Есть лидеры, которые могут взять любой акт терроризма и сделать так, что эта трагедия принесет им политическую выгоду. Как правило, это лидеры с ярко выраженными чертами сильных мужчин, такие как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Ergodan), который укрепляет свои позиции во власти независимо от того, как часто в турецких городах происходят теракты, и президент России Владимир Путин, чья популярность резко выросла после терактов в Москве в 1999 году, когда он пообещал расправиться с террористами.
Канцлер Германии Ангела Меркель не относится к этой категории лидеров. Как показал теракт в Берлине, произошедший в понедельник, 19 декабря, подобные трагедии демонстрируют ее самые слабые места. Пока полиция осматривала грузовик, врезавшийся в толпу на многолюдной рождественской ярмарке, в результате чего 12 человек погибли и десятки были ранены, ее противники уже начали возлагать вину на канцлера, осуждая ее решение открыть границу перед беженцами, «импортировавшими» терроризм в Германию. И Меркель не смогла убедительно ответить на эти обвинения, особенно после того, как полиция выяснила, что подозреваемый является мигрантом из Туниса, а ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная на территории РФ — прим. ред.) заявила, что этот теракт совершил ее «солдат».
Период траура и национальной сплоченности, который обычно следует за подобными трагедиями, в Берлине не продлился даже до утра вторника, 20 декабря. Маркус Претцель (Marcus Pretzell), член парламента от ультраправой партии «Альтернатива для Германии», опубликовал в твиттере сообщение в тот момент, когда жертв теракта еще продолжали развозить по больницам и моргам: «В этих смертях виновна Меркель!» Лидер берлинского отделения этой партии Георг Пацдерски (Georg Pazderski), по крайней мере, дождался следующего дня. «Произошедшее стало результатом хаотичной миграционной политики г-жи Меркель, — сказал он во вторник, 20 декабря, в интервью TIME. — Она должна за это ответить».
Хотя эти высказывания являются преждевременными и бездушными даже по меркам немецкой политики, они выглядят довольно культурными по сравнению с тем негодованием, которое немецкие граждане выплескивают в сети. У них есть все основания не чувствовать себя в безопасности, особенно после того как выяснилось, что беженец из Пакистана, которого берлинская полиция задержала, не совершал этот теракт и что водитель грузовика до сих пор находится на свободе. Поэтому идея о том, что Меркель как минимум отчасти виновна в произошедшем, не показалась им обычной политической инсинуацией.
Именно Меркель приняла решение открыть границу перед сотнями тысяч беженцев и мигрантов, прибывших в Германию в прошлом году в попытке спастись от жестоких конфликтов в Сирии, Ираке и Афганистане. У многих из них не было даже паспортов, чтобы полиция могла узнать их настоящие имена и определить, из какой страны они прибыли.
Некоторые из мигрантов приехали в Германию с террористическими намерениями или же быстро попали под влияние радикальных элементов, как это произошло с пакистанским подростком, который в середине июля ранил пять человек ножом и топором в Вюрцбурге, или 27-летним сирийцем, который неделей позже заложил бомбу у бара в Ансбахе, в результате чего было ранено более десяти человек. Оба эти террориста воспользовались открытыми границами Германии, чтобы проникнуть в страну. И после прибытия в Германию они оба поклялись в верности ИГИЛ.
Поэтому неудивительно, что Меркель было страшно подумать о том, что человек, совершивший теракт в понедельник, был беженцем. «Я знаю, что всем нам будет особенно тяжело вынести это, если выяснится, что это совершил человек, попросивший нас об убежище», — сказала Меркель на следующий день после теракта.
Возможно, еще тяжелее придется ее консервативным союзникам. В течение нескольких месяцев они уговаривали Меркель отвлечься от тяжелого положения беженцев и вместо этого обратить пристальное внимание на страхи ее избирателей в связи с массовой миграцией. Такая смена приоритетов стала ключом к политическому выживанию Меркель после двух июльских терактов. Только в августе ее рейтинг популярности упал на 12 процентных пункта, тогда как рейтинг «Альтернативы для Германии» продолжал расти, и эта партия выигрывала места на выборах в местные органы управления.
В конечном итоге Меркель все же прислушалась к своим союзникам и предложила своей консервативной партии, Христианско-демократическому союзу, те тезисы, которые они хотели от нее услышать. Когда ранее в декабре Меркель согласилась баллотироваться на новый срок, она пообещала членам партии, что она больше никогда не допустит нового притока беженцев в страну. Она также воспользовалась антиисламистскими тезисами своих соперников из «Альтернативы для Германии», пообещав ввести закон, запрещающий мусульманским женщинам полностью закрывать лицо в общественных местах.
Однако подобные запоздалые попытки угодить шовинистам внутри ее собственной коалиции не помогут ей заручиться мощной поддержкой. «Это похоже на несвежее пиво на дне стакана, — сказал Константин фон Нотц (Konstantin von Notz), член парламента от партии зеленых, после съезда партии Меркель 6 дкабря. — Ей нужна хорошая история о том, почему она решила баллотироваться на четвертый срок. А эту историю нельзя назвать хорошей. Она старая. И неубедительная».
Более того, она пытается изложить консервативную программу так же убедительно, как это делают правые новички, которые ее опережают. «Альтернатива для Германии» обошла партию Меркель в ее родном округе на местных выборах в сентябре и, согласно опросам, пользуется поддержкой 15% жителей страны, что позволит ей впервые попасть в состав национального парламента в результате выборов, которые пройдут в следующем году. Поскольку эта партия была основана только в 2013 году, она получила поддержку со стороны множества бывших сторонников более традиционных партий — особенно христианских демократов Меркель, которые в вопросах безопасности довольно слабо себя показывали с начала 1990-х годов.
После окончания холодной войны и падения Берлинской стены, по словам Норберта Реттгена (Norbert Roettgen), высокопоставленного представителя партии Меркель и председателя парламентского комитета по международным делам, «мы думали: внешняя политика? Политика безопасности? Оборона? Все это нам не нужно, потому что нас окружают друзья». По его словам, несколько лет назад Германия была, наконец, вынуждена расстаться с этими иллюзиями в вопросах безопасности. «Теперь на нас посыпались проблемы. И нам приходится их решать».
В течение тех месяцев, которые будут предшествовать надвигающимся выборам, шансы Меркель на победу будут зависеть от ее способности наладить контакт с избирателями, которые чувствуют, что со всех сторон на них надвигаются различные угрозы — в первую очередь угроза со стороны мигрантов. Новые теракты, подобные тому, который произошел на рождественской ярмарке в Берлине, только усилят это ощущение угрозы, которое уже охватило всех. Как показали результаты исследования, проведенного центром Pew и опубликованные в июле, 61% респондентов в Германии уверены, что прибытие беженцев повышает вероятность терактов. «Люди задают вопросы, касающиеся их безопасности, — сказал Пацдерски, глава берлинского отделения „Альтернативы для Германии“. — Мы дадим им эти ответы, и для нас, как для молодой партии, это обернется огромным преимуществом».
inosmi.ru