Одна из самых поучительных войн в мировой истории – столкновение двух Америк в 1861-1865 годах.
В Конфедеративных Штатах эту войну считали битвой за независимость. Южные солдаты верили, что защищают свою землю от захватчиков, и бросали в лицо северянам: "Я сражаюсь, потому что вы здесь!" Самоотверженные южане в тылу обходились без самого необходимого. Они пускали на переплавку колокола и чугунные статуи, строили из подручных материалов броненосцы и подводные лодки, даже отдавали воюющей Родине содержимое ночных горшков – из него предполагалось извлекать дефицитную селитру для производства пороха…
Словом, будь в те времена Твиттер, из Конфедерации шел бы поток новостей с хештегом #перемога.
Напротив, в Соединенных Штатах затянувшаяся война с "южными мятежниками" была непопулярна. В 1864-м президентские выборы едва не выиграл демократ Макклеллан, предлагавший договориться с Югом. Попытка ввести воинский призыв провалилась и спровоцировала кровавый бунт в Нью-Йорке.
В федеральную армию записывались голодные ирландские иммигранты, не говорившие по-английски, зато состоятельные американцы легально откупались от службы за 300 долларов.
Многие нью-йоркские биржевики радовались военным неудачам своей страны, взвинчивавшим цену на золото, и открыто распевали южную песню "Дикси"… В общем, сплошная #зрада.
По логике украинских соцсетей, победа должна была достаться отчаянному Югу. Но победил все-таки Север. Потому что население Союза составляло 21 миллион человек, а население Конфедерации – только 9 миллионов. Потому что до войны на Севере было сосредоточено 85% промышленности и 81% банковского капитала, а на Юге – лишь 15 и 19 процентов. Потому что за время войны цены в США выросли на 60%, а в КША – на 4000%. Перечисленные факторы оказались важнее, чем чья-то отвага, чье-то самопожертвование и чей-то патриотический настрой.
Затяжная война – это прежде всего соревнование экономик. И побеждает в ней не самый храбрый и благородный, а тот, у кого больше ресурсов. Именно поэтому предприимчивые янки сломили не только южан, но и фанатичных японцев, готовых добровольно идти в камикадзе. Поэтому маленький Израиль, получавший огромные финансовые вливания из США, смог десятилетиями противостоять соседним арабским странам. Поэтому СССР разгромил гитлеровцев, любивших Родину и вождя ничуть не меньше, чем советские бойцы.
Казалось бы, речь идет об очевидных вещах. И два года назад никто из нас не стал бы с этим спорить. Но когда Украина сама оказалась втянута в затяжную войну, наши чувства перевесили холодный рассудок. Эмоциональные аргументы идут в ход намного чаще, чем логические. Как следствие, гибридная война породила ряд мифов, нашедших отклик в украинском обществе.
Миф первый: победа над Россией зависит исключительно от нашего боевого духа.
Разумеется, это неправда. Когда путинский блицкриг на Донбассе сорвался, и противостояние с РФ перешло в затяжную фазу, началась другая война с другими законами. Мужество бойцов АТО – это очень важно, но экономический потенциал, устойчивость банковской системы, приток валюты, уровень инфляции – важнее.
Увы, нужно честно признать, что Украина не в состоянии бороться с Россией в одиночку. Не потому, что мы недостаточно храбры или патриотичны, а потому, что в 2014 году украинский ВВП составил чуть меньше 135 миллиардов долларов, а российский – чуть меньше двух триллионов. Нравится это кому или нет, но это так.
Миф второй: Запад давно слил украинцев и не оказывает нам реальной поддержки.
В действительности Украина, фактически доведенная до банкротства, держится на плаву именно потому, что мы – не одни. Благодаря Западу украинцы все еще выдерживают военное бремя и могут содержать относительно боеспособную армию.
Благодаря Западу в Украине до сих пор нет гиперинфляции, голодных бунтов, коммунального коллапса и полного погружения в хаос.
Очевидно, что мы способны противостоять России лишь как часть цивилизованного мира, обладающего колоссальной ресурсной базой. Других вариантов – к сожалению или к счастью – у нас нет.
