Безвизовый режим с Евросоюзом превращается в спасательный круг для Петра Порошенко в ходе будущей президентской кампании и отлично вписывается в новую политическую матрицу, которую мастерят идеологи второго срока. Она включает в себя атаки на антикоррупционные органы, дискредитацию критиков власти и тотальную смену повестки дня с коррупции на патриотизм.
Поэтому в день, когда Европарламент проголосовал за безвиз, Порошенко назвал это “окончательным разводом с Россией после 300‑летнего союза”. А на прошлой неделе, выступая на Европейской площади, процитировал стихотворение русского поэта Лермонтова Прощай, немытая Россия. Подмена понятий состоит в том, что сам по себе безвиз не является признаком принадлежности к Европе — такой режим распространяется на многие страны Латинской Америки. Он также не спасает от объятий Москвы — это хорошо видно на примере безвизовой Молдовы, где после многолетней стагнации в борьбе с коррупцией к власти пришел пророссийский президент Игорь Додон.
На самом деле безвиз — это способ заставить правящую украинскую верхушку принять необходимые законы. Главное достижение дорожной карты на этом пути — создание антикоррупционных органов. Более того, постоянные попытки властей блокировать невыгодные им новации откладывали безвиз. Чего стоит эпопея с электронными декларациями, когда чиновники пытались то отложить старт системы на год, то убрать уголовную ответственность за неправдивые данные. В итоге введение безвиза задержалось для Украины на целый год. По своему депутатскому опыту знаю, каких усилий стоило принятие законов из безвизового пакета. Я был докладчиком одного из них — О предотвращении политической коррупции — и видел изнутри, как под давлением Банковой этот закон пытались сломать в угоду правящим кланам, например, отключив несколько оппозиционных партий от государственного финансирования.
Теперь, когда безвиз принят, проводить реформы в условиях сопротивления властей станет сложнее. А в обозримом будущем не видно новых реальных целей, достижение которых может толкать страну вперед. Получение статуса кандидата в Евросоюз — это долгая дорога, и в отношении Украины нет консенсуса внутри ЕС. Членство в НАТО маловероятно по причине нежелания самого украинского руководства — год назад я лично общался с генсеком Альянса Йенсом Столтенбергом. Он удивился тому, что Украина, в отличие от Грузии, не подала даже заявку на присоединение к Плану действий по получению членства в НАТО.
К тому же администрация Дональда Трампа в США не сфокусирована на Украине. А значит, появляется возможность закручивать гайки внутри страны, расшатывать НАБУ и нападать на антикоррупционных активистов.
В этом случае ситуация усугубляется растущим влиянием СБУ. В течение последнего полугода приходилось еженедельно слышать о новых сферах ее репрессивных полномочий. С ноября прошлого года по требованию СБУ заблокирована деятельность полутора десятка независимых трейдеров сжиженного газа. В марте, признав необоснованными подозрения в финансировании терроризма, СБУ сняла претензии. Но в июне вновь начала атаковать их — прокатилась волна обысков и блокирования счетов. Итогом этой зачистки рынка стало увеличение доли структур, связанных с Виктором Медведчуком,— компании Глуско и ее сателлитов.
Подобными привилегиями при власти Порошенко может похвастаться еще один олигарх — Ринат Ахметов, зарабатывающий на тепловой энергетике больше, чем во времена Януковича. За год тариф на тепловую энергию производства ДТЭК вырос в два раза, а схема Роттердам+ позволяет получать сверхприбыли.
Кроме сжиженного газа, СБУ блокирует импорт спиртов для крупнейших производителей украинского коньяка. Использованием спецслужбы для сведения счетов стал недавний наезд на инвестиционную компанию Dragon Capital. Параллельно СБУ мучает украинскую IT-сферу.
Безвизовый режим в долгосрочной перспективе станет работать на очищение украинской политики от паразитов. Чем больше украинцев увидят уровень жизни в Германии, Нидерландах или Швеции, тем чаще они будут задаваться вопросом: а что не так с нашими лидерами, если 25 лет мы ездим по дорогам, лечимся в больницах и получаем правосудие, как в банановой республике? Можно говорить о том, что нация травмирована “совком”, прогнившая система сопротивляется изменениям, но лидерство важно в реформах любой страны. А если президент посвящает себя тому, как разделить самые прибыльные потоки на двоих с Ахметовым, то на реформы у него не остается ни сил, ни желания. И в демократической стране такая власть обречена на бесславный конец.