» » Александр Квиташвили: Я не знаю, как буду работать с этими людьми


Александр Квиташвили: Я не знаю, как буду работать с этими людьми

932
КИЕВ. 25-02-2016, 09:44. Вєсті-UA || Новости Украины | Новини України

Недавно глава фракции Блок Петра Порошенко Юрий Луценко заявил, что у фракции нет претензий к работе четырех министров-технократов: министра финансов, МинАПК, Минсоцполитики и Минэнерго. Министра здравоохранения Александра Квиташвили, попавшего в Кабмин по квоте БПП, среди них не было. Примечательно, это уже не первый выпад лидера фракции БПП в сторону министра. Еще в начале июля 2015 года Луценко требовал от Кабмина отставки главы Минздрава. В чем именно могут заключаться претензии Луценко к министерству, кто мешает работать ведомству и необходимо ли кадровое усиление профильного парламентского комитета в первой части интервью РБК-Украина с Квиташвили.

РБК-Украина: Какие чувства испытываете после провала попытки отправить Кабинет министров в отставку?

Александр Квиташвили: Ставить вопрос о доверии или недоверии - это нормальная мировая практика. Но во время заседания Верховной Рады, на котором рассматривался этот вопрос, меня поразило отношение народных депутатов к членам правительства, как к людям. То, что я увидел, услышал и перенес, это было как будто в кошмарном сне. Таких оскорблений не заслуживает никто. Никто.

Я понимаю, что депутаты хотят на камеру показать украинскому народу, что они сильные, защищают их интересы. Но когда меня называют проклятым, или дураком, или клептократом, или бессовестным, мне кажется это излишним. Ведь есть какие-то границы человеческого поведения, которые нельзя переходить. Я, честно говоря, не знаю, как буду работать с этими людьми.

У депутата может быть разное отношение к Яценюку, но это твоя страна, ты представляешь народ в Верховной Раде. Нельзя так себя вести. Это ничего никому не дает.

Так что праздновать нам было нечего. Вечером мы собрались всем правительством. Все абсолютно были в шоке. Не было ни одного человека, который бы все это легко перенес. У нас есть семьи, у нас есть друзья, у нас у всех есть люди, которые все этом смотрели и переживали.

У меня до этого было пару депутатов, которым я не пожимаю руку. Вот теперь к этому списку еще добавилась пятерочка. 

Если оставить эмоциональную составляющую в стороне, исходя из того, что коалиция то ли развалена, то ли не развалена, надо понимать, что в коалиции из пяти субъектов остались два. Слава богу, что есть дееспособное правительство. Но как мы будет работать без поддержки парламента, я не знаю. Будет очень трудно. Но поступки правительства должны быть более ответственными, чем действия парламента. 

Я не могу понять, почему депутаты так узко смотрят на ситуацию. Дело ни в Яценюке, ни в Квиташвили, ни в Павленко. Страна в реальности находится в военном положении, 25% страны оккупированы. "Товарищи" в России сидят и ждут, что в Украине будет плохо. Замминистра иностранных дел России написал: "надо брать попкорн и смотреть телевизор". Они ждут, что здесь будет плохо.

Есть еще западные партнеры, которые ждут, что все будет хорошо.

В принципе, это правительство за последние четыре месяца при абсолютной неопределенности его судьбы смогло провести переговоры с МВФ, подготовить законопроекты. Это было на грани возможного.

Если посмотреть заявления западных лидеров, то им непонятно с кем здесь говорить, есть здесь правительство или нет. Нельзя забывать, что из-за прошлых властей Украина осталась без кредиторов, кроме МВФ. Когда какой-то политик говорит, что надо выгнать МВФ, то мы может оставить страну вообще без международной финансовой помощи.

РБК-Украина: Саакашвили недавно критически прокомментировал сотрудничество Украины с МВФ...

