Имя для границы
Нечто надежное и дорогостоящее – именно так украинцы должны представлять себе новую демаркационную инженерную постройку.
«Говоря о стене, не нужно представлять себе бетонную стену, которая будет между Украиной и Россией. Это будет другая стена», - говорит министр Кабинета министров Остап Семерак. Видимо подобным расплывчатым описанием нам и придется довольствоваться, поскольку планы у Кабмина меняются по ходу строительства «Стены». И после начала проекта, власть больше спорит не о ее целесообразности и перспективах, а о статусе и названии.
«Кому не нравится «Стена», может называть этот проект «Европейский Вал». Это обустройство восточной границы Европейского союза», - успокаивает премьер-министр Арсений Яценюк.
Говоря о целях проекта, Кабмин озвучивает абстрактные понятия. Яценюк рассчитывает, что «Стена» убережет Украину от нелегальной миграции, диверсионных групп, контрабанды, перемещения оружия. Однако у любых планов должно быть статистическое обоснование, которое в правительстве не собираются демонстрировать. Там до сих пор не называют и окончательную смету проекта. Речь идет то о 100 млн. грн., то о 66 млн. евро. Но для «Стены», которая по факту таковой не является, любая сумма сейчас выглядит фантастической тратой госсредств.
Средство от беспокойства
Известный педиатр, а в последнее время еще и общественный деятель Евгений Комаровский сравнил инженерные планы власти с лекарством, которое хорошо продается, но ничего не лечит – «фуфломицином». «Это политический фуфломицин, который может обогатить яморазработчиков, но ни одной настоящей проблемы решить не может! – пишет врач на своей страничке в ФБ. - Это имитация активности, это отвлечение (сил, средств, внимания) от действительно реальных и главное решаемых проблем. У нас безвизовый режим со странами, где постоянно обнаруживается дикий вирус полиомиелита, а в поликлиниках острый дефицит вакцин. Так может быть ямокопатели подождут?»
В поликлиниках сейчас проблемы с вакцинами – календарь прививок сорван. Хотя за 100 млн. грн., предложенных на строительство «Стены», можно закупить 20 млн. доз вакцин для профилактики туберкулеза или 22 млн. доз оральной вакцины от полиомиелита. За эти средства можно было бы закупить и 250 тыс. упаковок кровоостанавливающих препаратов, и спасти военнослужащих, больше половины которых погибают из-за кровопотери.
Однако тратить средства на такие проекты никто не собирается. И сейчас на строительство пойдут выделенные из ЕС 6 млн. евро. Вот только не ясно, на какой срок хватит этих денег? Ведь и дата окончания строительства окутана тайной. Премьер говорит о том, что его можно завершить за три года, хотя раньше речь шла о 56 месяцах. Вторая дата выглядит более реальной, ведь первый этап строительства, который собирались закончить в конце сентября, еще не окончен. Его результатов пока что хватило только для того, чтобы премьер смог сфотографироваться на фоне рабицы и колючей проволоки, и дать повод для ухудшения и без того сложных отношений с Россией.
Вперед в прошлое
Украинскую стену уже называют малобюджетной «линией Маннергейма». В пользу этого названия может служить пример немалого количества стран, где уже существуют приграничные стены: Израиль и Палестина, США и Мексика, Индия и Пакистан. Как показал конфликта Израиля и Палестины, артиллерийским и авиационным обстрелам она не мешает. В случае с двумя странами в Северной Америке, стена не слишком влияет на снижение нелегального миграционного потока. Индо-пакисанская граница до сих пор не закреплена юридически.
В пользу строительства инженерных сооружений не говорит и опыт времен Второй Мировой Войны, когда армейская техника прорывала оборону за считанные часы. Успешными можно считать только результаты работы древних строителей – римлян и китайцев. Но едва ли современному государству сейчас стоит тратить десятки и сотни миллионов на то, чтобы возвести памятник архитектуры.