Захват украинских военных судов в нейтральных водах Черного моря, случившийся 25 ноября, проходил под российским флагом, российскими пограничными кораблями. Украинские суда интернированы, моряки вывезены в Москву.
То есть агрессор не прятался за "повстанцами". Как реагируют наши союзники? Чего теперь ждать от США, ЕС, НАТО и прочих?
Ведущие центры принятия решений в мире выработали в последние годы специфическую тактику реагирования на всплески напряженности, которые, к сожалению, случаются с завидной регулярностью, пишет Евгений Магда в №23 Журнала Корреспондент.
Говорящие головы, представляющие лиц, принимающих решения, да и сами те лица оперативно выражают серьезную обеспокоенность, словно маркируя проблему. После чего в тех самых центрах принятия решений выслушивают аргументы сторон конфликта, анализируют информацию собственных дипломатов и разведслужб, благодаря чему проходит уточнение позиции.
Так и случилось на финише осени и с керченским кризисом: если 25 ноября Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини, к примеру, призывала обе стороны конфликта к сдержанности, то всего через три дня, 28 ноября, шеф внешней политики ЕС призвала освободить украинские корабли и моряков без каких-либо предварительных условий.
ТАЕТ РОССИЙСКИЙ ЛЕД
Петр Порошенко и украинские дипломаты могут запросто поставить себе в заслугу изменение позиции Запада в отношении резонансного инцидента у берегов Крыма. Их активная позиция, подкрепленная данными расследования Bellingcat, позволила сломить логику привычного информационного доминирования России. Пусть на пятом году войны, но США и ЕС постепенно начинают более реалистично воспринимать противостояние между Россией и Украиной. Со стороны это выглядит как таяние льдинок российской пропаганды в глазах европейских и американских политиков и журналистов.
Немало этому процессу способствует и сам Владимир Путин. Российский президент настолько увлекся использованием ручных медиа, что даже в приличном обществе (например, в кулуарах G-20) транслирует оголтелые пропагандистские штампы, рассчитанные на внутрироссийское потребление. Чего стоит практически официальная версия о намерении захваченных в плен украинских моряков взорвать Керченский мост? Подобных громких глупостей, озвученных на высшем государственном уровне лично Путиным, хватает. Порошенко, дающий интервью разным западным медиа, выглядит куда более убедительным.
Российская логика в целом понятна: Кремлю пришлось не по вкусу введение, пусть и частичного, военного положения в Украине, и там дали отмашку своим попутчикам в Украине, нестройный хор которых пытаются усилить целенаправленными информационными атаками в лучших традициях гибридной войны. Похоже, что стычка на море 25 ноября стала не переходом от гибридной к традиционной, конвенционной войне, а сигналом к интенсификации Россией гибридных атак против Украины и стран Запада.
ОТВЕТ ВРАЗНОБОЙ
Интересы стран условного Запада — весьма разношерстны, что и обусловило многогранность их реакций на агрессивные действия России. Надо понимать, что времена холодной войны и биполярного мира прошли, хотя и тогда позиции США и стран Западной Европы в отношении России не всегда совпадали. Достаточно вспомнить историю с первыми экспортными газопроводами из СССР в Западную Европу, против которых жестко возражала администрация президента Рональда Рейгана. Но которые таки были построены при непосредственном технологическом и финансовом участии ФРГ.
Сегодня же создается впечатление, что Вашингтон и Брюссель порой находятся на разных полюсах интересов. О чем, кстати, неопровержимо свидетельствует суета вокруг проекта Северный поток — 2. Тем не менее Вашингтон в своей позиции вполне последователен: Дональд Трамп уже в самолете на пути в Буэнос-Айрес, на саммит G-20, отменил ранее публично анонсированную встречу с Путиным.
Чтобы лишить Путина возможности сохранить лицо, Трамп особо подчеркнул, что пошел на отмену встречи ввиду агрессивного поведения России в отношении Украины — конкретно из-за захвата украинских моряков и военных судов. Даже короткий контакт президентов России и США «в полях» во время встречи Большой двадцатки не мог вернуть взаимопонимание: на повестке дня двусторонних отношений, как известно, не только конфликт в Украине и обострение в Черном море, но и другие проблемы.
Поэтому сразу после саммита G-20 госсекретарь США Майк Помпео подтвердил, что полноценная встреча Трампа и Путина может состояться только после освобождения украинских моряков и кораблей. В этом месте не стоит заниматься самолюбованием, а вспомнить, что в 2014 году Франсуа Олланд и Ангела Меркель убеждали Барака Обаму, что смогут справиться с кризисом на Донбассе. Попытки, как известно, продолжаются до сих пор.
ХОРОШИЙ, СЛИШКОМ ХОРОШИЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ
Что касается Ангелы Меркель, то она не только сверила часы с Трампом в Буэнос-Айресе, но и провела переговоры с Путиным. Судя по дальнейшей реакции обоих участников, это были скорее монологи политиков, связанных общим интересом довести до конца проект Северный поток — 2.
К призывам Порошенко отказаться от реализации второй ветки Северного потока в Берлине пока что унизительно глухи. Меркель в этом вопросе последовательно и демонстративно игнорирует не только позицию Украины и ряда стран ЕС, но и Соединенных Штатов, что объяснимо — она работает канцлером Германии, а не главой общества германо-американской дружбы. И вопросы экономики для нее важнее прочих, даже если она анонсировала будущий свой отказ от претензий на еще один срок на посту канцлера. Поэтому предложение Меркель рассматривать конфликт вокруг Азова в Нормандском формате выглядит интереснее, чем кажется на первый взгляд.
