3-й штурмовая бригада подвергает стресс-тестированию наземные беспилотники (UGV), на которые Украина возлагает надежду переложить часть военной нагрузки с людей непосредственно.
UGV уже действуют на линии фронта, и 3-я ОШБр — одна из пионеров этого направления. Пока их не так много, но это может скоро измениться: весной Украина объявила о планах развернуть 15 000 наземных роботов, пишет The Economist.
Некоторые участники отрасли предсказывают, что облик поля боя стремительно изменится уже этим летом — так же, как это произошло с массовым производством БПЛА в 2023 году.
"У нас нет людей, чтобы сдержать русскую "мясную волну". Поэтому мы пошлём наших "зомби" против их зомби", — говорит один из производителей роботов. На данный момент, как сообщается, около 40 преимущественно частных украинских компаний производят около 200 моделей UGV. Их условно делят на три типа:
- логистические (топливо, вода, эвакуация),
- инженерные (установка и разминирование мин, связь),
- и в меньшей степени — боевые (гранатомётные платформы, турели для охоты на дроны).
Большинство машин усиливают перед отправкой на фронт: добавляют камеры, дополнительную связь или защиту от радиоэлектронной борьбы.
"Старк", руководитель "Академии UGV" при "Доме убийств" (так называемого "университета для наземных роботов") — говорит, что машины уже заменяют целые группы солдат в определённых ситуациях.
Что известно об использовании дронов Украиной
Грузовые дроны доставляют тонны снаряжения на позиции. Новые эвакуационные дроны, такие как Ardal, позволяют избежать риска для санитаров. Современные минные укладчики за один заход расставляют десятки противотанковых мин.
"Хижак" — дрон с ИИ, сбивающий другие дроны на расстоянии 200 метров. Его "брат" — "Лють", платформа с пулемётом 7,62 мм, впервые проявил себя в засадной операции в Курской области. Основатель компании UGV Robotics Василий говорит, что новизна использования этих машин настолько поразила россиян, что они сами выдали свои позиции, позволив другим подразделениям их уничтожить.
Изначально операторы UGV должны были находиться в радиусе не более километра от машин. "Шэдоу" и "Шура" из 92-й бригады вспоминают, как раньше приходилось сопровождать робота пешком до передовой — что сегодня, в условиях доминирования дронов, было бы равносильно самоубийству, пишет СМИ. Сейчас же они управляют машинами из штаба в Харьковской области, подключаясь к ним через Starlink.
Однако они не считают, что наступает эра боевых роботов.
"Да, они помогут с логистикой, кое-где подстрахуются. Но никогда не заменят пехоту", — заявляет Шура.
Главные препятствия к массовому развертыванию:
- Связь. Starlink не работает в лесу или сложной местности. Mesh-сети, где дроны передают данные друг другу, рушатся при потере ключевых узлов.
- Технологии. Инженер Виктор из бюро "Буревий", производящего UGV для логистики и камикадзе-атак, говорит, что нужны усовершенствования в ИИ и машинном зрении, чтобы машины стали массово применимы в активных боях. Это может занять около года.
- Кадры. "У нас почти нет операторов, которые выполнили бы достаточно миссий и остались бы в живых", — добавляет Виктор.
Украина сейчас выигрывает гонку UGV — просто потому, что обязана это делать. "Россия, которая ежемесячно пополняет армию на 8–9 тысяч человек, не испытывает столь срочной потребности. Но украинские разработчики признают: как и в случае с FPV-дронами, Россия может скопировать лучшие украинские наработки, стандартизировать их и наладить массовое производство. Несмотря на это, даже ограниченное внедрение может иметь реальный эффект", - говорится в материале.