» » Пострадавшие под Радой бойцы Нацгвардии: "Мы хотели бы посмотреть в глаза тому, кто бросил гранату"
3-09-2015, 09:58

Пострадавшие под Радой бойцы Нацгвардии: "Мы хотели бы посмотреть в глаза тому, кто бросил гранату"

823

После столкновений под Верховной Радой в понедельник, 31 августа, в больницах Киева оказалось более 100 правоохранителей. УНИАН навестил бойцов Нацгвардии в одном из госпиталей.


- Вы не знаете, где здесь, в больнице, второе отделение? - спрашивает молодой паренек в форме с нашивками «Национальная гвардия Украины» (НГУ) у санитарок на улице.Герои этого материала, бойцы Нацгвардии, попросили не публиковать их фото (в том числе, из соображений – «чтоб мама не узнала»). УНИАН выполняет свое обещание и удовлетворяет их просьбу, за что мы приносим извинения своим читателям.

- Вон, видите, за этим зданием еще одно – розовое. Вам туда.

В этом отделении, в здании, скорее, коричневом, чем розовом, проходят лечение более 30 правоохранителей, пострадавших во время столкновений с митингующими под Верховной Радой 31 августа. Александр – солдат-срочник, пришел по увольнительной проведать своего полковника. В пакете с гостинцами - упаковки лекарств - «в части насобирали». «Мог и сам быть на их месте», - кивает на группку парней, толпящихся возле окна, и направляется в нужную ему палату.

Ранен / УНИАН

Пять человек, молодые, 19-20-летние – кто с плотно забинтованной ногой, кто с небольшими перевязками, кто в инвалидной коляске, а кто на костылях – вышли на перекур.

- Хлопці, ви ж майже всі ходячі, - возмущается санитарка. – Ідіть на вулицю курить!

- Мы бы с радостью, но по ступенькам не сильно находишься с костылями и босиком, - смеются они ей в ответ. Бойцам и правда нужны банальные тапочки, поскольку в «берцы» распухшие и перевязанные ноги не особо-то втиснешь. Что касается других вещей первой необходимости, то носки, футболки и белье волонтеры привезли парням еще вчера. «Привезли бритвенные приборы, зубные щетки и пасту, салфетки, мыло, белье, а тапочек – нет. Ходим пока в носках. Босиком тоже хорошо», - рассказывают молодые правоохранители.

пострадавшие / УНИАН

- От зараз Кличко приїде, шоб порядок був, - грозится им строгая медсестра.

В госпитале, действительно, ожидают визита высоких гостей – мэра Киева, министра здравоохранения, президента. Коридоры и каталки вымыты, пыль и пепел с подоконников вытерты, пациенты с чистыми повязками после перевязок, даже куда-то выветрился стандартный больничный запах лекарств.

Больница / УНИАН

- А що нам мер Києва, якщо я з Херсонської області? – рассуждает один из бойцов.

Богдан (позывной «Бабай») – земляк первого погибшего 31 августа Игоря Дебрина. «Он хороший парень был, наши мамы знакомы. Он на два дня раньше меня в часть попал. Он – 8 апреля, а я – 10-го, - рассказывает боец Нацгвардии. – Только вы меня не фотографируйте и фамилию не называйте. Я отцу сразу сказал, что я и где я, а маме не признавался, сказал, что в части».

Фото УНИАН

31 августа во время взрыва гранаты под зданием парламента, Богдан стоял на позиции – ступеньках Верховной Рады правее центрального входа, в первой шеренге бойцов. «Когда рвануло, я только успел щитом прикрыть лицо, - рассказывает он. – Потом все как в тумане. Смотрю: щит у меня внизу пробило - дырка. Смотрю: рядом кого-то «повело», наклоняюсь – меня тоже «повело», нога занемела, шага сделать не могу». Как и кто оказывал бойцу первую помощь, как доехали до госпиталя, парень не помнит.

Медсестры рассказывают, что больше всего солдаты переживали о своей экипировке: «Вчера везем одного, а он за дубинку держится, не отпускает. Мы ему говорим, отдай, тебя сейчас зашивать будут. А он: «Нет, еще потеряете. С меня потом спросят».

Действительно, учитывая, что солдат-срочник получает 150 гривен гособеспечения в месяц, то потеря рации, дубинки, шлема, или какой-то детали формы – существенная проблема для каждого бойца. «У меня вон штаны, залитые кровью, в пакете лежат, - волнуется один из раненых. – Не знаю, отстираются ли».

@SHuijboom

Наш разговор прерывает санитарка: «Ты на УЗИ был? – Нет. – Тогда ноги в руки и быстро на процедуру». Всех пострадавших обследуют на УЗИ, дабы исключить возможности внутренних кровотечений. «Сразу после поступления в больницу нас только зашивали, - рассказывают ребята. – Ну, некоторым еще обезболивающие всю ночь кололи. Мы не тяжелые, поэтому нас прооперируют позже».

