Пожалуй, не найдется на просторах бывшего СССР человека, который бы хоть раз не слышал песню «Мурка», считавшуюся чуть ли не гимном в криминальных кругах. Но сюжет этих строчек – на самом деле зашифрованный рассказ о секретном задании ЧК. Маруся Климова, по прозвищу Мурка, была реальным персонажем – агентом МУРа, находившимся под прикрытием.
Об этом пишет interesno.
На протяжении нескольких десятилетий считалось, что «Мурка» — песня народная. Однако, судя по одесским архивам, автором песни был поэт Яков Ядов, а композитором – Оскар Строк. Когда же в «Мурка» приобрела небывалую популярность в криминальном мире, авторы предпочли забыть о своем шедевре, опасаясь репрессий. В 1921-1923 гг. в Одессе каждый знал историю Мурки, но далеко не все был в курсе, что она агент МУРа.
В одесских архивах сохранились тексты песни. Фраза «Прибыла в Одессу банда из Амура» имела несколько вариантов, среди которых «с Петрограда», «из Ростова» и «из-за МУРа». Последний вариант стоит рассмотреть. Строка «И за ней следила Губчека» позволяет предположить, что действие разворачивалось с 1918 по 1922 гг., т. к. Губернская чрезвычайная комиссия (ГубЧК) после 1922 года была расформирована.
Московский уголовный розыск (МУР) образовали в 1918 году. За пару лет он успел показать свою эффективность. После Октябрьской революции в городах процветал бандитизм. Для «зачистки» криминальной верхушки в Одессу была направлена опергруппа из Москвы. Легенда прорабатывалась около полугода, и основным действующим лицом в ней стала Мария Климова, которой нужно было внедриться в банду и влюбить в себя ее главаря по кличке Бриллиант.
Если обратиться к строкам «Там сидела Мурка в кожаной тужурке, и из-под полы торчал наган», то становится ясно, что автор песни знал истинное лицо героини. В то время обычные, и тем более, воровские девушки не носили облачение, типичное для представителей ЧК, и наган в придачу.
Последняя фраза «… и за это пулю получай» косвенно подразумевает кончину Мурки. Многочисленные поиски ее могилы не увенчались успехом. К тому же в архивах имеется учетная карточка на имя Климовой Марии Прокофьевны (1897 г. р.) в звании капитана. Получается, что на момент проведения операции ей было всего 25 лет, а звания появились только в середине 1930-х годов. Из этого следует, что Мурка могла выжить после дела в Одессе.