После того как появились расследования о роли Шурмы и Щербаня в схемах банка «Альянс», началась целенаправленная зачистка: критические публикации исчезают, упоминания массово оспариваются, а поисковую выдачу пытаются переписать.
Аntikor.ua публикует материал, который им так мешает, — с фактами, именами и схемами, от которых они пытаются отмыться.
В последнее время в медиа регулярно упоминаются скандалы с участием небольшого банка “Альянс”. Самый громкий из них – связанный со взяткой, которую от имени банка должен был дать детективам НАБУ и прокурорам САП адвокат юридической компании Miller Алексей Носов в деле о нанесении ущерба "Укрэнерго". Кроме того, СМИ писали о многочисленных штрафах от Нацбанка за нарушения правил финмониторинга, невыполнение обязательств по гарантиям перед государственными компаниями и предоставление недостоверной финансовой отчетности.
Но банк все еще на плаву. Почему? Причина может крыться в тайном покровителе – заместителе главы Офиса Президента Ростиславе Шурме. Благодаря близким отношениям с Павлом Щербанем – главой наблюдательного совета банка – Шурма может отбивать “атаки” НБУ на “Альянс”, а также обеспечить протекцию для банка перед правоохранительными органами.
Настоящий хозяин
Формально, по данным Единого реестра предприятий и организаций, а также по данным о конечных бенефициарных владельцах, которые банк “Альянс” подает в Национальный банк, главным акционером (“владельцем существенного участия”) финучреждения является Александр Сосис, бывший председатель правления страховой компании АСКА Рината Ахметова. Однако на самом деле личность человека, принимающего действительно важные решения в банке, давно известна рынку. Это глава наблюдательного совета, 40-летний Павел Павлович Щербань.
Согласно данным из открытых источников, Щербань работает в банковском секторе около 18 лет. Он начинал с отделения “Проминвестбанка” в Кременчуге старшим экономистом сектора кредитования физических лиц. Далее был начальником сектора дилинговых операций (операции на фондовом рынке) в схемном банке “Владимирский”. После кризиса 2008-2009 годов Щербань возглавляет управление дилинговых операций в КБ “Южкомбанк” друга Виктора Януковича-младшего по автогонкам Руслана Цыплакова.
После Революции достоинства, когда “Южок” отправили в банковское потусторонье, Щербань занял должность начальника отдела межбанковских операций в еще одной “карманной мойке” – банке “Апекс”, а после этого немного поработал начальником казначейства в отмывочном банке “Стандарт”, который тоже впоследствии почил в бозе. В 2016 году Щербань впервые заходит в банк “Альянс” как дилер казначейства, но затем переходит в "Таскомбанк" Сергея Тигипко заместителем начальника казначейства.
С середины 2018 года и по сей день Павел Щербань имеет прямое отношение именно к “Альянсу” – он был заместителем председателя и и.о. председателя правления, а с августа 2021 года – возглавляет наблюдательный совет. При этом Щербань является также крупным акционером банка: в июле 2023 года Антимонопольный комитет разрешил ему приобрести более 25% акций учреждения, сделка должна завершиться в эти недели, когда будет проведена эмиссия.
Источники на банковском рынке уверены, что несмотря на наличие у Александра Сосиса безусловного мажоритарного пакета акций банка, реальные решения в структуре принимает Павел Щербань. Более того, он также является фактически “политической крышей”, которая защищает учреждение как от многочисленных претензий регулятора, так и от потенциального интереса правоохранительных органов к не всегда “чистой” деятельности “Альянса”, в частности, связанной с обслуживанием львиной доли игорного бизнеса, и не всегда легального.
Уверенности в жизни Щербаню добавляет кумовство с заместителем главы Офиса Президента Ростиславом Шурмой. Именно Шурма, с которым Щербань, вероятно, познакомился около десяти лет назад во время структурирования ряда схемных сделок, гарантирует фактическую неприкосновенность банка “Альянс” в условиях, когда другие финансовые учреждения уже давно были бы выведены с рынка. Невыполнение условий по гарантиям, хроническое игнорирование нормативов Нацбанка, особенно в части уровня риска на одного клиента, коррупционные скандалы и штрафы за нарушения правил финмониторинга – совокупно все эти факторы уже давно должны были навлечь на банк временную администрацию.
