В секции, в которой занимались молодые Владимир Путин и Аркадий Ротенберг, преподавал некий Леонид Усвяцов — как выяснил Дождь, человек с уголовным бэкграундом, пишет Русский Мир.
О том, что он был за человек, как повлиял на Ротенберга, и как сам придумал надгробную надпись для своей могилы — смотрите во второй серии документального сериала «Питерские».
Тарханов: «Там тренер был такой — Леонид Ионович Усвяцов, спрашивает: “Ты что, хочешь тренироваться?”. Я говорю:“Да”». Петр Иванович рассказывает о втором тренере Путина Леониде Усвяцове. В президентских мемуарах тот не удостаивается и фамилии, просто некий Леонид Ионович. «А тренер меня потом спрашивает: «А ты сам откуда с Коми?». Я говорю: «С Княжпоготского района». — «А, ну я знаю эти места, я там практику проходил». А оказывается он там сидел в Весляне, в заключении, 3 года», — делится Тарханов.
Парадоксально, но спасаясь от влияния уличной шпаны, молодые самбисты оказались в самом центре ленинградского криминального мира. «Потом я его вообще лишился, этого тренера. Его посадили сначала на три года, а потом в результате он отсидел 20 лет. Тогда уезжали евреи куда-то за границу, вот. А он сам тоже еврей был. И он их там грабил, всякие драгоценности отнимал», — рассказывает Петр Тарханов
Усвяцов обладал непререкаемым авторитетом, да таким, что старшим тренером в путинскую секцию его взяли после срока за изнасилование.
«Я вообще не могу понять, как он смог стать тренером после первой ходки, — говорит президент Международной федерации самбо Василий Шестаков. — Мы об этом не знали вообще никогда, до тех пор пока он во второй раз не попал, уже как бы за грабежи. Самое интересное, что он нам об этом рассказывал, он был такой хохмач. Вчера вот, например, говорит, мы стакан воды продали там за 10 тысяч рублей. Мы все, ха-ха-ха, как можно продать стакан воды за 10 тысяч рублей?! Он говорит, селедкой человека накормили, он захотел пить, мы, значит, ему предложили, сторговались на 10 тысячах. Ну, мы думаем, байки рассказывает какие-то, смешно. А потом на суде все это всплыло, что на самом деле так и было…»
Тарханов: «Я видел, как он устраивал Латкина во ВТУЗ. Это как будто все были загипнотизированы, комиссия целая. Дает им эти листы бумаги. Четверку-то поставьте, говорит. И уходит».
Мог попасть под обаяние тренера-уголовника и Аркадий Ротенберг.
«Всю мимику освоил вот этого Леонида Ионыча Аркадий, — вспоминает Тарханов. — Он просто копирует его стопроцентно. Он любил этого Леонида Ионыча. Ну, это взаимность была какая-то. Действительно, такие у него были, что ли, бандитские приколы. Я сам один раз был свидетелем, мы ехали с ним в трамвае или в автобусе, с этим, с Леонид Ионычем, и кто-то ему передает три копейки, ну, на билет. Он берет вот так вот за запястье, как дернул его, и тот упал прямо у входа туда, на задницу. В следующий раз, говорит, будешь сам покупать билет».
Говорят, Леонид Усвяцов завещал похоронить себя в Псково-Печорском монастыре, не вышло, погребен на Больше-Охтинском кладбище. На могиле — ставшая известной эпитафия собственного сочинения: «Я умер, но бессмертна мафия». Петр Иванович рассказывает, что устанавливал ее по завету Усвяцова именно Аркадий Ротенберг: «Это Аркадий уже делал. Он уважал очень его и все его, как говорится, просьбы выполнял».