По некоторым данным, после взрыва под Верховной Радой, по состоянию на 22-00 в госпиталь на Лабораторном переулке привезли больше трех десятков человек, в большинстве своем, ребят-срочников. Троих очень тяжелых сразу же прооперировали и сейчас они находятся в реанимации. Условная «очередь» на операции из-за огромного количества раненых, растянулась почти на сутки.

«У нас все есть, не беспокойтесь, - заверяют ребята. – Сегодня завтракали, нормальная такая овсянка, даже похожая на овсянку».

«Здесь с питанием нормально, - рассказывает волонтер Международного благотворительного фонда «Кожен Може» Аля. – Вы лучше напишите, что ребятам, которых отвезли в Киевский городской клинический госпиталь инвалидов ВОВ в Пуще-водице, домашняя горячая еда была бы очень кстати. Может быть, кто-то живет рядом, и мог бы с этим помочь».

По словам Али, сюда (в Киевскую городскую клиническую больницу №17) нужнее некоторые лекарства и медикаменты. Особенно, для помощи тяжело раненным. «Список мы постоянно обновляем. Его можно посмотреть на нашей странице в социальной сети «Кожен Може/Everybody Can», - говорит девушка-волонтер. - Или звонить координатору по медицине Елене (+380 (68) 872 68 68)».

Богдан возвращается с УЗИ, палате приносят рентгеновские снимки их поврежденных конечностей. В большинстве своем, у всех ранения ног разной степени тяжести.

- Вы хоть расскажите, что на этом снимке? – просит Богдан доктора.

- Ну, что? Вот пулька в бедре у тебя застряла. Достанем. А тут – осколок кости, видимо, перелом небольшой.

- Но я хоть буду нормально ходить? – волнуется боец.

- И ходить будешь, и бегать, и плавать, - обещает врач.

Похожие ранения с осколками в ногах и у еще одного бойца Нацгвардии – Евгения. А вот у его соседа по палате, сотрудника Государственной службы охраны при МВД Украины (ГСО) Андрея – перелом. «Я стоял сначала в первой линии, потом мы поменялись, был взрыв, и у меня нога занемела. А потом смотрю – кровь из нее брызжет такими фонтанчиками… Сейчас нога чешется очень», - рассказывает он.

Фото УНИАН

«А у меня только контузия. Я в самом первом ряду, почти перед митингующими стоял, получилось, далеко от взрыва. Думаю, что выпишут скоро и поеду в часть», - рассказывает еще один боец Нацгвардии, солдат-призывник из Донецкой области Сергей (позывной «Гоголь»).

Парень все ждет звонка от мамы. Как и большинство своих товарищей, он ей не признался, что оказался в госпитале: «Мама звонила, когда мы еще в больницу только ехали. Я ей сказал, что все нормально, еду в часть».

В целом, все истории пострадавших под Верховной Радой так или иначе похожи. Стоял в шеренге, толкались, закрывались щитами, держали строй, потом рвануло, дезориентация, кровь, кого-то погрузили в «скорую», кого-то донесли/довели до автобусов Нацгвардии, которые стояли ближе к смотровой площадке на площади Конституции и с обратной стороны Мариинского дворца, долго везли в госпиталь – столичные автомобилисты не очень-то привыкли уступать кому-либо дорогу.

Позже выясняется, что этот пропавший Дима – Дмитрий Сластиков, о смерти которого сообщил министр МВД Арсен Аваков.«Рядом со мной был (стоял в строю) еще один парень – Дима. Нас сюда привезли, а он пропал куда-то. Может, поможете его разыскать?», - интересуется Богдан.

«Богдан Дацюк тоже наш, - рассказывают ребята. – Хорошо, что ошиблись насчет него. Хорошо, что живой».

Парни живо интересуются новостями «из большого мира» и обсуждают новости. В палатах нет телевизоров или радиоточек. Разве что кому-то из гражданских пациентов привезут планшет/ноутбук с интернетом. «Говорят, задержали того, кто бросил гранату?», - спрашивают солдаты.

«Я бы хотел посмотреть в глаза тому, кто бросил гранату», - говорит Богдан.Пока мы беседуем, высокие гости, визита которых ожидали в госпитале, прибыли и направились в разные отделения больницы – навещать пострадавших. Но бойцов Нацгвардии мало беспокоят политики: придут к ним – хорошо, не придут – тоже нормально. Обсуждаем количество задержанных (по данным советника министра внутренних дел Зоряна Шкиряка – их 31 человек, среди которых и тот, кто бросил гранату), меру наказания, которая грозит подозреваемым в совершении преступлений под зданием парламента.

«Мы все хотели бы посмотреть ему в глаза и спросить: «Зачем?», - добавляет Сергей.

УНИАН


Если вы заметили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Читайте срочные новости в Telegram