А на первый взгляд это предложение, конечно же, выглядит как попытка рассчитаться украинскими интересами за благосклонность «друга Владимира».
Дело не только в том, что «нормандское» предложение поддержал президент Турции Реджеп Эрдоган. Он перед саммитом G-20 успел поговорить по телефону с украинским и российским коллегами, но предпочел особо не активничать с предложением посредничества, хотя двустороннюю встречу с Путиным в Аргентине провел. И встреча случилась как раз в то время, которое было зарезервировано в расписании российского президента для аудиенции у Трампа. Турция заняла выжидательную позицию: да, Анкара располагает внушительным военно-морским флотом и интересами в отношениях с Россией и Украиной, но у нее хватает других проблем, да и Турецкий поток — проект для нее интересный.
ДВИГАЕМСЯ ПО МИЛЛИМЕТРУ
И все же подвижки есть. Если в 2014 году Нормандский формат создавался для урегулирования конфликта на Донбассе, и аннексированный Крым, как тема, был вынесен за скобки, то сегодня ситуация меняется. Путину вполне настойчиво предлагают вернуться к переговорам о событиях, произошедших в непосредственной близости от полуострова, объединяя на одной переговорной платформе Донбасс и Крым. Вряд ли Путин на это согласится, поскольку понимает, что информационная конъюнктура сегодня складывается не в пользу России. И что объединение тематик Крыма и Донбасса хоронит надежду Кремля на то, что аннексию полуострова «сглотнут» в обмен на замирение в ОРДЛО.
Тем не менее в нынешней ситуации немного наивно рассчитывать на мощное давление на Россию со стороны Франции и Великобритании. Париж, как известно, раз за разом охватывают протесты «желтых жилетов», за которыми уже ищут ловкую и опытную руку внешнего кукловода и российские нефтедоллары. Очевидно, что Эммануэлю Макрону важнее свести в управляемое русло буйство «жилетов», чем оппонировать в полный рост российскому визави.
В Британии палата общин парламента в середине декабря будет голосовать за непростой договор о Brexit, и Тереза Мэй сосредоточена на нем. Будет ли она «рубиться» с Брюсселем за более внятную позицию по поводу украинского кризиса, если у нее на кону этот проект и там еще сохраняются несогласованные позиции? Очевидно, что не слишком активно.
По очевидным причинам и премьер-министра Китая Си Цзиньпина «в полях» G-20 больше волновало предотвращение торговой войны с США, чем проблемы в российско-украинских отношениях.
ОТ ИМЕНИ И ПО ПОРУЧЕНИЮ
Тем не менее никто не собирается сворачивать давление на Москву. Глава Европейского совета Дональд Туск выразил уверенность, что на ближайшем заседании этого органа 13-14 декабря санкции против России будут продлены. Напомню, что накануне, нынешней осенью, прошел целый парад заявлений лидеров разных европейских государств о необходимости ослабления санкционного давления на РФ. Полагаю, теперь этого не произойдет, пусть Россия и успела частично снять блокаду с украинских азовских портов. Агрессивную риторику в отношении России взяли на вооружение и многие депутаты Европарламента, которым предстоит попытка переизбраться в мае 2019 года.
Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг 4 декабря, после встречи министров иностранных дел НАТО с главами внешнеполитических ведомств Грузии и Украины, сделал весьма жесткое заявление. «В 2014 году Россия незаконно аннексировала Крым и теперь пытается использовать это для расширения влияния на все Азовское море. Несколько дней назад мы видели, что Россия использовала военную силу против украинских кораблей и военно-морского персонала. Мы призываем Россию немедленно освободить моряков и корабли, которые были захвачены», — потребовал он. И тут же предъявил России еще одно требование — свободу навигации в Азовском и Черном морях, а также беспрепятственный доступ к украинским портам.
Более того, генсек НАТО обозначил активность России на Азове как «не имеющие оправдания» действия. Что в переводе с дипломатического языка означает — переговоров об условиях не будет, все должно быть выполнено без каких-либо предварительных условий. И он посулил усилить военно-морское присутствие НАТО в Черном море, чего от него, кстати, добивается Украина. Наивно рассчитывать, что Черноморский бассейн будет переполнен боевыми кораблями, но такой фактор, как демонстрация флага во взрывоопасном регионе, еще никто не отменял.
Украинские моряки своей свободой заплатили за то, чтобы весь мир увидел, как Россия непосредственно и явно обозначила свое участие в агрессии против Украины. Теперь Киеву необходимо найти алгоритм их скорейшего освобождения. Кстати, даже краткосрочное пребывание захваченных военнослужащих ВМСУ и СБУ в оккупированном Крыму показало, что там достаточно желающих помогать попавшим в беду защитникам Украины. Поэтому их оперативно перевели в Москву.
Тактика России в ближайшее время будет заключаться в игнорировании наиболее громких требований Украины и мирового сообщества и демонстрации готовности к непубличным компромиссам. Безусловно, с соблюдением собственных интересов и продолжением информационного давления на Украину. Ответить на него официальный Киев может исключительно путем консолидации национальных интересов. И вот тут Кремль попал в собственную ловушку.
Москва уже с лета 2018 года обозначила свое отношение к Порошенко как к лидеру, с которым она не желает вести переговоры, — чтобы он, не дай боже, не записал в свою предвыборную копилку какие-то успехи в противостоянии России. И вот тут Кремль угодил в классическую шахматную вилку. Пойдет на уступки в керченском кризисе — Порошенко получит сильные предвыборные баллы. Пойдет на эскалацию — Порошенко получит легальный повод и абсолютно объективную причину отодвинуть дату выборов. Ну и западные союзники Киева тоже вынуждены активизироваться — в любом случае.
Источник: korrespondent.net