Что теряет Украина в Донбассе?

3 467
КИЕВ. 29-09-2014, 09:11. Вєсті-UA || Новости Украины | Новини України

В конце августа — начале сентября новым массированным вторжением российских регулярных войск и тяжелой техники в Донецкой и Луганской областях, а также открытием «второго фронта» на мариупольском направлении Путин продемонстрировал, что готов увеличивать свое военное присутствие на Востоке настолько и так долго, как это будет нужно, чтобы убедить Украину в «невозможности решения проблемы силовым способом». Украинская армия после нескольких котлов, из которых самым резонансным стал Иловайский, была вынуждена перейти к обороне и отказаться от планов наступления на контролируемые «ДНР» и «ЛНР» территории. Де-факто это означало признание невозможности восстановить контроль над ними военным путем, по крайней мере сейчас.

5 сентября соответствующее состояние дел было документально оформлено в виде подписанного в Минске протокола о двустороннем прекращении огня. Опубликованный 7 сентября на сайте ОБСЕ текст, в частности, предусматривает осуществление в Украине «децентрализации власти, в т. ч. путем принятия Закона «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» (закон об их особом статусе) и проведение в них «досрочных местных выборов», принятие «программы экономического возрождения Донбасса и восстановления жизнедеятельности региона». Другими словами, речь идет о фактическом признании нашим государством права на «особый статус» контролируемых «ДНР» и «ЛНР» «отдельных районов» Донецкой и Луганской областей и отказ от восстановления реального контроля над ними в обмен на декларативное признание их «составной частью Украины». Причем уже после подписания упомянутого выше документа «премьер ДНР» Александр Захарченко отметил, что их интересует именно «введение особого статуса или отложенного статуса» «ДНР» и «ЛНР». «И если это не будет принято, протокол вообще не будет иметь силы. Это просто намерения».

Следует признать, что сценарий с признанием де-факто отдельных от Украины «ЛНР» и «ДНР» все же лучше, чем их эфемерное возвращения в виде «федерализации» (а на самом деле конфедерализации) страны с наделением Донбасса (за которым стоял бы Кремль) правом вето на любые решения внутренней и внешней политики, включая евроинтеграцию. Ведь именно этого, как известно, изначально добивался Путин. Лучшим выходом могла бы быть только зачистка этих территорий силой оружия и возвращение в состав унитарной Украины на правах обычных административно-территориальных единиц без всяких «федерализаций» или «финляндизаций». Однако здесь следует откровенно ответить на вопрос: у нас для этого достаточно сил? Причем при нынешних как внутренних (гнилой генералитет, ограниченное количество должным образом мотивированных бойцов, нехватка современного высокоточного оружия и все большая усталость населения от проведения АТО), так и внешних (неготовность нынешней американской администрации к активной поддержке Украины и стремление ключевых европейских государств быстрее решить проблемы Донбасса невоенным способом) обстоятельств.

Параметры распределения

Три месяца назад Украина контролировала около 52% территории Донецкой и Луганской областей, сепаратисты — 48%. На подвластных Киеву территориях проживало 23% жителей, на захваченных террористами — 77%. Сегодня же наше государство контролирует более 70% региона, где до начала активных боевых действий проживало 42% их населения (см. карту). В частности, на Луганщине за это время у боевиков был отвоеван Новоайдарский, Попаснянский, почти весь Станично-Луганский и часть Славяносербского районы, а также территории, которые подчинены горсоветам Северодонецка, Лисичанска, Рубежного, часть населенных пунктов Луганского и Первомайского горсоветов. В Донецкой области — Славянский, Константиновский, Артемовский, Марьинский, большую часть Ясиноватского, Волновахского и Тельмановского районов, часть Старобешевского и Новоазовского, а также ряд горсоветов областного подчинения, расположенных на их территориях или рядом, включая Авдеевский и Дебальцевский.

Однако занятые российскими войсками районы и города Донбасса все же являются крупнейшим завоеванием РФ после распада СССР. Всего их площадь составляет около 15,8 тыс. км, где перед началом боевых действий проживало более 3,8 млн человек. По официальной информации Межведомственного штаба Государственной службы чрезвычайных ситуаций, на

7 сентября 2014 численность вынужденных переселенцев из Донецкой и Луганской областей составляла 254 тыс. Человек. В частности, 158,5 тыс. Человек переехали в другие регионы Украины, 75,6 тыс. сменили место жительства в пределах Донецкой области, 19,8 тыс. — В пределах Луганской. По данным Федеральной миграционной службы РФ, с просьбой о статусе беженца или временное убежище состоянию на 30 августа обратились 121,2 тыс. человек. То же время очевидно, что значительная часть беженцев остается незарегистрированной, поэтому их фактическое количество, скорее всего, намного больше. Поэтому общую численность жителей «спецзоны» можно уменьшить как минимум на 10-15% довоенного показателя и оценить в 3,3-3,4 млн.

