Доблестным солдатам Красной армии до Берлина в ту пору оставалось пройти еще пятьдесят километров. Но товарищ Сталин не дожидался фактического окончания войны и, более того, был готов развязать новую — против Запада. Конечно, у него были на то очень веские причины. Но о них стало известно совсем недавно, ведь тайна оставалась в секрете целых 70 лет, пишет news.rambler.
Союзникам было выгодно устроить встречу на своей территории. И Черчилль, и Рузвельт предлагали Шотландию. Сталин отказался — дескать, не люблю мужчин в юбках. Только 23 декабря 1944 года Рузвельт согласился отправиться к Сталину. У Черчилля не оставалось выбора: лидеры "свободного мира" собрали чемоданы и приготовились к путешествию в солнечную Ялту.
Конференцию формально вел Рузвельт. Однако в ту пору бойцы Красной армии уже подбирались к Берлину — до столицы Германии нашим солдатам оставалось каки-то 50 километров. Естественно, позиции Сталина на переговорах были гораздо сильнее. Фактически, от его слова зависел весь исход дела.
Показали, как бы невзначай, союзникам и личный бункер товарища Сталина. На десятиметровой глубине, укрепленный бетонными стенами и стальными сваями, этот бункер гарантировал жизнь тому, кто может управлять страной и армией. Особое внимание обратил на врытое в скалу убежище Рузвельт — уже тогда американцы понимали, что с русским медведем рано или поздно столкнуться придется.
После соответствующей психологической подготовки состоялась тайная встреча Сталина и Рузвельта. На ней было решено: Советский Союз вступит в войну против Японии, обреченной, но далеко не сломленной. Итогом этих переговоров, помимо прочего, стало значительное расширение территории СССР.
В трехсторонних переговорах Сталин изрядно прогнул остальных участников. За вступление в войну против Японии Советский Союз получил целых 56 островов Курильской гряды и Южный Сахалин. Была сформирована современная Калининградская область — там, где еще недавно была Восточная Пруссия.
Но и это было еще не все. Именно на тех переговорах решили основные принципы формирования ООН и главного инструмента всей организации, Совбеза с правом вето. Споры об этом чуть было не привели к новой войне — союзники не хотели, чтобы СССР получали такое влияние в Европе. По счастью, несгибаемая воля позволила Сталину настоять на своем. Таким образом были установлены границы, сдерживающие уже начавшийся хаос послевоенного мира.
Но уже совсем скоро после Ялтинских переговоров случился первый инцидент, развернувшийся в холодную войну. Однако, не будь сформирован к тому времени принцип ООН и Совбеза, не будь тех секретных переговоров с Рузвельтом, она вполне могла бы стать "горячей".