В июне 2012 года Тони Голдберг, эпидемиолог из Висконсинского университета в Мадисоне (США), вернулся из Уганды, где провел несколько недель в национальном парке Кибале, изучая поведение шимпанзе.
Через некоторое время он вдруг почувствовал зуд в носу – и правда, из Уганды вместе с ним зайцем прилетел клещ, использовав нос ученого как каюту дальнего следования, пишет batrachospermum.
«Когда вы понимаете, что у вас в носу клещ, требуется огромная выдержка, чтобы не расцарапать себе лицо», – утверждает Голдберг.
Впрочем, это был не первый его носовой клещ, так что он спокойно достал его пинцетом и принялся изучать. Как выяснилось, ДНК паразита не имеет аналогов в базе данных по клещам, то есть либо это известный науке клещ, чьи генетические данные еще не занесены в базу, либо вообще новый вид. Голдбергу удалось установить, что клещ принадлежит к роду Amblyomma, представители которого являются переносчиками болезней и обожают селиться в носах шимпанзе. Детально изучив серию фотографий детенышей шимпанзе, Голдберг обнаружил, что у пятой части из них в носу можно найти клеща!
В его любимом Висконсине обитает множество клещей, но он ни разу не слышал, чтобы кто-либо из них имел наглость забраться в нос. Ученый предполагает, что такое поведение африканских клещей развилось из-за того, что шимпанзе буквально помешаны на груминге и жестко бдят, как бы вредная букашка не осталась в шерсти, а вот про носы забывают: козявки – личное дело каждого.
«Не могу придумать лучшего места для пряток, чем анатомическая структура, труднодоступная для пальцев, – говорит Голдберг. – Есть несколько таких мест – некоторые из них мы не будем обсуждать, но ноздри определенно подходят. Инфектологи и иммунологи часто наблюдают за тем, как вирусы и иные патогены прячутся от сложной иммунной системы хозяина. Аналогично и на макроуровне – у эктопаразитов развились механизмы, благодаря которым они могут противостоять внешней защите хозяев, например грумингу. Так что это не просто клещ у меня в носу – в нем скрыт глубокий смысл!»
И в этом состоит главная опасность этих доходяг. Учитывая, что в аэропорту не проверяют «носовую кладь», а перелеты на дальние расстояния – явление глобальное и повседневное, возможностей для распространения экзотических клещей предоставляется множество, а вместе с ними могут распространяться и заболевания.
Впрочем, никаких болезненных последствий Голдберг не испытал за прошедшие с тех пор годы. «Разве что мне хочется бананов немного больше», – признается он. Меж тем паразит по-прежнему остается загадочным созданием, и единственное, что остается, – это ждать, когда появятся новые экземпляры этого клеща. Рано или поздно один из них проберется еще в чей-то нос – и это еще больше продвинет науку, уверен Голдберг.
«Клево приветствовать Тони в нашем маленьком элитном клубе авторов статей о носовых клещах, – радуется Гэри Аронсен, антрополог из Йелля, который однажды вычихнул клеща в Амстердаме и привез домой для изучения, завернув в жвачку. – Cобирать таких паразитов – в этом состоит великолепие и очарование полевых работ».