничено удавкой". Никто не знает, чем ограничена жизнь Путина. Конечно, возможны и худшие сценарии: Сталин вот умер практически своей смертью, в постели, ему только под конец помогли, когда он уже лежал в луже мочи.
- Кстати о Сталине. На вашей странице в Facebook я видела возмущенный пост по поводу приговора львовскому студенту, которого осудили на 2,5 года за цитаты Ленина в соцсети.
- Я не знаю точно, что он там писал в соцсети, но нужно различать призывы к насилию и захвату власти, создание групп, которые планируют насильственные действия, и личные посты с изложением взглядов, которые нам, скажем, не нравятся. Первое нужно пресекать, а на второе человек имеет право, если, опять же, его посты не несут угрозы конституционному строю. Кроме того, я считаю, что читать Ленина полезно во многих отношениях. И его издают во всем мире, для тех, кто этим интересуется.
А кроме того, суд постановил уничтожить "Капитал" Маркса как орудие преступления. И это уже мракобесие. "Капитал" - это классика политической экономии, которую изучают во всех университетах мира, которая входит в обязательный багаж современного интеллектуала. Это не значит, что считается хорошим тоном поддерживать и разделять его футурологические идеи, которые доказали свою ошибочность несостоятельность и утопичность. Но аналитическая часть "Капитала" до сих пор работает в современном мире, и к его теории периодически возникает интерес, сейчас она модна в Америке. Пускать под нож книги Маркса - наследие бандеровской идеологии, которая сегодняшнему европейскому государству не совсем подходит. Фобия марксизма была сформулирована идеологами ОУН, которые точно так же относились в либерализму и демократии. Они питали отвращение ко всем этим понятиям, включая и марксизм.
- В рамках декоммунизации, кроме уничтожения книг, разрушают и памятники. Какой здесь должен быть критерий, по которому нужно отделить зерна от плевел?
- Критерий один: художественная ценность. Дедушка Ленин, между прочим, подписал декрет, согласно которому памятники царей, их слуг и прочих эксплуататоров народа полагалось снести, кроме тех, что представляют художественную ценность. И ряд памятников до сих пор сохранился с царских времен, хотя люди, которым эти памятники посвящены, были идеологически развенчаны. Восприятие памятников во многом зависит от контекста.
Возьмем для примера памятник Воронцову в Одессе, который после революции 1917 года не снесли. Сначала на него повесили табличку с эпиграммой Пушкина: "Полумилорд, полукупец, полумудрец, полуневежда, полуподлец…". Тем самым памятник был десакрализован, превращен из объекта поклонения в исторический артефакт, причем с критическим отношением к нему. В послевоенное время эту табличку заменили нейтральной, поскольку Воронцов уже не вызывал ни у кого никаких сильных чувств, разве что чисто исторический интерес. Обычных людей интересует вопрос, спала ли с Пушкиным жена Воронцова, только и всего.
А теперь подумаем, какая политическая нагрузка была у памятника Щорсу до того, как с ним начали "бороться"? Кто его помнил, кого он интересовал, для кого был политическим ориентиром? Он вызывал ассоциации только с песней "Голова обвязана, кровь на рукаве, след кровавый стелется по сырой траве", которую пели в основном в нетрезвом состоянии, вкладывая в исполнение значительную долю иронии. Эта песня – уже соц-арт, образец советского наивного искусства, который вызывал только улыбку, как портрет Шевченко, изображенной сельским художником. Вот и все, с чем Щорс ассоциировался у большинства людей.
У меня же этот памятник ассоциируется с высоким образцом конной скульптуры. В Украине так никто никогда больше не слепит, школа деградировала. И это настолько мифологизированный персонаж, что достаточно было написать табличку: "Памятник мифу, созданному Александром Довженко", плюс какие-то пояснительные надписи. И эта статуя превратилась бы из памятника Щорсу в свидетельство определенной эпохи советской мифологии.
- Что для вас означают слова "русский мир"?
- Это политический конструкт, оправдывающий пещерные представления российской элиты о геополитике. Эта "элита" застряла в 19 веке, когда мир делился на сферы влияния. Сегодняшний глобализованный мир выглядит иначе. Не "прирастанием территорий славна держава", а развитием технологий, местом в мировой экономике, уровнем жизни. Такими вещами, которые к архаичным моделям, культивируемым в Москве, отношения не имеют.
В создании эклектического мифа о "русском мире" на вооружение берется все, что угодно, от язычества до православия, от монархии до коммунизма, и все это обильно приправлено карго-культом победы. Так готовится невообразимый идеологический салат, корм для низменных инстинктов российского обывателя, для его чувства превосходства над другими народами, для его стремления захватить чужое жизненное пространство, вместо того, чтобы осваивать свое собственное. Россия – это огромная территория, абсолютно не устроенная, технологически ничтожная, не производящая ничего интересного миру, кроме нефти и оружия. Была великая русская культура – но и она деградировала.
- Насколько опасен этот миф о "русском мире"?
- Это бомба, заложенная под мировую цивилизацию, Я об этом говорил еще 15 лет назад. Возможно, что сейчас цивилизация беременна третьей мировой войной – настоящей, полномасштабной, с использованием атомного оружия. Из-за позиции России в международных конфликтах, из-за ее противостояния цивилизации Запада. И если с исламским фундаментализмом все более-менее понятно, там очевидна цивилизационная разница с Западом, то с Россией эта разница часто не прочитывается, но она на самом деле огромная, и еще непонятно, где больше.
В чем разница между украинским и российским обществом?
- Люди, приезжающие в Киев из Москвы, говорят, что у нас дышать легче. Россия - страна победившего Кафки. У нас же общество выбрало правильный вектор развития, просто движется в этом направлении медленно, с огромным количеством ошибок, и тормозят его системная коррупция, провинциальное невежество, безразличие, отсутствие государственной традиции, отсутствие элиты.
"Элита" наша, которую я бы писал с буквы "Ы", сформировалась в 90-е годы, во времена наибольшего цинизма и морального нигилизма. В массе своей это поколение лишено непрагматических мотиваций и этической структуры. Наверное, с этим можно как-то бороться, но у меня другие планы: я хочу делать свое дело и успеть то, что должен успеть в своей жизни.
Источник: Обозреватель