Александр Квиташвили: В последнее время Михаил Саакашвили стал очень забывчивым. Он не помнит, сколько лет в Грузии работал МВФ. Он не помнит, сколько денег было получено от Фонда после кризиса 2009 года и войны с Россией.

Конечно, всегда плохо, когда берешь в долг, и еще к этому кредитор выдвигает какие-то условия что делать. Лучше брать коммерческие кредиты, а потом расплачиваться. Но реальность такова, что сейчас у Украины нет кредиторов, кроме МВФ.

Поэтому нельзя терять доверие МВФ и других стран из-за непонятной ситуации внутри, отсутствия ясности в развитии страны. В противном случае ситуация становится еще сложнее.

По моему личному мнению, не хочу, чтобы это воспринималось как мнение всего правительства, правильнее было бы, чтобы коалиция подготовила свои предложения по кандидатурам в новый Кабмин, показала их и провела передачу дел от старого правительства к новому. Это было бы правильным, ответственным действием. А выходить в парламент, говорить, что мы их уберем, а потом будем создавать новое правительство - это бессмысленно.

До того как депутаты договорятся о кандидатах, старое правительство будет исполняющим обязанности. И никто, никакие кредиторы, никакие международные организации не будут с нами говорить. Соответственно, мы не сможем принимать никаких кардинальных решений.

Такие события прошли многие страны. Не надо смотреть на постсоветские страны. Надо смотреть, как такие кризисы разрешались в европейских странах.

РБК-Украина: Вместо вас предлагали депутата от БПП Алексея Гончаренко...

Александр Квиташвили: Пожалуйста, если Гончаренко, то Гончаренко. Если это устраивает коалицию и общество, то пожалуйста.

РБК-Украина: В Кабмин вы прошли по квоте БПП. Недавно лидер этой фракции в парламенте Юрий Луценко среди министров, к которым нет претензий, не назвал министра здравоохранения. Правильно я понимаю, что у БПП есть к вам вопросы?

Александр Квиташвили: У Юрия Витальевича Луценко ко мне есть вопросы из-за той информации, которую ему доносит Ольга Вадимовна Богомолец. Юрий Витальевич очень образованный и умный человек. Поэтому я очень хочу его попросить, чтобы он послушал и меня. Если не меня, то другого человека, который может объяснить ситуацию, потому что последние семь месяцев Богомолец говорит одно и тоже. И потом это одно и тоже повторяет господин Луценко.

К примеру, она говорит, что в Украине нет и не разрабатываются протоколы лечения. Но это абсурд. За прошлый год Минздрав утвердил 20 протоколов лечения. К 1 марту будут уже работать 60 современных протоколов.

РБК-Украина: Недавно министр экономического развития и торговли Айварас Абромавичус заявил, что ему мешает работать один из депутатов от БПП Игорь Кононенко. Кто вам мешает работать?

Александр Квиташвили: У меня другая ситуация. У Айвараса проблема заключалась в том, что на его подконтрольные огромные предприятия все хотели попасть, пробраться к кормушке. И не только депутаты к этому стремились. Там было много влиятельных групп.

У меня другая ситуация - я столкнулся с двумя группами влияния. Первая группа - это фармкомпании, которые моим предшественником были обозваны мафией. Поэтому и меня они восприняли в штыки. Нам понадобилось почти шесть или семь месяцев, чтобы у нас состоялся нормальный диалог. Как следствие, сейчас каких-то взрывных скандалов между "фармой" и Минздравом нет, потому что мы работаем вместе. Они пишут нам рекомендации по дерегуляции, мы эти дерегуляции стараемся продвинуть через Кабмин и через законопроекты. Это нормальная работа, нельзя игнорировать огромную индустрию, нельзя с ними воевать.

Вторая группа, которая влияет на работу Минздрава, это народные депутаты. Когда некоторым из них один раз объясняю логические вещи, второй раз, третий раз, но они не понимают, то это наталкивает на мысль, что это делается специально. Нельзя быть настолько непонятливым. Сколько раз можно повторять, что Яценюк и Квиташвили хотели продать больницы, поэтому они придумали специальный законопроект?