Зона

Территория «ДНР» — 7,5 тыс. км (28% Донецкой области), на которых перед началом активных боевых действий проживало около 2,3 млн человек (53% области), сейчас — менее 2 млн. Для «ЛНР» соответствующие показатели составляют 8,3 тыс. км (31%) и более 1,5 млн жителей (68%) в апреле и 1,3-1,4 млн сейчас. Образовались самые крупные самопровозглашенные республики на постсоветском пространстве. Так, Приднестровье имеет площадь 4,16 тыс. км и 0,5 млн человек населения, Абхазия — соответственно 8,66 тыс. км и 240 тыс, Арцах (Нагорный Карабах) — 11,5 тыс. Км и 0, 15 млн, Южная Осетия — 3,9 тыс. км и 51,5 тыс. человек. По численности жителей и экономическому потенциалу «ДНР» в 2,5 раза, а «ЛНР» в 1,6 раза превышают их все вместе взятые. Наконец, по населению контролируемые «ДНР» территории превосходят аннексированный Россией в марте украинский Крым (1,9 млн человек).

Что теряем

Несмотря на то что восстановление контроля над всем Донбассом важно для нашей страны, она может не только жить, но и вполне успешно развиваться и без ныне оккупированных российскими войсками территорий Донецкой и Луганской областей.

На сегодня «спецзона» занимает менее 3% территории континентальной Украины и на ней проживает не более 9% ее населения. Без нее и ранее аннексированных РФ Крыма и Севастополя, площадь Украины составляет 561,7 тыс. Км, а население — 39,2 млн человек, что сохраняет за нашим государством первое место в Европе по территории и шестое — седьмое (вместе с Польшей, где проживает 38,5 млн) по численности жителей. Контролируемые центральной властью территории Донетчины площадью 19 тыс. км (71% всей области) и более 2 млн жителей (почти 47%), Луганской — 18,4 тыс. км (69%) и 0,7 млн человек (32%), что вполне сопоставимо с размерами большинства областей Украины (например, в Запорожской проживает 1,8 млн. человек, Черновицкой и Кировоградской — соответственно 0,9 и 1 млн).

В экономическом плане контролируемая «ДНР» и «ЛНР» территория тоже не является критически важным для Украины. До начала активных боевых действий в Донецкой и Луганской проживало 15,2% населения континентальной Украины, при этом их валовой региональный продукт (ВРП), по данным 2012 года (более новых нет), составил 16,4%, то есть лишь ненамного превышал общеукраинский показатель. Весомым был вклад двух областей в промышленное производство (24% всего выпуска континентальной Украины за январь — апрель 2014 года) и ее товарный экспорт (23,2%).

Впрочем, львиную долю этих показателей обеспечила развитая Донецкая область: имея 10% населения континентальной Украины, она выработала 17,5% промышленной продукции и 17,9% товарного экспорта. Однако большую часть этих объемов дали предприятия, находящиеся на контролируемых Киевом, а не «ДНР», территориях. Например, только в Мариуполе (который был освобожден от боевиков) в последние годы изготавливалось 31-36% всей промышленной продукции Донецкой (для сравнения: в Донецке — вдвое меньше). Именно на двух мощных комбинатах города выпускается более 70% продукции черной металлургии всей области, доля которой в экспорте последней в 2013 составила 62,6%.

Аналогичная ситуация и с топливно-энергетическим потенциалом. Во-первых, перспективные месторождения сланцевого газа (Юзовская площадь) содержатся на подвластной Украине территории. Во-вторых, более 50% донецкого угля в прошлом году также было добыто на шахтах контролируемой сейчас Киевом части области. Причем они в основном не пострадали в результате боевых действий и гораздо рентабельнее, чем шахты, расположенные на «старом Донбассе», что сейчас занят русскими войсками.

На Луганщине под контролем центральной власти находятся северные районы, обеспечивающие львиную долю сельскохозяйственной и химической продукции, а также Лисичанский нефтеперерабатывающий завод. Сейчас контролируется украинскими войсками и крупнейший в области производитель электроэнергии — расположена в городе Счастье Луганская ТЭС. Зато на контролируемой «ЛНР» территории остается большая часть неконкурентного за пределами СНГ машиностроение, 2013 года обеспечило 22,1% экспорта области. А также Алчевский металлургический комбинат — единственный там производитель чугуна и стали, в прошлом году дал 46,5% экспорта области, однако, по сообщению Луганской ОГА, в первой половине июля на нем были вынуждены законсервировано производство. За разрушения остановился и Стахановский ферросплавный завод, а также ряд других промышленных предприятий. Прекратили добычу угля на государственных шахтах объединений «Луганскуголь», «Донбассантрацит», «Первомайскуголь». В целом же, по прогнозным расчетам департамента промышленности ЛОГА, объем промышленного производства в области в 2014-м составит всего 50% прошлогоднего показателя, причем в значительной степени благодаря результатам первого полугодия.

