Во время встречи Владимира Зеленского с фракцией "Слуга народа" 21 февраля, президент озвучил важный тезис — как оказалось, главнокомандующий ВСУ Александр Сырский проводит масштабный аудит в Силах обороны Украины. Позже глава фракции СН Давида Арахамии подтвердил слова гаранта. Нардеп объяснил, что аудит связан с тем, что в нашей стране есть военнослужащие, которые за два года большой войны ни разу не были на фронте, пишет Фокус.
"Есть бригады или подразделения [в Силах обороны Украины], которые два года на войне без ротации, а есть подразделения, которые никогда не были на фронте. Армия — 900 тысяч, из них 300 тысяч воюют, а где еще 600 тысяч? Мы понимаем, что есть соотношение: на каждого солдата на передовой должна быть [в тылу] логистика и так далее. Уже нашли восемь тысяч людей, которые прикомандированы к Генштабу и не воевали. Они уже готовятся и пойдут на подмену. Я считаю, что по завершению аудита цифра будет намного больше", — заявил Арахамия.
Миллион военнослужащих
Еще летом 2022 года экс-министр обороны Алексей Резников заявил, что в Украине с начала полномасштабного вторжения мобилизовано около одного миллиона людей.
"Мобилизация в ВСУ — до 700 тысяч человек, пограничники — до 60 тысяч, Нацгвардии — до 90 тысяч, Национальная полиция — до 100 тысяч. У нас сегодня более 1 млн человек в форме обеспечивают деятельность сектора безопасности и обороны", — говорил Резников.
С того момента официально озвученные цифры значительно не менялись. В конце декабря 2023 года руководитель ГУР Минобороны Украины Кирилл Буданов отметил, что приблизительно Силы обороны Украины составляют один миллион 100 тысяч людей. Речь идет об общем количестве военных, которые защищают Украину и служат в ВСУ, Нацгвардии, Нацполиции, Государственной пограничной службе. Только приблизительно треть из них — такие цифры озвучены публично, в частности нардепом Арахамией — находятся в зоне боевых действий.
По словам Евгения Дикого, ветерана АТО, бывшего командира роты в батальоне "Айдар" (2014), на одного бойца на передовой приходится несколько военнослужащих в тылу. Поэтому люди, которых мобилизуют, выполняют разные задачи на разных участках фронта и тыла. Соответственно, не все, кто входит в состав Сил обороны, должны находиться на фронте.
"По нормам американской армии, на одного бойца, выполняющего миссию, приходится 11 военнослужащих в тылу. Мы не можем позволить себе такое соотношение. Но у нас одного бойца на "нуле" должны обеспечивать хотя бы несколько военнослужащих — так работает большая армейская машина", — говорил Дикий Фокусу.
В армии есть небоевые должности и направления — логистика, штаб, склад, медицина, учебные и ремонтные части, ТЦК. Кроме того, есть десятки тысяч военных, которые находятся на лечении или реабилитации, но продолжают числиться в части.
Полковник запаса ВСУ Олег Жданов добавляет, что обычно в бригаде на фронте есть от трех до семи боевых батальонов, которые находятся непосредственно в зоне боевых действий. Остальные — в пункте постоянной дислокации или на полигоне. Если речь идет конкретно о людях, которые должны быть на фронте, но по каким-то причинам там не были — аудит необходим.
"Все зависит от командира — поедет военный на фронт или нет во время ротации. И тут может быть коррупционная составляющая. С другой стороны, есть разные должности в армии, которые не предполагают присутствия на фронте. Например, ремонтники, логисты, кладовщики. Есть и офицеры, и рядовые, которые не были на фронте, так как их должности не боевые и предполагают присутствия в зоне боевых действий", — говорит Фокусу Жданов.
Политический подтекст
По словам военного эксперта Дмитрия Снегирева, в тылу есть разные виды войск. Например, Силы территориальной обороны — их насчитывается приблизительно 200 тысяч человек, их задача — защищать территории, на которых они были созданы. Также есть противовоздушная оборона — они выполняют боевые задачи в тылу. Поэтому, кто именно входит в восемь тысяч военнослужащих, озвученных нардепом Арахамией, сказать сложно. Однако больше всего вопросов у экспертов — к ротам охраны военкоматов.
Как известно, в конце 2023 года ГБР разоблачило в Ивано-Франковске схему фиктивного зачисления на службу в роты охраны ТЦК родственников руководства города. "Новобранцы" проводили время по своему усмотрению, даже могли участвовать в футбольных матчах в составе футбольного клуба из Прикарпатья, при этом получали от государства денежное и материальное обеспечение за счет бюджетных средств.
"Если дают цифры — пусть объяснят, о ком речь. Если это роты охраны ТЦК — вопросов нет. Кого они охраняют — не ясно. Есть люди, которые не были на фронте, но получают УБД [участника боевых действий — Ред.]. Но главное господину Арахамии не выйти на самих себя", — рассуждает Снегирев в беседе с Фокусом.
Эксперт считает, что в заявленном аудите, вероятно, не последнюю роль играет политическая составляющая.
"Аудит надо проводить в системе закупок Минобороны Украины. За время работы министра Рустема Умерова просроченная дебиторская задолженность Министерства обороны Украины возросла на 10 млрд грн. Это деньги, которые не вернули фирмы-экспортеры. Поэтому я бы рассматривал аудит [Александра] Сырского как элемент информационной атаки на экс-главу ВСУ Валерия Залужного. Его пытаются дискредитировать, показать, что его решения были неправильными", — добавляет эксперт.
Жданов считает, что восемь тысяч военных, которые могли быть на фронте — это капля в море, так как из миллиона служащих в Силах обороны, если не считать ВСУ, от Национальной гвардии воюют только две бригады, от Пограничной службы Украины — на фронте только одна бригада, от Нацполиции — тоже одна бригада воюет.