РБК-Украина: Вы имеете ввиду законопроект об автономизации больниц, который Кабмин подал в парламент летом, и который был отклонен профильным комитетом - комитетом Верховной Рады по вопросам здравоохранения?

Александр Квиташвили: Да. Я могу еще раз объяснить - такого нигде в законопроекте не было, там нигде не написано, что больницы будут приватизированы. В разработанном Минздравом законопроекте написано, что местная власть - облсовет, райсовет, горсовет - может определить не форму собственности, а хозяйственную форму деятельности больницы - прибыльная или неприбыльная, госпредприятие или муниципальное предприятие, акционерное общество или унитарное предприятие и тому подобное.

Мы получили выводы от экспертно-аналитического управления Верховной Рады, в которых содержались пять замечаний. В частности, что предоставление права выбора хозяйственной формы собственности может нести риски приватизации. В ответ мы согласились убрать нормы, которые могут нести эти риски, а оставили только возможность определять статус прибыльная или неприбыльная больница.

Второе замечание было в том, что больницы не должны иметь права открывать счета в частных банках. Я не понимаю этого. Но, хорошо, мы записали, что больницы должны открывать счета только в государственных банках. Только они скоро тоже смогут стать частными. Это тоже идиотизм. Когда государственные банки станут частными, нам необходимо будет менять закон. У нас же было написано либерально - счета можно открывать в любых банках - частном или государственном банке, даже в казначействе.
Другими словами, я сказал, что мы готовы все замечания принять. Это было в июле.

Но после этого депутат Олег Степанович Мусий сказал, что у него есть конституционное право внести альтернативный законопроект. Поэтому наши законопроекты не были сразу же вынесены на обсуждение.


Но в своем альтернативном законопроекте Олег Мусий убрал фактически только нормы про акционерные общества и все. Ничего особо нового другого там не было.

Потом все-таки собрался комитет, на котором было запланировано обсуждение нашего законопроекта, который был поддержан Всемирным банком, МВФ, и Олег Мусия. Наш законопроект был отклонен, а документ Олега Мусия отправлен на доработку.

Как мне рассказали на недавнем моем отчете в парламентском комитете по здравоохранению, два с половиной месяца назад законопроект Мусия был поддержан комитетом.

Примечательно, мы не получали от Олега Мусия доработанной версии законопроекта. Если готовится законопроект, то можно же посоветоваться с профильным министерством.

РБК-Украина: Как так получилось, что вы не знали, что комитет уже поддержал законопроект Олега Мусия? Кто неправильно ведет диалог - комитет с вами или вы с комитетом?

Александр Квиташвили: Пока что я не видел стенограмму заседания комитета, где он был поддержан. Я перестал ходить на заседания комитета, когда перестали обсуждаться важные законопроекты.

Как правило, я получаю перечень вопросов, которые будут рассматриваться комитетом на очередном заседании. Когда на профильном комитете Рады значатся вопросы поддержки чемпионата мира по футболу среди медиков или допуска священников в больницы, я не хожу на такие заседания. 
А ситуацию с заболеваемостью гриппом или с наличием вакцин может доложить любой сотрудник Минздрава, который занимается гриппом или вакцинами.

Мало того, теперь Мусий настаивает на том, чтобы я забрал обратно свой законопроект. Я этого не понимаю. Это похоже на то, что Мусий воюют с Яценюком. Это уже переходит в какую-то комическую ситуацию.

В ответ на мои слова об отзыве заявления об отставке Олег Мусий мне сказал: "Я не понимаю. Вы человек с Востока. Если грузин дает слово, он потом это слово не меняет". А то, что этот товарищ попал в парламент через БПП, а потом вышел из фракции, то этого ничего не значит?

РБК-Украина: Заберет свой законопроект?

Александр Квиташвили: Я не знаю. Надо будет узнать, как это юридически работает. Если нужно, то пожалуйста.