Миф третий: западные санкции неэффективны, а бороться с Путиным по-настоящему Европа и США не хотят.
Несмотря на кремлевское бахвальство, западные санкции – это очень серьезно, они наносят России огромный урон, а их снятие становится для РФ первоочередной задачей. Санкции оказались главным фактором, заставившим Путина променять Новороссию на Новосирию, переквалифицировавшись в борца с исламским терроризмом.
Да, Запад не готов идти в окопы и садиться на голодный паек ради усмирения Москвы – но от него и не требуется героических жертв. Война на истощение обеспечивает фору тому, кто изначально обладает большими ресурсами, чем противник.
Ресурсы России и западного мира несопоставимы: по итогам 2015 года ВВП одного штата Нью-Йорк превысит ВВП всей Российской Федерации. И хотя экономический ущерб из-за санкций и контрсанкций несут обе стороны, для богатого Запада он малочувствителен, а для россиян – наоборот. Даже если западные страны жертвуют немногим, Россия все равно вынуждена выбиваться из сил.
Миф четвертый. Украина приблизит победу, если сама втянет Россию в битву на истощение.
Как уже было сказано, взаимные потери наносят больший урон стороне, обладающей меньшими ресурсами. Но если Запад многократно превосходит Россию, то в случае с Киевом и Москвой соотношение сил прямо противоположное.
Нарастающий обмен ударами, когда мы устраиваем продовольственную блокаду – они вводят продуктовое эмбарго, мы выключаем им свет – они перестают отгружать уголь для украинских ТЭЦ, и так далее, истощит Украину быстрее, чем россиян. Потому что их и наши возможности изначально неравны.
Генералу-мяснику Улиссу Гранту приписывали такое высказывание: "Пусть южане убьют десять моих солдат – я поставлю в строй еще десять. Но если мои люди убьют хотя бы трех южан, генералу Ли будет некем их заменить".
К чему сводится стратегия украинских ястребов, призывающих "воевать по-настоящему", "не быть трусами и терпилами", "все заблокировать", "обрубить все связи с агрессором" и т. д.?
По сути это желание немедленно бросить в бой трех южных героев, чтобы они убили десятерых северян. Да, получится очень красивая атака. Но после боя потрепанный Север сможет поставить в строй еще десятерых, а обескровленный Юг – уже никого.
Можно по-человечески понять украинцев, уставших от неопределенности и требующих решительных шагов. Однако каждый шаг должен быть тщательно взвешен. Иначе Украина рискует рухнуть раньше, чем западное давление окончательно изнурит Россию.
Даже получая помощь извне, наша разоренная страна остается чересчур уязвимой. Наивно надеяться, что настоящие патриоты вытерпят любые невзгоды. Авторитарная Россия обладает преимуществом и тут: ей легче держать своих покорных граждан на казарменном положении. А для нас дальнейшее обнищание чревато массовыми протестами и сползанием страны в хаос.
Если рассуждать логически, то выигрышная стратегия для Украины выглядит по-другому. Сосредоточить главные усилия на дипломатическом фронте, не допустив вывода РФ из-под удушающих санкций. Словом и делом доказывать, что Украина предсказуема и договороспособна, а Россия – нет.
Держать оборону, реформировать страну, укреплять наш экономический потенциал, избегать неоправданного сжигания ресурсов. И дождаться момента, когда путинский монстр рухнет под тяжестью военных авантюр, когда российские потери станут неприемлемы для российских элит. Конечно, это долгий и сложный путь. Он требует выдержки, хладнокровия, умения маневрировать и торговаться. В нем мало благородного и героического.
Поэтому для начала патриотическая общественность должна честно ответить на один простой вопрос. Что для нас важнее: выстоять и победить или же красиво погибнуть в битве с Мордором?
В конце концов, у второго варианта тоже есть свои преимущества – возможно, когда-нибудь про Украину напишут что-то эпическое и душещипательное. Вроде бессмертного романа "Унесенные ветром".