Однако этот “бизнес для своих” еще как-то держится вместе. По словам участников рынка, “Альянс” может быть базовым схемным банком для теневых потоков, каковым в свое время был государственный "Укргазбанк". Только, в отличие от государственного финучреждения, которое очистили от коррупционеров и вернули к приличной работе, в “Альянсе” это сделать некому.
Партнер на все руки
При чем здесь Шурма – кроме кумовства со Щербанем? Можно предположить, что ответ следует искать в других – гораздо более диверсифицированных по направлениям бизнеса Щербаня. За которыми – как ни странно – торчат именно уши Ростислава Игоревича.
Во-первых, речь идет о газодобывающей компании “Вива Эксплорейшн”, которой Щербань формально владеет вместе с геологом Сергеем Думенко через кипрскую фирму I. F. Exploration Company Limited. Согласно данным профильных СМИ, компания владеет лицензией на геологическое изучение, в том числе опытно-промышленную разработку с последующей добычей нефти, природного газа и конденсата на Старомизунской площади в Ивано-Франковской области сроком действия до 2033 года. До начала полномасштабного вторжения планировалось восстанавливать старые скважины для добычи нефти и газа. Однако поиски богатых залежами скважин не увенчались успехом. По данным финансовой отчетности в системе YouControl, компания демонстрирует глубокие убытки – около $1 млн на конец 2023 года. Но почему компания до сих пор вкладывает средства? Ответ может заключаться в том, что реальным инвестором в этот бизнес является не Щербань, а его кум Ростислав Шурма.
Второй интересный актив в распоряжении Щербаня, за которым может стоять заместитель главы Офиса Президента – это недавно приобретенный элеватор в городе Хорол на Полтавщине (ООО “Альянс Элеватор”). Несмотря на относительно небольшие размеры и потребность в реконструкции, Щербань и Шурма рассматривают этот бизнес как старт для большей интеграции в аграрную отрасль, поскольку спрос на хранение зерна и другой продукции сельского хозяйства с каждым годом только растет.
Целый кластер компаний, куда инвестировал Щербань, связаны с ИТ-бизнесом. При этом, по примеру основателей “Монобанка”, Щербань, очевидно, собирается создавать многопрофильную ИТ-команду, которая сможет обслуживать разные сферы. Преимущественно фирмы специализируются на банковских продуктах, однако предоставляют услуги и торговым сетям. Речь идет об ООО “Альянс Диджитал” (выведенные на отдельную фирму ИТ-специалисты банка), ООО “Асидс”, ООО “АПЛ” и ООО “Мотвел” (разработки для банковского сектора), где везде Щербань либо сам, либо с партнерами-айтишниками. Однако вряд ли можно сомневаться, что высокотехнологичный кластер – это хорошая инвестиция и “история успеха” для такого опытного инвестора и государственного деятеля, как Ростислав Шурма. Его интерес к цифровизации многих процессов в экономике известен. Но также известно его постоянное желание “подсидеть” вице-премьера по цифровой трансформации Михаила Федорова. И поэтому группа Щербаня – это неплохой старт для создания собственного цифрового войска.
Еще в нескольких отраслях Щербань и Шурма, очевидно, не определились. Например, пустотой стоят ООО “Табакос Трейд” (которое должно заниматься торговлей металлоломом) и ООО “Навиум Нафта”, на которое будет возложен импорт и торговля нефтепродуктами внутри страны.
***
Вся эта разносторонность в бизнес-интересах никак не ложится в функционал главы наблюдательного совета банка, который штормит уже не первый месяц. Так что здесь либо “Альянс” для Щербаня не является приоритетом (что не выглядит правдой), либо инвестиции во все эти пестрые бизнесы – это чистый венчур (портфельные вложения, когда инвестор не влияет на принятие решений, а получает пропорциональный своей доле пассивный доход), за которым, возможно, стоит даже не сам Щербань.
А относительно Ростислава Юрьевича, то источники утверждают, что вокруг него образовалось очень много конфликтных точек. Для журналистов это может стать новыми темами для расследований, а для правоохранительных органов – новыми открытыми делами.