РБК-Украина: Версию Олег Мусия Минздрав поддерживает?

Александр Квиташвили: Ради бога. Давно поддерживаем. Я просил: "Ставьте законопреокт на обсуждение! Ваш! Не мой!"

РБК-Украина: На отчете в комитете вы предложили начать отношения между Минздравом и комитетом с чистого листа. Теперь на заседания комитета будет ходить?

Александр Квиташвили: На недавнее заседание комитета, уже после отчета, я планировал пойти, там рассматривался законопроект "О лекарственных средствах". Поскольку у меня был конфликт по времени - одновременно заседание Кабмина и комитета, то я попросил своих заместителей пойти на его начало. Сам планировал прийти попозже. Но комитет не смог провести заседание, поскольку не было кворума. Также было и на заседании комитета, которое было перед моим отчетом - тогда депутаты смогли рассмотреть только один вопрос, после чего снова не было кворума.

РБК-Украина: Вы не пробовали пообщаться с Петром Порошенко или Арсением Яценюком относительно так сказать усиления кадрового состава комитета, к примеру, перевести каких-то нардепов из других комитетов?

Александр Квиташвили: Когда я впервые увидел состав профильного комитета, то сказал, что с ним будет очень трудно работать. Ведь половина членов комитета представляют оппозицию. Я ничего не имею против оппозиции, но, как правило, она всегда деструктивно работает к большинству. Поэтому когда такой очень хлесткий баланс, то очень трудно работать. В свое время я как-то говорил, что надо усиливать комитет.

РБК-Украина: С кем говорили?

Александр Квиташвили: Говорил в Администрации президента. Говорил в Кабмине. У меня есть опыт работы с профильным комитетом парламента в Грузии, когда я там работал министром здравоохранения. Там также были трения, хотя в парламенте были почти на 100% провластные силы. Но после обсуждения законопроектов всегда находили консенсус и выносили их на пленарное заседание парламента.

Но это же абсурд, когда на заседание комитета Верховной рады по здравоохранению Олег Мусий меня спрашивает о том, почему я не создал Центр реформ, который будет контролировать министерство? На отчете перед комитетом я пытался вести себя спокойно, не перенервничать. Но где здравый смысл в том, чтобы Минздрав создавал структуру над собой?

РБК-Украина: Как я понимаю, Олег Мусий имел ввиду, что центр будет заниматься не контролем за Минздравом, а координацией реформ в здраовохранении...

Александр Квиташвили: Не-не, он имел в виду как раз контроль. Они хотели, чтобы в этот Центр входили нардепы. Но есть же комитет Верховной Рады по здравоохранению, которому подотчетен Минздрав. В таком случае, зачем вообще эта новая структура?

Когда депутаты говорят, что они хотят работать в Центре реформ, то мне непонятны такие заявления. Они же могут разрабатывать законопроекты у себя в комитете. В Минздраве уже есть департамент реформирования. У каждого министерства есть центр реформ, который работает внутри. Кроме того есть Национальный совет по реформам, который координирует все реформы по стране.

Мне это напоминает ситуацию с борьбой с коррупцией - в Украине создаются новые антикоррупционные органы, а никто не сидит за коррупцию.

РБК-Украина: Голосование за отставку правительства показало, что в профильном комитете парламента вас теперь должны поддерживать народные депутаты от "Оппозиционного блока", а не члены коалиции. К примеру, не голосовали за отставку нардепы Татьяна Бахтеева и Игорь Шурма от Оппоблока, Оксана Корчинская от "Радикальной партии Олега Ляшко" и т.д.

Александр Квиташвили: Да, странная ситуация. Примечательно, на недавнем моем отчете в комитете Игорь Шурма сказал, что в сентябре, когда Верховная Рада голосовала мое заявление об отставке "по собственному желанию", он не голосовал за него, поскольку хотел моего увольнения не "по собственному желанию", а за невыполнение мною обязанностей министра.

rbc.ua