Открытым остается вопрос, удастся полноценно возобновить производство в условиях серой «спецзоны», особенно на предприятиях, которые традиционно работали на экспорт за пределы СНГ. Неопределенные и перспективы убыточных государственных шахт на территории «ЛНР», которые в прошлом дотировались из центрального бюджета. Ведь в отличие от Донбасса, которая потребляла основную часть добытого на ее территории угля самостоятельно, на Луганщине львиная его доля традиционно вывозилась за пределы области.

Мизерным для государства значения территорий контролируемых «ЛНР» и «ДНР» по основным видам продукции сельского хозяйства. В 2013 году доля Донецкой и Луганской областей в производстве континентальной Украины молока, картофеля и зерна составляла 5,4-5,6%, мяса — 7,8%, овощей — 8,5%, яиц — 9,2%, семян подсолнечника — 12,8%. Причем 70-90% их производства сосредоточено на подконтрольных сейчас Киеву территориях. То есть за почти 9% населения на потенциальных землях «ЛНР» и «ДНР» выращивалось и производилось лишь 1-3% основных сельскохозяйственных товаров. В пересчете на одного жителя это в 3-10 раз меньше, чем в целом по Украине, что обрекает «спецзону» на тотальную зависимость от импорта продовольствия, которое нужно будет чем оплачивать в условиях простоя промышленных гигантов и большинства шахт.

Кто будет платить

Все острее в контексте признания де-факто «ДНР» и «ЛНР» по минских договоренностей становится вопрос финансирования «спецзоны» из украинского бюджета. Ведь существует угроза того, что она превратится в территорию, которую мы не контролируем, но финансируем.

Налоговых поступлений оттуда либо нет, либо если есть, то в минимальных объемах. В частности, по данным председателя Государственной фискальной службы, только в августе Украина недополучила из Донецкой и Луганской областей налогов на общую сумму свыше 0,9 млрд грн, что в годовом измерении может привести к недобору в сумме $ 1 млрд. Между тем учителей и медиков там насчитывается 137,6 тыс., в том числе более 90 тыс. на оккупированных территориях. Что же об армии чиновников, милиционеров, судей, в большинстве случаев работают там сепаратистов. А это опять же в годовом измерении миллиарды государственных расходов.

Есть также вопросы дотирования электро, газ и теплоснабжение, которое на захваченных террористами территориях так или иначе осуществляется за счет остальных регионов Украины (центральный бюджет, НАК «Нафтогаз» или энергокомпаний). Кроме того, ежемесячно в Донецкой области нужно выплачивать 2,5 млрд грн пенсий, в Луганской — 1,3 млрд грн. В частности, до 60% из них в «спецзоне», а это около 27 млрд грн в год. Значительная часть денег ПФ в Украине, как известно, обеспечивается дотациями из госбюджета.

Однако этим дело не ограничивается, ведь особенно острым становится вопрос восстановления разрушенной в результате действий террористов-«ополченцев» и российского вторжения инфраструктуры, предприятий и жилого фонда. Убытки в каждой области оцениваются в миллиарды гривен. Председатель Государственной фискальной службы Игорь Белоус сообщил, что на Донетчине уничтожено 396 компаний, в Луганской — около 200 По его словам, «это те компании, которые восстановить быстро не удастся. Речь идет о физическом уничтожении».

В минском протоколе есть пункт о программе экономического возрождения Донбасса. Но российский премьер Дмитрий Медведев в интервью газете «Ведомости» уже заявил, что РФ, которая поставляла террористам оружие для этих разрушений, не будет участвовать в восстановлении инфраструктуры Донбасса. Мол, «это очень большая проблема. Но о ее решении должен позаботиться Украины, если Киев считает, что регионы являются частью страны».

Однако восстановление инфраструктуры Украина обязана поставить в непосредственную зависимость от установления своего полного контроля над территориями, на которых оно будет осуществляться. Даже если это будут кредитные деньги ЕС, той самой РФ или других международных организаций, ведь отдавать пусть, может, и льготные займы придется Украине, а гарантий сохранения в ее составе «спецзоны», как и получение оттуда налоговых поступлений, в будущем нет никаких.

Другое дело, если Донбасс восстанавливаться за счет какого международного благотворительного фонда на основе донорских взносов стран ЕС или G7, России и эти деньги не будут висеть потом долговым бременем на Украине. Однако и в этом случае наша страна должна использовать фактор финансирования восстановления Донбасса как инструмент давления по восстановлению ее фактической юрисдикции над указанными территориями.

Александр Крамар, Тиждень