В Украине больше не работает депутатская неприкосновенность в привычном для нас понимании. Не нужно больше согласие Верховной Рады каждый раз, чтобы привлечь депутата к уголовной ответственности, задержать его и арестовать.
Эти действия в отношении парламентариев теперь санкционируют генеральный прокурор и суды по подследственности.
Ждут ли депутаты перемен в своей жизни и как отмена иммунитета повлияет на работу Верховной Рады, выясняла “Страна”.
Одним абзацем
Перед Новым годом президент Владимир Зеленский подписал закон, который регламентирует порядок уголовного преследования народных депутатов после снятия с них неприкосновенности. Этот законодательный акт дополнил ранее сделанные изменения в Конституцию.
В статье 80 сохранился только абзац, что парламентарии не несут юридической ответственности за результаты голосования или высказывания в парламенте и его органах за исключением ответственности за оскорбление или клевету.
Такие свободы еще называют парламентским индемнитетом.
Исчезла же фраза, что народные депутаты не могут быть привлечены без согласия Верховной Рады к уголовной ответственности, задержаны или арестованы.
Закон № 388-IX переписал уголовно-процессуальный кодекс (УПК), закон о статусе народного депутата и регламент Верховной Рады.
Если коротко, то, согласно изменениям в УПК, главную роль в расследовании, связанном с народным депутатом, теперь играет генеральный прокурор. Только он имеет право вносить запись в единый реестр досудебных расследований о совершении уголовного правонарушения народным депутатом.
Опять-таки генпрокурор санкционирует обращение в суд насчет разрешения на любые (негласные тоже) действия Государственного бюро расследований (ГБР) или Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) в отношении парламентария.
Такие обращения в суде рассматриваются при обязательном присутствии самого подследственного (за исключением негласных следственных или розыскных действий или обыска).
Но суд примет решение, даже если депутат не явился.
Без судебной отмашки ГБР и НАБУ могут задерживать, если нардепа поймали на горячем или сразу после совершения тяжкого преступления.
Конституционные изменения в отношении неприкосновенности заработали уже с 1 января.
Впрочем, о равноправии с простыми гражданами, на что упирали инициаторы отмены, по-прежнему речь не идет. Нардепы остаются под личным надзором генпрокурора и теми силами, которые имеют на него влияние.
В Раду занесли дышло
Опрошенные “Страной” депутаты говорят, что начало действия поправок встретили спокойно.
“Я жил нормально без депутатской неприкосновенности до прихода в Раде. И теперь формально без этой привилегии я все тот же законопослушный гражданин. На самом деле иммунитет для парламентской оппозиции в нашей стране - вещь относительная. Бронежилетом она не становится, если сталкиваешься с радикалами. Хоть в статусе неприкосновенных, хоть нет СБУ депутатов нашей фракции прослушивает”, - говорит народный депутат Олег Волошин (“Оппозиционная платформа - За жизнь”, ОПЗЖ).
Народный Алексей Кучеренко (“Батькивщина”) не изменил скептического отношения к отмене.
“Отменили неприкосновенность на волне дикого популизма. Были выхолощены реальные европейские нормы. Неслучайно во многих парламентах применяют депутатскую неприкосновенность, ведь она остается гарантией, что парламентария за профессиональную деятельность не попытаются преследовать недозволенными методами, - говорит Кучеренко “Стране”. - Я буду жить и работать, как и раньше. Но воюя, например, с монополией “Нафтогаза”, я не могу не думать: а что если они договорятся с кем надо, и завтра у меня “внезапно” найдут марихуану или два патрона? Но, похоже, власть, скорее, отменила неприкосновенность не с оппозицией воевать, а держать свое монобольшинство в узде”.
Сегодня большинство в парламенте составляет единолично пропрезидентская фракция “Слуги народа” (СН), численность которой - 248 “штыков”.
Соавтор закона № 388-IX народный депутат Александр Качура (СН) считает, что в его фракции нет опасений по поводу нововведений. Но вообще некоторых депутатов из других парламентских объединений ли, внефракционных, по его мнению, недосчитаются в первые после Нового года пленарные дни.
“Я думаю, кое-кого мы не увидим в сессионном зале. Имею в виду тех депутатов, в отношении которых открыты уголовные производства. Они постараются отсидеться за границей и посмотреть, как будут развиваться события в Раде. По моим подсчетам это будут пять-десять человек”, - настаивает в разговоре со “Страной” депутат Качура (СН), отказываясь называть имена.
В дальнейшем он ждет громких производств от правоохранительных органов, которым подследственны парламентарии. “Недаром мы дали ГБР и НАБУ право на прослушку. Это поможет очистить депутатские ряды от нечистых на руку”, - уверяет Качура.
Правда, народный депутат Алексей Гончаренко (“Европейская солидарность”, ЕС) также допускает, что нормы могут быть использованы властью не по прямому назначению.
“Если она попробует воспользоваться отменой для принуждения депутатов к чему-то, будет сложно, в первой очереди нашей оппозиционной фракции. Но кончится это плохо - для власти, разумеется. Предпосылки к преследованию инакомыслящих есть, к сожалению. Могу привести собственный пример. Достаточно было начать говорить что-то про Сытника, как с обыском пришли к близким мне людям, на дружественный телеканал”, - полагает Гончаренко.
Однако в этом случае власть может выставить себя в плохом свете.
“Если ты оппонируешь власти, то риски преследования, конечно, большие. Но из-за участия генпрокурора по крайней мере будет ясно, что возникли они именно из-за конфликта с ней. Не получится списать на мелкий случай, какую-то бытовуху, - полагает депутат Олег Волошин. - А полный иммунитет от любого преследования в нашей стране, как оказалось, гарантирует только дружба с американским посольством, что доказано “соросятами”.
Генпрокурор в помощь
Первым резонансным законопроектом в сессионном зале, причем неоднозначным в новом году, вероятно, станет свободный оборот сельскохозяйственных земель.
Как писала “Страна”, главный в этом вопросе аграрный комитет уже согласовал документ, правда, по неоднозначной процедуре. Часть фракций отчаянно сопротивляются его принятию.
Политолог Руслан Бортник допускает, что новые правила расследований в отношении депутатов могут стать фактором в деле обеспечения голосов под этот, да и не только законопроект.
“С новым порядком привлечения к уголовной ответственности будет легче принимать закон о земле, также законы о народовластии, в продолжение судебной реформы. Где-то 6-9 месяцев депутаты будут находиться под давлением, что против них могут официально вести, в том числе негласные следственные действия, и генпрокурор может положить папку на стол с различной информацией на них. Президент получит возможность доминировать в парламенте. Многие решения, которые, казалось, надолго застряли в Раде, теперь могут выстрелить”, - говорит Бортник в комментарии “Стране”.